Ты подарила мне столько любви, что смогла кое-что из меня вылепить. На собраниях анонимных разочарованных я скажу, что меня спасла невероятная женщина. Мы были счастливы, а это влечёт некие обязанности по отношению к счастью. <...> Каким бы ни было заданное уравнение, быть вдвоём – значит аннулировать вычитание и сложение. Чем меньше останется от одного или от другого, тем больше останется от нас двоих.
Время стирает не все, отдельные мгновения навсегда застревают в памяти, и никто вам не скажет, отчего именно эти, а не другие. Может, таким образом жизнь хочет что-то сообщить нам по секрету?
Человек может не задумываясь извратить благое слово, злоупотребить им, чтобы незаконно завладеть властью и добиться от своих приверженцев чего пожелает. Священные писания не пугают, не повелевают, они лишь указывают путь и оставляют человеку право выбрать того, кто поведет его — но не по жизни, а к жизни. Тот, кто утверждает, будто способен проникнуться словом Божьим и пронести его через века, часто неправильно его понимает и злоупотребляет простодушием тех, кем управляет.
Если бы все этим занимались, хотя бы по одному разу в день, — позволяли себе улыбку — то ты только представь невероятную эпидемию счастья, охватывающую землю!
Когда человек употребляет сложные слова, чтобы сказать о простых вещах, как правило, это значит, что он набивает себе цену, а этой слабостью страдают те, кто желает понравиться.
В высшей степени разумный принцип — забота о кадрах. Я всегда утверждал, что успех предприятия держится на трех китах: первое — кадры, второе — кадры и третье — опять-таки кадры.
Дело не в том, что мужчина или женщина должны быть идеальными, а в том, что у них общего. Большая любовь возникает в тот момент, когда встречаются два человека, способных отдать себя друг другу.