Топ-734 цитаты Марка Леви

Подборка из 734 цитаты Марка Леви: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Трудно умирать за свободу других людей, когда тебе всего шестнадцать лет.

   Трудно умирать за свободу других людей, когда тебе всего шестнадцать лет.

   — Дети Свободы · книга
2. «

   Хакер всегда ищет лазейку, подлавливает момент, когда его жертва ослабит бдительность, обнаруживает какую-нибудь ошибку, слабое звено. Зачем рушить стену, если можно залезть в окно?

   Хакер всегда ищет лазейку, подлавливает момент, когда его жертва ослабит бдительность, обнаруживает какую-нибудь ошибку, слабое звено. Зачем рушить стену, если можно залезть в окно?

   — Ночь, с которой все началось · книга
3. «

   Нет ничего лучше людного места, чтобы тебя никто не заметил.

   Нет ничего лучше людного места, чтобы тебя никто не заметил.

   — Агата · книга
4. «

   Время от времени она поднимала на него глаза, он поступал так же, но, встречаясь взглядом, спешили опустить глаза, страшась совпадения чувств..

   Время от времени она поднимала на него глаза, он поступал так же, но, встречаясь взглядом, спешили опустить глаза, страшась совпадения чувств..

   — Следующий раз · книга
5. «

   Шаг вперёд, два назад, одни отговорки с извинениями, и всегда находится весомый предлог, чтобы запретить себе жить сегодняшним днем.

   Шаг вперёд, два назад, одни отговорки с извинениями, и всегда находится весомый предлог, чтобы запретить себе жить сегодняшним днем.

   — Каждый хочет любить · книга
6. «

   — И кто этот твой друг в печали? — Некий Давид. — Никогда о нем не слышал! — Ты уверен? Странно... Неужели я никогда не говорил о Давиде? — Матиас... у тебя помада на губах! Если ты не прекратишь делать из меня идиота, я заново выстрою перегородку между нашими квартирами.

   — И кто этот твой друг в печали? — Некий Давид. — Никогда о нем не слышал! — Ты уверен? Странно... Неужели я никогда не говорил о Давиде? — Матиас... у тебя помада на губах! Если ты не прекратишь делать из меня идиота, я заново выстрою перегородку между нашими квартирами.

   — Каждый хочет любить · книга
7. «

   Мой отец был человеком сдержанным и в конце жизни ужасно одиноким. В детстве я обожала задавать ему вопросы, и он всегда старался на них отвечать, а если не мог, улыбался и вел меня гулять на мол. Вечером, встав на цыпочки, я подглядывала, как он сидит за кухонным столом и изучает энциклопедию. На следующее утро, за завтраком, папа говорил как бы между прочим: «Вчера ты задала мне вопрос, но мы отвлеклись, и я забыл ответить, так вот…»

   Мой отец был человеком сдержанным и в конце жизни ужасно одиноким. В детстве я обожала задавать ему вопросы, и он всегда старался на них отвечать, а если не мог, улыбался и вел меня гулять на мол. Вечером, встав на цыпочки, я подглядывала, как он сидит за кухонным столом и изучает энциклопедию. На следующее утро, за завтраком, папа говорил как бы между прочим: «Вчера ты задала мне вопрос, но мы отвлеклись, и я забыл ответить, так вот…»

   — Кейра · книга
8. «

   Взрослые боятся самых разных вещей: старости, смерти, боятся понять, что они жили неправильно, боятся болезней, боятся, что их осудят.

   Взрослые боятся самых разных вещей: старости, смерти, боятся понять, что они жили неправильно, боятся болезней, боятся, что их осудят.

   — Лили · книга
9. «

   Вы возразите, что сердцу не прикажешь, но у вас есть еще голова, так воспользуйтесь ею!

   Вы возразите, что сердцу не прикажешь, но у вас есть еще голова, так воспользуйтесь ею!

   — Занелли · книга
10. «

    — Одна женщина может освободить от обещания, данного другой женщине, если они хорошо ладят друг с другом и если это не принесет им вреда. Ты этого не знал? — Вы это только что выдумали? — Секунду назад. — Так я и думал.

    — Одна женщина может освободить от обещания, данного другой женщине, если они хорошо ладят друг с другом и если это не принесет им вреда. Ты этого не знал? — Вы это только что выдумали? — Секунду назад. — Так я и думал.

    — Странное путешествие мистера Долдри · книга
11. «

    — Нет, но я самолично бросил горсть земли в вашу могилу! — Благодарю! Это было очень любезно с вашей стороны.

    — Нет, но я самолично бросил горсть земли в вашу могилу! — Благодарю! Это было очень любезно с вашей стороны.

    — Энтони · книга
12. «

    Знаешь, больше всего меня поразило на следующий день после ее ухода, что дома по-прежнему стояли на своих местах по краям улиц, машины ездили как ни в чем не бывало и что люди шли, как будто знать не знали, что мой собственный мир вдруг исчез. Я-то узнал это по безмолвной пустоте, в которую провалилась моя жизнь. Вдруг стихли все шумы, словно в одну минуту звезды разлетелись вдребезги или потухли.

    Знаешь, больше всего меня поразило на следующий день после ее ухода, что дома по-прежнему стояли на своих местах по краям улиц, машины ездили как ни в чем не бывало и что люди шли, как будто знать не знали, что мой собственный мир вдруг исчез. Я-то узнал это по безмолвной пустоте, в которую провалилась моя жизнь. Вдруг стихли все шумы, словно в одну минуту звезды разлетелись вдребезги или потухли.

    — Дэвид Эбботт · книга
13. «

    А может мои письма к тебе — это только попытка проснуться?

    А может мои письма к тебе — это только попытка проснуться?

    — Где ты? · книга
14. «

    Память содержит частицы воспоминаний и умеет их извлекать — никто не знает как и почему — в любой момент.

    Память содержит частицы воспоминаний и умеет их извлекать — никто не знает как и почему — в любой момент.

    — Между небом и землёй · книга
15. «

    — Боже упаси! У меня аллергия на празднества, — тихо проговорил он, понимая, как неприлично такое признание. — И у вас тоже? — Про Новый год даже не спрашивайте. На мой взгляд, он еще хуже Рождества! Как можно заранее решать, какой день будет праздником? Кто знает, будет у тебя с утра настроение или нет? Принуждать себя веселиться, по-моему, лицемерие.

    — Боже упаси! У меня аллергия на празднества, — тихо проговорил он, понимая, как неприлично такое признание. — И у вас тоже? — Про Новый год даже не спрашивайте. На мой взгляд, он еще хуже Рождества! Как можно заранее решать, какой день будет праздником? Кто знает, будет у тебя с утра настроение или нет? Принуждать себя веселиться, по-моему, лицемерие.

    — Странное путешествие мистера Долдри · книга
16. «

    Иногда расстояние мешает подобрать нужные слова.

    Иногда расстояние мешает подобрать нужные слова.

    — Первый День · книга
17. «

    Мне приснился сегодня странный сон. С момента пробуждения я мечтаю в него вернуться, но не знаю ни почему, ни как это сделать. Я хотела бы увидеть тебя вновь, там, где ты сейчас.

    Мне приснился сегодня странный сон. С момента пробуждения я мечтаю в него вернуться, но не знаю ни почему, ни как это сделать. Я хотела бы увидеть тебя вновь, там, где ты сейчас.

    — Лорен · книга
18. «

    То, что я сейчас расскажу вам, непросто представить и невозможно допустить, но если вы согласитесь выслушать мою историю, если вы согласитесь отнестись ко мне с доверием, тогда, может быть, в конце концов, мне удасться все объяснить, а это очень важно, потому что, сами того не зная, вы — единственный человек в мире, с которым я могу поделиться.

    То, что я сейчас расскажу вам, непросто представить и невозможно допустить, но если вы согласитесь выслушать мою историю, если вы согласитесь отнестись ко мне с доверием, тогда, может быть, в конце концов, мне удасться все объяснить, а это очень важно, потому что, сами того не зная, вы — единственный человек в мире, с которым я могу поделиться.

    — Между небом и землёй · книга
19. «

    Легкость, с какой миссис Уильямс удавалось манипулировать соседкой, доставляла ей безмерное удовольствие. После каждой произнесенной гадости она любовалась тем, как дрожат невидимые ниточки над послушной марионеткой.

    Легкость, с какой миссис Уильямс удавалось манипулировать соседкой, доставляла ей безмерное удовольствие. После каждой произнесенной гадости она любовалась тем, как дрожат невидимые ниточки над послушной марионеткой.

    — Не такая как все · книга
20. «

    Президент США сделал себя героем собственной пьесы и превратил американскую политическую жизнь в своего рода литературное произведение, где он — звезда.

    Президент США сделал себя героем собственной пьесы и превратил американскую политическую жизнь в своего рода литературное произведение, где он — звезда.

    — Екатерина · книга