Марк Моррис: 10 высказываний о главном

Марк Моррис — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 10 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Доктор… — Тише! – сказал Доктор. – Я пытаюсь сосредоточиться. Теол не стал настаивать. Он хотел поднять стручок и отдать его Доктору, но решил, что не стоит этого делать. Минуту спустя Доктор подошел к нему. — О, – сказал он слегка удрученно, – так ты его нашел. Почему сразу не сказал?

   — Доктор… — Тише! – сказал Доктор. – Я пытаюсь сосредоточиться. Теол не стал настаивать. Он хотел поднять стручок и отдать его Доктору, но решил, что не стоит этого делать. Минуту спустя Доктор подошел к нему. — О, – сказал он слегка удрученно, – так ты его нашел. Почему сразу не сказал?

   — Джастин Ричардс · книга
2. «

   Перикл Торп знал о чудовищах не понаслышке. Они постоянно появлялись в Рождестве. Они приходили убивать, уничтожать, и, хотя это было очень страшно, обычно все кончалось хорошо, потому что Доктор всегда их побеждал.

   Перикл Торп знал о чудовищах не понаслышке. Они постоянно появлялись в Рождестве. Они приходили убивать, уничтожать, и, хотя это было очень страшно, обычно все кончалось хорошо, потому что Доктор всегда их побеждал.

   — Джастин Ричардс · книга
3. «

   Чем проще план, тем он лучше, а их план был изящен в своей простоте. Нет ничего, что могло бы пойти не так.

   Чем проще план, тем он лучше, а их план был изящен в своей простоте. Нет ничего, что могло бы пойти не так.

   — Джастин Ричардс · книга
4. «

   Доктор сорвал яблоко с ближайшей ветки, энергично вытер его о пиджак, надкусил и принялся жевать с безумной улыбкой на лице. — Вы ведь говорили, что воровать яблоки запрещено, – сказал Теол. — А, ну да. Хм. Ну, я никому не скажу, если ты не скажешь, – ответил Доктор заговорщическим шепотом

   Доктор сорвал яблоко с ближайшей ветки, энергично вытер его о пиджак, надкусил и принялся жевать с безумной улыбкой на лице. — Вы ведь говорили, что воровать яблоки запрещено, – сказал Теол. — А, ну да. Хм. Ну, я никому не скажу, если ты не скажешь, – ответил Доктор заговорщическим шепотом

   — Джастин Ричардс · книга
5. «

   — Доктор, – прошептал он, прежде чем осознал, что говорит, – мы в безопасности? Оно исчезло? — Да, – успокаивающе сказал Доктор и похлопал его по руке. – Исчезло. — Навечно? – спросил Алиганза. Доктор ответил не сразу. Он склонил голову набок. — Ах, – пробормотал он, и на его морщинистом лице появилась слабая улыбка. – Кто знает? Вечность – это очень долго.

   — Доктор, – прошептал он, прежде чем осознал, что говорит, – мы в безопасности? Оно исчезло? — Да, – успокаивающе сказал Доктор и похлопал его по руке. – Исчезло. — Навечно? – спросил Алиганза. Доктор ответил не сразу. Он склонил голову набок. — Ах, – пробормотал он, и на его морщинистом лице появилась слабая улыбка. – Кто знает? Вечность – это очень долго.

   — Джастин Ричардс · книга
6. «

   — ... Люди любят снег. Ты когда-нибудь лепил снеговика, Мара? Играл в снежки? Ловил снежинку ртом и чувствовал, как она тает? — Это бессмысленно, — насмешливо сказал Мара. Доктор усмехнулся в ответ: — Бессмысленно! Верно. Вы всегда это говорите. Вы, одержимые властью тираны, желающие лишь завоевать и уничтожить. Любая мелочь, любое веселье для вас бессмысленно.

   — ... Люди любят снег. Ты когда-нибудь лепил снеговика, Мара? Играл в снежки? Ловил снежинку ртом и чувствовал, как она тает? — Это бессмысленно, — насмешливо сказал Мара. Доктор усмехнулся в ответ: — Бессмысленно! Верно. Вы всегда это говорите. Вы, одержимые властью тираны, желающие лишь завоевать и уничтожить. Любая мелочь, любое веселье для вас бессмысленно.

   — Джастин Ричардс · книга
7. «

   — Никто ничего не заподозрит. — Кроме тебя, – сказал Маттиас. — Исключения есть всегда. Я сам – одно сплошное исключение.

   — Никто ничего не заподозрит. — Кроме тебя, – сказал Маттиас. — Исключения есть всегда. Я сам – одно сплошное исключение.

   — Джастин Ричардс · книга
8. «

   — В ловушке в запертом куполе в оранжерее, полной деревьев, желающих меня съесть. Это наверняка наказание за все те яблоки, что я съел в своей жизни. — Они хотят нас съесть?! – воскликнул Теол, борясь с поднимающейся волной паники. — Ну, это с какой стороны посмотреть, – сказал Доктор. – Однако не думаю, что стоит выяснять

   — В ловушке в запертом куполе в оранжерее, полной деревьев, желающих меня съесть. Это наверняка наказание за все те яблоки, что я съел в своей жизни. — Они хотят нас съесть?! – воскликнул Теол, борясь с поднимающейся волной паники. — Ну, это с какой стороны посмотреть, – сказал Доктор. – Однако не думаю, что стоит выяснять

   — Джастин Ричардс · книга
9. «

   Сколько Теол себя помнил, этот странный человек жил в центре города, в Часовой башне. Он был кем-то вроде мудреца, к которому горожане обращались за помощью и советом. Теол понятия не имел, сколько ему на самом деле лет, хотя Доктор явно был старше его матери — у него было усталое лицо с морщинами вокруг глаз и несколько седых прядей в забавных, вечно взлохмаченных волосах.

   Сколько Теол себя помнил, этот странный человек жил в центре города, в Часовой башне. Он был кем-то вроде мудреца, к которому горожане обращались за помощью и советом. Теол понятия не имел, сколько ему на самом деле лет, хотя Доктор явно был старше его матери — у него было усталое лицо с морщинами вокруг глаз и несколько седых прядей в забавных, вечно взлохмаченных волосах.

   — Джастин Ричардс · книга
10. «

    Каждая спасенная жизнь была наградой. Каждый час, день, год, подаренный этому городу, ценился превыше всего. <...> У каждого часа, дня и года была своя цена. Об этом будут слагать легенды, приукрашивая и дополняя подробностями...

    Каждая спасенная жизнь была наградой. Каждый час, день, год, подаренный этому городу, ценился превыше всего. <...> У каждого часа, дня и года была своя цена. Об этом будут слагать легенды, приукрашивая и дополняя подробностями...

    — Джастин Ричардс · книга