231 цитата от Марка Твена

Ниже 231 цитата Марка Твена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.

   Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.
2. «

   Народ — единственный критик, чье суждение имеет ценность.

   Народ — единственный критик, чье суждение имеет ценность.
3. «

   Закон надо испытать на себе, чтобы понять его настоящее значение.

   Закон надо испытать на себе, чтобы понять его настоящее значение.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
4. «

   Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.

   Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.
5. «

   Большинство писателей считают правду наиболее ценным своим достоянием — вот почему они так экономно ею пользуются.

   Большинство писателей считают правду наиболее ценным своим достоянием — вот почему они так экономно ею пользуются.
6. «

   Называть себя в печатных изданиях «мы» имеют право только президенты, редакторы и больные солитером.

   Называть себя в печатных изданиях «мы» имеют право только президенты, редакторы и больные солитером.
7. «

   Он долго сидел в задумчивости, упёршись локтями в колени и положив подбородок на руки. Ему казалось, что жизнь в лучшем случае — суета и страдание, и он готов был завидовать Джимми Годжесу, который недавно скончался. «Как хорошо, — думал он, — лежать в могиле, спать и видеть разные сны, во веки веков, и пусть ветер шепчет о чём-то в ветвях, пусть ласкает траву и цветы на могиле, а тебя ничто не беспокоит, и ты ни о чём не горюешь, никогда, во веки веков». Ах, если бы у него были хорошие отметки в воскресной школе, он, пожалуй, был бы рад умереть и покончить с постылой жизнью… А эта девочка… ну, что он ей сделал? Ничего. Он желал ей добра. А она прогнала его, как собаку, — прямо, как собаку. Когда-нибудь она пожалеет об этом, но, может быть, будет поздно. Ах, если б он мог умереть не навсегда, а на время!

   Он долго сидел в задумчивости, упёршись локтями в колени и положив подбородок на руки. Ему казалось, что жизнь в лучшем случае — суета и страдание, и он готов был завидовать Джимми Годжесу, который недавно скончался. «Как хорошо, — думал он, — лежать в могиле, спать и видеть разные сны, во веки веков, и пусть ветер шепчет о чём-то в ветвях, пусть ласкает траву и цветы на могиле, а тебя ничто не беспокоит, и ты ни о чём не горюешь, никогда, во веки веков». Ах, если бы у него были хорошие отметки в воскресной школе, он, пожалуй, был бы рад умереть и покончить с постылой жизнью… А эта девочка… ну, что он ей сделал? Ничего. Он желал ей добра. А она прогнала его, как собаку, — прямо, как собаку. Когда-нибудь она пожалеет об этом, но, может быть, будет поздно. Ах, если б он мог умереть не навсегда, а на время!

   — Приключения Тома Сойера · книга
8. «

   После этого он открыл одну новую истину: если хочешь, чтобы человек что-нибудь сделал, пусть даст зарок, что не станет делать этого во веки веков.

   После этого он открыл одну новую истину: если хочешь, чтобы человек что-нибудь сделал, пусть даст зарок, что не станет делать этого во веки веков.

   — Приключения Тома Сойера · книга
9. «

   Морщины — это просто указание на то место, где часто бывает улыбка.

   Морщины — это просто указание на то место, где часто бывает улыбка.
10. «

    Легко назвать человека мудрым, куда труднее убедить в этом его друзей.

    Легко назвать человека мудрым, куда труднее убедить в этом его друзей.
11. «

    Это длилось только миг, — но как заметен бывает миг, когда он останавливает биение двадцати тысяч сердец!

    Это длилось только миг, — но как заметен бывает миг, когда он останавливает биение двадцати тысяч сердец!

    — Личные воспоминания о Жанне д'Арк сьера Луи де Конта, её пажа и секретаря · книга
12. «

    Если вы подберете на улице дворовую собаку и накормите её, она никогда вас не укусит. В этом и состоит разница между собакой и человеком.

    Если вы подберете на улице дворовую собаку и накормите её, она никогда вас не укусит. В этом и состоит разница между собакой и человеком.
13. «

    Наберите команду плыть в рай и попробуйте сделать стоянку в аду на какие-нибудь два с половиной часа, просто чтобы взять угля, и, будь я проклят, если какой-нибудь сукин сын не останется на берегу.

    Наберите команду плыть в рай и попробуйте сделать стоянку в аду на какие-нибудь два с половиной часа, просто чтобы взять угля, и, будь я проклят, если какой-нибудь сукин сын не останется на берегу.

    — Из записных книжек · книга
14. «

    «Кто рано встает, силы, деньжат и ума наберет», – а набравшись ума, перестанет рано вставать.

    «Кто рано встает, силы, деньжат и ума наберет», – а набравшись ума, перестанет рано вставать.
15. «

    Если дружба закончилась, значит её и не было.

    Если дружба закончилась, значит её и не было.
16. «

    Если мне нельзя будет курить на небесах, то это место не для меня.

    Если мне нельзя будет курить на небесах, то это место не для меня.
17. «

    От спекуляций на бирже следует воздерживаться в двух случаях: если у вас нет средств, и если они у вас есть.

    От спекуляций на бирже следует воздерживаться в двух случаях: если у вас нет средств, и если они у вас есть.
18. «

    Смелость – это сопротивление страху и контроль над страхом, а не отсутствие страха.

    Смелость – это сопротивление страху и контроль над страхом, а не отсутствие страха.
19. «

    Только молитва не шла у меня с языка. Да и как же иначе? Нечего было и стараться скрыть это от Бога. И от себя самого тоже. Я-то знал, почему у меня язык не поворачивается молиться. Потому что я кривил душой, не по-честному поступал — вот почему. Притворялся, будто хочу исправиться, а в самом главном грехе не покаялся. Вслух говорил, будто я хочу поступить как надо, по совести, будто хочу пойти и написать хозяйке этого негра, где он находится, а в глубине души знал, что все вру, и Бог это тоже знает. Нельзя врать, когда молишься, — это я понял.

    Только молитва не шла у меня с языка. Да и как же иначе? Нечего было и стараться скрыть это от Бога. И от себя самого тоже. Я-то знал, почему у меня язык не поворачивается молиться. Потому что я кривил душой, не по-честному поступал — вот почему. Притворялся, будто хочу исправиться, а в самом главном грехе не покаялся. Вслух говорил, будто я хочу поступить как надо, по совести, будто хочу пойти и написать хозяйке этого негра, где он находится, а в глубине души знал, что все вру, и Бог это тоже знает. Нельзя врать, когда молишься, — это я понял.

    — Гекльберри Финн · книга
20. «

    В шкуре каждого человека таится раб.

    В шкуре каждого человека таится раб.