530 фраз Марка Твена для статуса

Ниже 530 цитат Марка Твена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда читаешь Библию, больше удивляешься неосведомлённости Бога, чем его всеведению.

   Когда читаешь Библию, больше удивляешься неосведомлённости Бога, чем его всеведению.

   — Из записных книжек · книга
2. «

   Никогда не следует поступать дурно при свидетелях.

   Никогда не следует поступать дурно при свидетелях.
3. «

   Я теперь понял, что самый верный способ узнать, нравится тебе человек или нет, – это поехать с ним путешествовать.

   Я теперь понял, что самый верный способ узнать, нравится тебе человек или нет, – это поехать с ним путешествовать.

   — Гекльберри Финн · книга
4. «

   Тот, кто прожил достаточно долго на свете и познал жизнь, понимает, как глубоко мы обязаны Адаму — первому великому благодетелю рода людского. Он принес в мир смерть.

   Тот, кто прожил достаточно долго на свете и познал жизнь, понимает, как глубоко мы обязаны Адаму — первому великому благодетелю рода людского. Он принес в мир смерть.

   — Простофиля Вильсон · книга
5. «

   ...а когда узнал, что у нас в Америке такой штат, где негру позволяют голосовать, я взял да и не пошел, сказал, что больше никогда голосовать не буду. <...> Спрашивается, почему этого негра не продадут с аукциона?

   ...а когда узнал, что у нас в Америке такой штат, где негру позволяют голосовать, я взял да и не пошел, сказал, что больше никогда голосовать не буду. <...> Спрашивается, почему этого негра не продадут с аукциона?

   — Отец Гека Финна · книга
6. «

   У девчонок всё можно узнать по лицу — выдержки у них никакой.

   У девчонок всё можно узнать по лицу — выдержки у них никакой.

   — Том Сойер · книга
7. «

   Бывают же такие люди – начнет он ходить вокруг, глотая слюнки, когда у тебя появилось яблоко, и выпрашивать огрызок, но уж если яблоко попалось ему, а ты попросил огрызок у него и напомнил, как однажды тоже давал ему огрызок, он тебе такую рожу состроит, да еще и скажет, что век будет тебя помнить, но вот только огрызка ты не получишь. Но, между прочим, я заметил, что им всегда за это воздается.

   Бывают же такие люди – начнет он ходить вокруг, глотая слюнки, когда у тебя появилось яблоко, и выпрашивать огрызок, но уж если яблоко попалось ему, а ты попросил огрызок у него и напомнил, как однажды тоже давал ему огрызок, он тебе такую рожу состроит, да еще и скажет, что век будет тебя помнить, но вот только огрызка ты не получишь. Но, между прочим, я заметил, что им всегда за это воздается.

   — Гекльберри Финн · книга
8. «

   Единственное отчётливо выраженное различие между средним цивилизованным человеком и дикарём в том, что первый предпочитает позолоту, а второй — раскраску.

   Единственное отчётливо выраженное различие между средним цивилизованным человеком и дикарём в том, что первый предпочитает позолоту, а второй — раскраску.

   — Из записных книжек · книга
9. «

   Пророчество — самая спокойная профессия на свете. Когда на вас накатывает дух прорицания, вы берете свой рассудок, кладете его куда-нибудь в прохладное место, чтобы он не испортился, и принимаетесь работать языком: язык работает вхолостую, без участия рассудка; в результате получается пророчество.

   Пророчество — самая спокойная профессия на свете. Когда на вас накатывает дух прорицания, вы берете свой рассудок, кладете его куда-нибудь в прохладное место, чтобы он не испортился, и принимаетесь работать языком: язык работает вхолостую, без участия рассудка; в результате получается пророчество.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
10. «

    Только счастливые будут в раю. Несчастные прокляты, как в той, так и в этой жизни.

    Только счастливые будут в раю. Несчастные прокляты, как в той, так и в этой жизни.
11. «

    Немало есть способов преуспеть в жизни, но любой из них только тогда чего-нибудь стоит, когда вы приложите труд.

    Немало есть способов преуспеть в жизни, но любой из них только тогда чего-нибудь стоит, когда вы приложите труд.

    — Личные воспоминания о Жанне д'Арк сьера Луи де Конта, её пажа и секретаря · книга
12. «

    Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.

    Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.
13. «

    Теперь вы понимаете, что, сколько бы там ни кричали, будто знания такая замечательная штука, – инстинкт в сорок раз больше стоит, потому что он такой безошибочный.

    Теперь вы понимаете, что, сколько бы там ни кричали, будто знания такая замечательная штука, – инстинкт в сорок раз больше стоит, потому что он такой безошибочный.

    — Гекльберри Финн · книга
14. «

    Не думаю, чтобы она могла мне понравиться, разве что на плоту в открытом море, да и то, если будет решительно нечего есть.

    Не думаю, чтобы она могла мне понравиться, разве что на плоту в открытом море, да и то, если будет решительно нечего есть.
15. «

    Будь добродетелен, и ты будешь одиноким.

    Будь добродетелен, и ты будешь одиноким.
16. «

    Человеческая история всех веков обагрена кровью, запятнана ненавистью и осквернена зверствами.

    Человеческая история всех веков обагрена кровью, запятнана ненавистью и осквернена зверствами.

    — Сатана · книга
17. «

    Какова главная прерогатива аристократа? То, что его не принято поднимать на смех. Над людьми других классов разрешено смеяться.

    Какова главная прерогатива аристократа? То, что его не принято поднимать на смех. Над людьми других классов разрешено смеяться.
18. «

    Работорговец купил нас обоих и приковал к общей цепи, так что мы оказались в хвосте процессии. В полдень мы уже выходили из города, и мне казалось диким и странным, что король Англии и его первый министр, скованные по рукам и ногам, шагают в караване невольников, не вызывая никакого внимания к себе среди праздных зрителей, и проходят под окнами, у которых сидят прелестные и добрые женщины, не внушая им не только сочувствия, но даже любопытства. В конце концов это только доказывает, что в короле нет ничего божественного, что он ничем не отличается от любого бродяги, пока вы не знаете, что он король. Но скажи вам это, и, боже мой, у вас захватывает дух, когда вы на него смотрите. Да, все мы дураки. Дураки от рождения.

    Работорговец купил нас обоих и приковал к общей цепи, так что мы оказались в хвосте процессии. В полдень мы уже выходили из города, и мне казалось диким и странным, что король Англии и его первый министр, скованные по рукам и ногам, шагают в караване невольников, не вызывая никакого внимания к себе среди праздных зрителей, и проходят под окнами, у которых сидят прелестные и добрые женщины, не внушая им не только сочувствия, но даже любопытства. В конце концов это только доказывает, что в короле нет ничего божественного, что он ничем не отличается от любого бродяги, пока вы не знаете, что он король. Но скажи вам это, и, боже мой, у вас захватывает дух, когда вы на него смотрите. Да, все мы дураки. Дураки от рождения.

    — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
19. «

    Когда человек отдаёт лучшее, что у него есть, это всегда многого стоит. Больше дать не может и принц, потому что и принц может дать только лучшее, что у него есть.

    Когда человек отдаёт лучшее, что у него есть, это всегда многого стоит. Больше дать не может и принц, потому что и принц может дать только лучшее, что у него есть.

    — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
20. «

    Я не присутствовал на похоронах, но я прислал проникновенное письмо, в котором признал этот факт.

    Я не присутствовал на похоронах, но я прислал проникновенное письмо, в котором признал этот факт.