50 цитат Марты Кетро, которые захочется сохранить

Ниже 50 цитат Марты Кетро — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Можно ли считать счастливой жизнь, если каждые полгода приходится напоминать себе: «Забыть значит начать быть»?

   Можно ли считать счастливой жизнь, если каждые полгода приходится напоминать себе: «Забыть значит начать быть»?

   — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
2. «

   И сейчас, когда я вижу какую-нибудь девушку, которая с видом мессии несет своего лживого веселого парня, отпихивая ногами женщин, плюя на явное пренебрежение с его стороны, умудряясь как-то зарабатывать деньги, противостоять всему миру, да еще убеждать себя, что все правильно, – я понимаю: ее ведет не глупость или отсутствие гордости, а жесткая уверенность в неизбежном. Такие если приостанавливаются, то лишь чтобы родить – а потом идут дальше.

   И сейчас, когда я вижу какую-нибудь девушку, которая с видом мессии несет своего лживого веселого парня, отпихивая ногами женщин, плюя на явное пренебрежение с его стороны, умудряясь как-то зарабатывать деньги, противостоять всему миру, да еще убеждать себя, что все правильно, – я понимаю: ее ведет не глупость или отсутствие гордости, а жесткая уверенность в неизбежном. Такие если приостанавливаются, то лишь чтобы родить – а потом идут дальше.

   — Горький шоколад. Книга утешений · книга
3. «

   Не то чтобы я претендовала на его сердце, но мне было бы приятно, если бы все мои друзья были свободны, а ещё лучше, если бы они любили только одну женщину — понятно какую. Так спокойнее.

   Не то чтобы я претендовала на его сердце, но мне было бы приятно, если бы все мои друзья были свободны, а ещё лучше, если бы они любили только одну женщину — понятно какую. Так спокойнее.

   — Три аспекта женской истерики · книга
4. «

   И только одно, говорят, невыносимо — жить рядом с тем, кого любишь. Потому что человек слаб уязвим и беззащитен перед лицом свершившейся любви.

   И только одно, говорят, невыносимо — жить рядом с тем, кого любишь. Потому что человек слаб уязвим и беззащитен перед лицом свершившейся любви.

   — Горький шоколад. Книга утешений · книга
5. «

   Его присутствие не имеет особого значения, есть только я и моя любовь. Ничего не изменилось. Личность моя не разрушена, жизнь продолжается.

   Его присутствие не имеет особого значения, есть только я и моя любовь. Ничего не изменилось. Личность моя не разрушена, жизнь продолжается.

   — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
6. «

   Теперь у меня всегда с собой мой личный ад, ещё недостаточно прирученный, чтобы не показываться без вызова.

   Теперь у меня всегда с собой мой личный ад, ещё недостаточно прирученный, чтобы не показываться без вызова.

   — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
7. «

   Вещи которые сбивают с толку: когда человек, заведомо нелюбящий, занимаясь сексом, прикасается с такой нежностью, что кожа твоя превращается в свет. Невыносимо осознавать, что он, «делая любовь», ничего к тебе не чувствует. Нелюбящий может быть страстным или умелым, но вот этой бессердечной нежности — не нужно, потому что после наступает такая степень растерянности, которая надолго оставляет тело печальным и безблагодатным; занятие сексом с тем, кого разлюбила или давно не видела: потом рискуешь проплакать всю ночь, прижимая к лицу майку с абсолютно чужим, а прежде родным, запахом — горюя от того, что так люто, бешено равнодушна.

   Вещи которые сбивают с толку: когда человек, заведомо нелюбящий, занимаясь сексом, прикасается с такой нежностью, что кожа твоя превращается в свет. Невыносимо осознавать, что он, «делая любовь», ничего к тебе не чувствует. Нелюбящий может быть страстным или умелым, но вот этой бессердечной нежности — не нужно, потому что после наступает такая степень растерянности, которая надолго оставляет тело печальным и безблагодатным; занятие сексом с тем, кого разлюбила или давно не видела: потом рискуешь проплакать всю ночь, прижимая к лицу майку с абсолютно чужим, а прежде родным, запахом — горюя от того, что так люто, бешено равнодушна.

   — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
8. «

   Спасибо, милый, за то, что ты был со мной. А сейчас ты с этой своей девушкой, а я сижу тут одна в идиотской позе и пытаюсь найти у себя внутри что-нибудь живое. В пустоте моего сердца должен, просто обязан зародиться какой-нибудь шарик, искра, точка опоры. Любая хрень, за которую я смогу уцепиться.

   Спасибо, милый, за то, что ты был со мной. А сейчас ты с этой своей девушкой, а я сижу тут одна в идиотской позе и пытаюсь найти у себя внутри что-нибудь живое. В пустоте моего сердца должен, просто обязан зародиться какой-нибудь шарик, искра, точка опоры. Любая хрень, за которую я смогу уцепиться.

   — О любви ко всему живому · книга
9. «

   Я, честно говоря, не люблю, когда ко мне прикасаются. То есть, или мы любовники, или вы кот, или не трогайте меня, пожалуйста.

   Я, честно говоря, не люблю, когда ко мне прикасаются. То есть, или мы любовники, или вы кот, или не трогайте меня, пожалуйста.
10. «

    Мне показалось, что вся моя предыдущая жизнь была лишь подготовкой к встрече с ним, и все мужчины появлялись, чтобы научить меня с ним общаться, слушать, понимать и любить.

    Мне показалось, что вся моя предыдущая жизнь была лишь подготовкой к встрече с ним, и все мужчины появлялись, чтобы научить меня с ним общаться, слушать, понимать и любить.

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
11. «

    Никого, кроме нас нет, кого ты там себе придумал, какую другую любовь, если я уже вся в тебе, в твоих костях, в твоей плоти, и если я сейчас порежу руку, из меня потечёт твоя кровь, остальное тебе показалось, душа моя, моя любовь..

    Никого, кроме нас нет, кого ты там себе придумал, какую другую любовь, если я уже вся в тебе, в твоих костях, в твоей плоти, и если я сейчас порежу руку, из меня потечёт твоя кровь, остальное тебе показалось, душа моя, моя любовь..

    — Три аспекта женской истерики · книга
12. «

    Профессионально-грустная девочка я: «Женщина умирает, когда ей больше некого любить. Она слишком много лгала о любви и совсем разучилась делать это по-настоящему. Несмотря на молодость, у нее умерло то место, которым любят. Ну, вы понимаете — тут, в сердце, ей стало нечем любить...»

    Профессионально-грустная девочка я: «Женщина умирает, когда ей больше некого любить. Она слишком много лгала о любви и совсем разучилась делать это по-настоящему. Несмотря на молодость, у нее умерло то место, которым любят. Ну, вы понимаете — тут, в сердце, ей стало нечем любить...»

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
13. «

    А любящая женщина хочет сама знаешь чего — не денег и секса, это слишком просто, а чтобы весь был только её.

    А любящая женщина хочет сама знаешь чего — не денег и секса, это слишком просто, а чтобы весь был только её.

    — Жена-Лисица · книга
14. «

    ..просыпается в слезах, не умея вспомнить отчего.

    ..просыпается в слезах, не умея вспомнить отчего.

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
15. «

    Человек, который год или пять лет назад разбил тебе сердце, от которого уползла в слезах и соплях, ненавидя или прощая – нет разницы, – которого не забыла до сих пор, как нельзя забыть удаленный аппендикс, даже если все зажило, хотя бы из-за шрама. Который ясно дал понять, что все кончено. Зачем – он – возвращается? Раз в месяц или в полгода, но ты обязательно получаешь весточку. Sms, письмо, звонок. И каждый, давно не милый, отлично чувствует линию и раз от разу набирает номер, чтобы спросить: «Хочешь в кино?» И я отвечаю: «Я не хочу в кино. Я хотела прожить с тобой полвека, родить мальчика, похожего на тебя, и умереть в один день – с тобой. А в кино – нет, не хочу». Ну то есть вслух произношу только первые пять слов, но разговор всегда об одном: он звонит, чтобы спросить: «Ты любила меня?» И я отвечаю: «Да». Да, милый; да, ублюдок; просто – да. Я давным-давно равнодушна, мне до сих пор больно. Я до сих пор выкашливаю сердце после каждого коннекта. Не знаю, как сделать так, чтобы они, возвращенцы эти, перестали нас мучить. Вывод напрашивается, и он мне не нравится. Может, самой слать им эсэмэски раз в месяц? Расход небольшой, покой дороже: «Я любила тебя». Уймись.

    Человек, который год или пять лет назад разбил тебе сердце, от которого уползла в слезах и соплях, ненавидя или прощая – нет разницы, – которого не забыла до сих пор, как нельзя забыть удаленный аппендикс, даже если все зажило, хотя бы из-за шрама. Который ясно дал понять, что все кончено. Зачем – он – возвращается? Раз в месяц или в полгода, но ты обязательно получаешь весточку. Sms, письмо, звонок. И каждый, давно не милый, отлично чувствует линию и раз от разу набирает номер, чтобы спросить: «Хочешь в кино?» И я отвечаю: «Я не хочу в кино. Я хотела прожить с тобой полвека, родить мальчика, похожего на тебя, и умереть в один день – с тобой. А в кино – нет, не хочу». Ну то есть вслух произношу только первые пять слов, но разговор всегда об одном: он звонит, чтобы спросить: «Ты любила меня?» И я отвечаю: «Да». Да, милый; да, ублюдок; просто – да. Я давным-давно равнодушна, мне до сих пор больно. Я до сих пор выкашливаю сердце после каждого коннекта. Не знаю, как сделать так, чтобы они, возвращенцы эти, перестали нас мучить. Вывод напрашивается, и он мне не нравится. Может, самой слать им эсэмэски раз в месяц? Расход небольшой, покой дороже: «Я любила тебя». Уймись.

    — Горький шоколад. Книга утешений · книга
16. «

    Да, подлинные ебливые бляди прекрасны. Женщина-блядь увеличивает количество добра в мире, а мужчина-блядь — это вообще воин света с джедайским сияющим хуем наперевес. Но есть бляди другого рода, к сексу отношения не имеющие. Это может быть самый положительный супруг, который рассказывает каждой встречной про жену-дуру, неряху и лохушку, намекая между делом «мне бы нормальную бабу…». Или женщина, опускающая своего мужчину в глазах друзей — «мой-то лузер ни на что не годен». И вот это самое жестокое блядство и есть: человек думает, что у него спина прикрыта, можно при случае опереться, а на самом деле, никого у него нет, вместо партнёра – расплывается что-то скользкое, невнятное, ненадежное. Блядь, одним словом.

    Да, подлинные ебливые бляди прекрасны. Женщина-блядь увеличивает количество добра в мире, а мужчина-блядь — это вообще воин света с джедайским сияющим хуем наперевес. Но есть бляди другого рода, к сексу отношения не имеющие. Это может быть самый положительный супруг, который рассказывает каждой встречной про жену-дуру, неряху и лохушку, намекая между делом «мне бы нормальную бабу…». Или женщина, опускающая своего мужчину в глазах друзей — «мой-то лузер ни на что не годен». И вот это самое жестокое блядство и есть: человек думает, что у него спина прикрыта, можно при случае опереться, а на самом деле, никого у него нет, вместо партнёра – расплывается что-то скользкое, невнятное, ненадежное. Блядь, одним словом.
17. «

    Мы говорим о мужчинах, мы бесконечно долго, разнообразно, весело и беспечально говорим о мужчинах. Это не потому, что очередная любовная история поразила одну из присутствующих — просто многое из того, что было сделано каждой из нас, случилось ради, вопреки, посредством и с учётом мужчин. За плечом стоит тень, да не одна, а как на футбольном поле — четыре тени по всем сторонам света, тени любящих, любимых, забытых, незабываемых, ненавидимых, прощенных, жалких. Тех, которые отчасти сделали нас, пусть даже и своим бездействием, слабоволием, бездарностью вынудили нас стать такими, как мы есть. Не говоря уже об умных, сильных, смелых. Именно о них — не говоря, о них мы обычно молча улыбаемся или молча плачем.

    Мы говорим о мужчинах, мы бесконечно долго, разнообразно, весело и беспечально говорим о мужчинах. Это не потому, что очередная любовная история поразила одну из присутствующих — просто многое из того, что было сделано каждой из нас, случилось ради, вопреки, посредством и с учётом мужчин. За плечом стоит тень, да не одна, а как на футбольном поле — четыре тени по всем сторонам света, тени любящих, любимых, забытых, незабываемых, ненавидимых, прощенных, жалких. Тех, которые отчасти сделали нас, пусть даже и своим бездействием, слабоволием, бездарностью вынудили нас стать такими, как мы есть. Не говоря уже об умных, сильных, смелых. Именно о них — не говоря, о них мы обычно молча улыбаемся или молча плачем.

    — Три аспекта женской истерики · книга
18. «

    Хочется описать не только общие места, но и серую осеннюю реку, у которой стояли мы, одетые в синее и вишнёвое; подсвеченный обелиск в заснеженном небе; ночные прогулки по парку, когда, держа его за руку, я совершенно явственно чувствовала, как легко дышать только любовью.

    Хочется описать не только общие места, но и серую осеннюю реку, у которой стояли мы, одетые в синее и вишнёвое; подсвеченный обелиск в заснеженном небе; ночные прогулки по парку, когда, держа его за руку, я совершенно явственно чувствовала, как легко дышать только любовью.

    — Улыбайся всегда, любовь моя · книга
19. «

    После того как уже нельзя сказать «я люблю тебя» все остальные слова не имеют особого смысла.

    После того как уже нельзя сказать «я люблю тебя» все остальные слова не имеют особого смысла.

    — Первый · книга
20. «

    Нежная женщина однажды может столкнуться с удивительным фактом: «мой мужчина со мной» и «мой мужчина без меня» – это два разных человека.

    Нежная женщина однажды может столкнуться с удивительным фактом: «мой мужчина со мной» и «мой мужчина без меня» – это два разных человека.

    — Умная, как цветок · книга