Они возвращались в Генриетту на Свинье, Камаро Гэнси неистово красно-оранжевого цвета. Гэнси был за рулём, потому что, когда дело касалось Камаро, Гэнси всегда был за рулём. И разговор был о Глендовере, потому что, когда ты был с Гэнси, разговор почти всегда был о Глендовере.
Что этой девочке действительно нужно — так это мужчина, который обеими ногами крепко стоит на земле. Мужчина, который удержит её внизу, чтобы она не могла улететь прочь.
Гэнси остановил свою работу. На самом деле, Блу во много призналась относительно поцелуев. А именно то, что ей твердили всю её жизнь: она бы убила свою настоящую любовь, если бы поцеловала его. Было странно помнить тот момент. Он помнил, что сомневался в ней. Сейчас бы не стал. Блу была причудливой, но благоразумной, как утконос, или один из тех сандвичей, которые нарезались кружочками для затейливого чаепития.
— Мне жаль, что твой отец никогда не учил тебя значению слова «противное». Он был слишком занят, разбивая твою голову о стены вашего трейлера, в то время как ты просил прощения за то, что оставался жив. Они оба задержали дыхание. Гэнси знал, что зашел слишком далеко. Слишком далеко, слишком поздно, слишком много. Адам распахнул дверь — Да пошел ты, Гэнси. Да пошел ты, — сказал он, тихо и яростно.
Серый Человек не всегда намеревался быть отрицательным персонажем. По сути, у Серого Человека был диплом о высшем образовании в области, абсолютно не связанной с избиением людей.
Прежде всего, то, как он выразился, означало, что он мог видеть Ноа, а не каждому это давалось. Во-вторых, он был вежлив, а Блу не сталкивалась с подобной вежливостью. Вежливость Гэнси подавляла. Вежливость Адама стремилась всех успокоить. И этот человек был вежлив в остром, подвергающем сомнению варианте. Он был вежлив, как могут быть вежливы щупальца, осторожно прощупывающие поверхность, проверяя, желая посмотреть на реакцию на своё присутствие.
Она смотрела с подозрением. — Ты настоящий? Прикалываешься надо мной? — С чего ты взяла? — Ты подонок, а это не похоже на обычное поведение подонка. Он слегка улыбнулся. — Не привыкай.
Если бега — это способность показать себя другим, доказать что-то, то люди, с которыми ты соревнуешься, так же важны, как лошадь, на которой ты скачешь.
Парни сжигали хлам на заросшей парковке, пока копы не попросили их прекратить, и тогда Гэнси объяснил ситуацию, и копы вышли из автомобилей, чтобы помочь закончить работу. Это удивило Ронана, он ещё не понимал, что Гэнси мог убедить даже солнце остановить и дать ему время.