Топ-94 цитаты Мэтта Хейга

Мэтт Хейг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 94 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   С течением времени невежество видоизменяется. Но никуда не исчезает и по-прежнему смертельно опасно.

   С течением времени невежество видоизменяется. Но никуда не исчезает и по-прежнему смертельно опасно.

   — Агнес Уэйд · книга
2. «

   Люди, как правило, не любят сумасшедших, если только те не умеют красиво рисовать.

   Люди, как правило, не любят сумасшедших, если только те не умеют красиво рисовать.

   — Люди и я · книга
3. «

   Если ты чувствуешь, что времени не хватает, это не значит, что его не хватает. Если ты чувствуешь себя уродливым, это не означает, что ты уродлив. Чувство тревоги не означает, что нужно тревожиться. Если тебе кажется, что ты малого достиг в этой жизни, это не означает, что ты достиг малого. Чувство, что тебе чего-то не хватает, не делает тебя менее полноценным.

   Если ты чувствуешь, что времени не хватает, это не значит, что его не хватает. Если ты чувствуешь себя уродливым, это не означает, что ты уродлив. Чувство тревоги не означает, что нужно тревожиться. Если тебе кажется, что ты малого достиг в этой жизни, это не означает, что ты достиг малого. Чувство, что тебе чего-то не хватает, не делает тебя менее полноценным.

   — Планета нервных · книга
4. «

   Возможно, это прозвучит слишком пафосно, но наша планета движется к краху. По меньшей мере нет сомнений в том, что она меняется во многих отношениях — технологическом, политическом, экологическом. Меняется быстро. Поэтому сейчас — больше, чем когда-либо, — нам необходимо понять, какие изменения внести в мир, чтобы он никогда не поломал нас.

   Возможно, это прозвучит слишком пафосно, но наша планета движется к краху. По меньшей мере нет сомнений в том, что она меняется во многих отношениях — технологическом, политическом, экологическом. Меняется быстро. Поэтому сейчас — больше, чем когда-либо, — нам необходимо понять, какие изменения внести в мир, чтобы он никогда не поломал нас.

   — Планета нервных · книга
5. «

   К 1600 году в Англии выпускалось около 400 различных изданий в год — в десять раз больше, чем в предыдущем столетии. Говорят, что поэт Сэмюэль Тэйлор Кольридж был последним человеком, который прочитал все книги. Однако это невозможно, так как он умер в 1834 году, когда уже существовали миллионы книг. Но очень любопытно, что люди того времени действительно верили, что возможно прочитать все. Сейчас в этом никого не убедишь.

   К 1600 году в Англии выпускалось около 400 различных изданий в год — в десять раз больше, чем в предыдущем столетии. Говорят, что поэт Сэмюэль Тэйлор Кольридж был последним человеком, который прочитал все книги. Однако это невозможно, так как он умер в 1834 году, когда уже существовали миллионы книг. Но очень любопытно, что люди того времени действительно верили, что возможно прочитать все. Сейчас в этом никого не убедишь.

   — Планета нервных · книга
6. «

   Порой избегать опасности хуже, чем идти ей навстречу.

   Порой избегать опасности хуже, чем идти ей навстречу.

   — Омаи · книга
7. «

   Цветы были прекрасны. После любви цветы — лучшая реклама планеты Земля.

   Цветы были прекрасны. После любви цветы — лучшая реклама планеты Земля.

   — Трудно быть человеком · книга
8. «

   — Маловат, пожалуй, — сказал я, кивая на нож. — Что? — Со временем всё уменьшается в размерах. Компьютеры, телефоны, яблоки, ножи, души.

   — Маловат, пожалуй, — сказал я, кивая на нож. — Что? — Со временем всё уменьшается в размерах. Компьютеры, телефоны, яблоки, ножи, души.

   — Том Хазард · книга
9. «

   Он закрыл глаза и затянулся сигаретой. — Зачем люди курят? — Без понятия. Спроси чего полегче.

   Он закрыл глаза и затянулся сигаретой. — Зачем люди курят? — Без понятия. Спроси чего полегче.

   — Трудно быть человеком · книга
10. «

    На самом деле, продается не секс. Продается страх.

    На самом деле, продается не секс. Продается страх.

    — Планета нервных · книга
11. «

    Он скалился, но я понимал: годы раболепного подчинения двуногим гарантируют, что и ко мне он отнесется с некоторой долей почтения в силу того, что я тоже хожу на двух ногах.

    Он скалился, но я понимал: годы раболепного подчинения двуногим гарантируют, что и ко мне он отнесется с некоторой долей почтения в силу того, что я тоже хожу на двух ногах.

    — Трудно быть человеком · книга
12. «

    История – это люди. Все любят историю.

    История – это люди. Все любят историю.

    — Как остановить время · книга
13. «

    Прошлое и будущее — лишь миф. Прошлое есть не что иное, как мертвое настоящее, а будущего все равно не существует, потому что к тому времени, как мы добираемся до будущего, оно превращается в настоящее. Настоящее — это все, что у нас есть. Вечно движущееся, вечно меняющееся настоящее. Оно ускользает из рук. Его можно поймать, только отпустив.

    Прошлое и будущее — лишь миф. Прошлое есть не что иное, как мертвое настоящее, а будущего все равно не существует, потому что к тому времени, как мы добираемся до будущего, оно превращается в настоящее. Настоящее — это все, что у нас есть. Вечно движущееся, вечно меняющееся настоящее. Оно ускользает из рук. Его можно поймать, только отпустив.

    — Трудно быть человеком · книга
14. «

    Не чувствуя ничего, я почти сожалел о былых страданиях: когда тебе больно, ты, по крайней понимаешь, что по-прежнему жив.

    Не чувствуя ничего, я почти сожалел о былых страданиях: когда тебе больно, ты, по крайней понимаешь, что по-прежнему жив.

    — Том Хазард · книга
15. «

    Приверженец минимализма Фумио Сасаки сказал: «Счастье в том, чтобы владеть малым».

    Приверженец минимализма Фумио Сасаки сказал: «Счастье в том, чтобы владеть малым».

    — Планета нервных · книга
16. «

    Изабель обняла меня за талию. Я не знал, чего теперь требует этикет. Читать стихи, написанные мертвыми людьми, или делать массаж? Я не делал ничего.

    Изабель обняла меня за талию. Я не знал, чего теперь требует этикет. Читать стихи, написанные мертвыми людьми, или делать массаж? Я не делал ничего.

    — Трудно быть человеком · книга
17. «

    Пожалуй, я до сих пор верю в ману. Это не суеверие, а убеждение в том, что внутри нас существует нечто необъяснимое. Оно не нисходит с небес, не падает с облака, не спускается из райских кущ. Оно здесь, – он похлопал себя по груди. – Если ты влюбился, ты не можешь не думать, что существует нечто большее, чем ты сам, и оно управляет тобой. Нечто, которое, как бы сказать, не совсем ты, понимаешь? Оно живет в каждом из нас, готовое или прийти на помощь, или обдурить тебя. Мы – загадка для самих себя. Это признает даже наука. Мы, черт побери, понятия не имеем, как работает наш собственный мозг.

    Пожалуй, я до сих пор верю в ману. Это не суеверие, а убеждение в том, что внутри нас существует нечто необъяснимое. Оно не нисходит с небес, не падает с облака, не спускается из райских кущ. Оно здесь, – он похлопал себя по груди. – Если ты влюбился, ты не можешь не думать, что существует нечто большее, чем ты сам, и оно управляет тобой. Нечто, которое, как бы сказать, не совсем ты, понимаешь? Оно живет в каждом из нас, готовое или прийти на помощь, или обдурить тебя. Мы – загадка для самих себя. Это признает даже наука. Мы, черт побери, понятия не имеем, как работает наш собственный мозг.

    — Омаи · книга
18. «

    Так вот чем заканчивается любовь? Раной поверх раны поверх еще одной раны?

    Так вот чем заканчивается любовь? Раной поверх раны поверх еще одной раны?

    — Трудно быть человеком · книга
19. «

    Люди всегда занимаются тем, что им не нравится. По моим самым оптимистичным оценкам, в любой момент времени только ноль целых три десятых процента людей активно заняты тем, что им нравится, и даже в этом случае их преследует острое чувство вины, и они клятвенно обещают себе сейчас же вернуться к очередному жутко неприятному делу.

    Люди всегда занимаются тем, что им не нравится. По моим самым оптимистичным оценкам, в любой момент времени только ноль целых три десятых процента людей активно заняты тем, что им нравится, и даже в этом случае их преследует острое чувство вины, и они клятвенно обещают себе сейчас же вернуться к очередному жутко неприятному делу.

    — Трудно быть человеком · книга
20. «

    Корова – это обитающее на Земле одомашненное для многочисленных целей копытное животное, из которого получают еду, напитки, удобрения и дизайнерскую обувь. Люди выращивают коров на фермах, а потом режут им горло, разделывают тушу, раскладывают мясо по порциям, замораживают его, продают и готовят. Проделывая все это, они, видимо, получают право переименовывать корову в говядину. Звучат эти слова очень по-разному: видимо, когда человек ест корову, меньше всего ему хочется думать об этом животном.

    Корова – это обитающее на Земле одомашненное для многочисленных целей копытное животное, из которого получают еду, напитки, удобрения и дизайнерскую обувь. Люди выращивают коров на фермах, а потом режут им горло, разделывают тушу, раскладывают мясо по порциям, замораживают его, продают и готовят. Проделывая все это, они, видимо, получают право переименовывать корову в говядину. Звучат эти слова очень по-разному: видимо, когда человек ест корову, меньше всего ему хочется думать об этом животном.

    — Трудно быть человеком · книга