73 цитаты Мигеля де Сервантеса Сааведры о смысле жизни

Подборка из 73 цитаты Мигеля де Сервантеса Сааведры: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Отпускать шутки и писать остроумные вещи есть свойство умов великих: самое умное лицо в комедии — это шут, ибо кто желает сойти за дурачка, тот не должен быть таковым.

   Отпускать шутки и писать остроумные вещи есть свойство умов великих: самое умное лицо в комедии — это шут, ибо кто желает сойти за дурачка, тот не должен быть таковым.

   — Дон Кихот · книга
2. «

   Что предпочесть: мудрость безумия или тупость здравого смысла?

   Что предпочесть: мудрость безумия или тупость здравого смысла?

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
3. «

   С несчастьями, которые посылает небо, благам жизни не совладать.

   С несчастьями, которые посылает небо, благам жизни не совладать.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
4. «

   Но, несмотря на муки, как и прежде, Себе не властен отказать в надежде, Хоть верить ей давно уже страшусь, И — чтоб терзать себя ещё сильнее - Расстаться с нею через силу тщусь.

   Но, несмотря на муки, как и прежде, Себе не властен отказать в надежде, Хоть верить ей давно уже страшусь, И — чтоб терзать себя ещё сильнее - Расстаться с нею через силу тщусь.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
5. «

   Красоте приличествует степенность, беспричинный же смех есть признак весьма недалекого ума.

   Красоте приличествует степенность, беспричинный же смех есть признак весьма недалекого ума.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
6. «

   Да, он любил, но им пренебрегали, он обожал — и заслужил презренье.

   Да, он любил, но им пренебрегали, он обожал — и заслужил презренье.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
7. «

   Смею вас уверить, как человек, испытавший это на себе, что все наши безумства проистекают от пустоты в желудке и от воздуха в голове.

   Смею вас уверить, как человек, испытавший это на себе, что все наши безумства проистекают от пустоты в желудке и от воздуха в голове.

   — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
8. «

   Господь посылает рану, господь же ее и уврачует, никто не знает, что впереди, до завтра еще далеко, а ведь довольно одного часа, даже одной минуты, чтобы целый дом рухнул, я видел собственными глазами: дождь идет, и тут же тебе светит солнце, ложишься спать здоровехонек, проснулся — ни охнуть, ни вздохнуть. И кто, скажите на милость, может похвастаться, что вколотил гвоздь в колесо Фортуны? Разумеется, что никто, и между женским «да» и женским «нет» я бы и кончика булавки не стал совать: все равно не поместится. Дайте мне только увериться, что Китерия любит Басильо всей душой и от чистого сердца, и я ему головой поручусь за успех, потому любовь, как я слышал, носит такие очки, сквозь которые медь кажется золотом, бедность — богатством, а гной — жемчугом.

   Господь посылает рану, господь же ее и уврачует, никто не знает, что впереди, до завтра еще далеко, а ведь довольно одного часа, даже одной минуты, чтобы целый дом рухнул, я видел собственными глазами: дождь идет, и тут же тебе светит солнце, ложишься спать здоровехонек, проснулся — ни охнуть, ни вздохнуть. И кто, скажите на милость, может похвастаться, что вколотил гвоздь в колесо Фортуны? Разумеется, что никто, и между женским «да» и женским «нет» я бы и кончика булавки не стал совать: все равно не поместится. Дайте мне только увериться, что Китерия любит Басильо всей душой и от чистого сердца, и я ему головой поручусь за успех, потому любовь, как я слышал, носит такие очки, сквозь которые медь кажется золотом, бедность — богатством, а гной — жемчугом.

   — Санчо Панса · книга
9. «

   Отец оберегал ее, и она сама себя оберегала, ибо никакие замки, сторожа и засовы так не уберегут девушку, как строгие ее правила.

   Отец оберегал ее, и она сама себя оберегала, ибо никакие замки, сторожа и засовы так не уберегут девушку, как строгие ее правила.

   — Эухеньо · книга
10. «

    Кто не знает меры в болтовне и острословии, тот при первом же неосторожном шаге впадет и ударится в жалкое скоморошество. Обуздай свой язык. Обдумывай и взвешивай каждое слово, прежде нежели оно изойдет у тебя из уст.

    Кто не знает меры в болтовне и острословии, тот при первом же неосторожном шаге впадет и ударится в жалкое скоморошество. Обуздай свой язык. Обдумывай и взвешивай каждое слово, прежде нежели оно изойдет у тебя из уст.

    — Дон Кихот · книга
11. «

    На хорошем фундаменте и здание бывает хорошее, а лучший фундамент и котлован — это деньги.

    На хорошем фундаменте и здание бывает хорошее, а лучший фундамент и котлован — это деньги.

    — Санчо Панса · книга
12. «

    Если когда-нибудь жезл правосудия согнётся у тебя в руках, то пусть это произойдёт не под тяжестью даров, но под давлением сострадания.

    Если когда-нибудь жезл правосудия согнётся у тебя в руках, то пусть это произойдёт не под тяжестью даров, но под давлением сострадания.

    — Дон Кихот · книга
13. «

    Что питает в милой твёрдость? Гордость. Что сулит мне повседневность? Ревность. Что лишит меня терпенья? Презренье. Значит, верить в исцеленье Мне расчёта больше нету, Надломили веру эту Гордость, ревность и презренье.

    Что питает в милой твёрдость? Гордость. Что сулит мне повседневность? Ревность. Что лишит меня терпенья? Презренье. Значит, верить в исцеленье Мне расчёта больше нету, Надломили веру эту Гордость, ревность и презренье.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
14. «

    Шлюхам, как говорится, игрушки, а нам пирушки.

    Шлюхам, как говорится, игрушки, а нам пирушки.

    — Санчо Панса · книга
15. «

    А ничтожество пусть будет уделом того, кто за ничтожество себя почитает.

    А ничтожество пусть будет уделом того, кто за ничтожество себя почитает.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
16. «

    Какой-то мудрец утверждал, что на свете есть только одна достойная женщина, и советовал, чтобы каждый думал и считал, что эта единственная достойная женщина и есть его жена, и тогда он будет чувствовать себя спокойно.

    Какой-то мудрец утверждал, что на свете есть только одна достойная женщина, и советовал, чтобы каждый думал и считал, что эта единственная достойная женщина и есть его жена, и тогда он будет чувствовать себя спокойно.

    — Дон Кихот · книга
17. «

    В разлуке человек всего страшится и всё ему причиняет боль.

    В разлуке человек всего страшится и всё ему причиняет боль.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
18. «

    Пойми, что нет в целом мире большей драгоценности, нежели честная и верная жена, и что честь женщины — это добрая слава, которая про неё идет.

    Пойми, что нет в целом мире большей драгоценности, нежели честная и верная жена, и что честь женщины — это добрая слава, которая про неё идет.

    — Лотарио · книга
19. «

    Ведь когда чего-нибудь слишком много, хотя бы даже хорошего, то оно теряет цену, а когда чего-нибудь недостает, хотя бы даже плохого, то оно как-то все-таки ценится.

    Ведь когда чего-нибудь слишком много, хотя бы даже хорошего, то оно теряет цену, а когда чего-нибудь недостает, хотя бы даже плохого, то оно как-то все-таки ценится.

    — Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский · книга
20. «

    Между тем любовь юношей по большей части есть не любовь, но похоть, конечная же цель похоти есть насыщение, и, достигнув ее, она сходит на нет, а то, что казалось любовью, принуждено возвратиться вспять, ибо оно не в силах перейти предел, положенный самою природою и которого истинная любовь не знает, — словом, как скоро дон Фернандо насладился поселянкою, страсть его охладела и пыл его угас.

    Между тем любовь юношей по большей части есть не любовь, но похоть, конечная же цель похоти есть насыщение, и, достигнув ее, она сходит на нет, а то, что казалось любовью, принуждено возвратиться вспять, ибо оно не в силах перейти предел, положенный самою природою и которого истинная любовь не знает, — словом, как скоро дон Фернандо насладился поселянкою, страсть его охладела и пыл его угас.

    — Карденьо · книга