230 цитат Михаила Булгакова

Михаил Булгаков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 230 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Подумаешь, бином Ньютона!

   Подумаешь, бином Ньютона!

   — Коровьев (Фагот) · книга
2. «

   Я положительно очарован.

   Я положительно очарован.

   — Собачье сердце · книга
3. «

   У нас, знаете ли, вся жизнь из анекдотов состоит.

   У нас, знаете ли, вся жизнь из анекдотов состоит.

   — Записки юного врача · книга
4. «

   На свете существует только две силы: доллары и литература.

   На свете существует только две силы: доллары и литература.

   — Пончик · книга
5. «

   — А что это за шаги такие на лестнице? — спросил Коровьев, поигрывая ложечкой в чашке с черным кофе. — А это нас арестовывать идут, — ответил Азазелло и выпил стопочку коньяку. — А, ну-ну, — ответил на это Коровьев.

   — А что это за шаги такие на лестнице? — спросил Коровьев, поигрывая ложечкой в чашке с черным кофе. — А это нас арестовывать идут, — ответил Азазелло и выпил стопочку коньяку. — А, ну-ну, — ответил на это Коровьев.

   — Коровьев (Фагот) · книга
6. «

   А я, быв жертвою коварства и измены, Оставлю навсегда те пагубные стены, Ту бездну адскую, где царствует разврат, Где ближний ближнему — враг лютый, а не брат! Пойду искать угла в краю отсель далеком, Где можно как-нибудь быть честным человеком!

   А я, быв жертвою коварства и измены, Оставлю навсегда те пагубные стены, Ту бездну адскую, где царствует разврат, Где ближний ближнему — враг лютый, а не брат! Пойду искать угла в краю отсель далеком, Где можно как-нибудь быть честным человеком!

   — Мольер · книга
7. «

   Что это со мной? Этого никогда не было… сердце шалит… я переутомился… Пожалуй, пора бросить все к черту и в Кисловодск…

   Что это со мной? Этого никогда не было… сердце шалит… я переутомился… Пожалуй, пора бросить все к черту и в Кисловодск…

   — Михаил Александрович Берлиоз · книга
8. «

   Не бойтесь, королева, кровь давно ушла в землю, и там, где она пролилась, уже растут виноградные гроздья.

   Не бойтесь, королева, кровь давно ушла в землю, и там, где она пролилась, уже растут виноградные гроздья.

   — Мастер и Маргарита · книга
9. «

   Есть вещи, в которых совершенно недействительны ни сословные перегородки, ни даже границы между государствами.

   Есть вещи, в которых совершенно недействительны ни сословные перегородки, ни даже границы между государствами.

   — Коровьев (Фагот) · книга
10. «

    — Ты еще винограду сверху положи, — тихо сказала Гелла, пихнув в бок кота. — Попрошу меня не учить, — ответил Бегемот, — сиживал за столом, не беспокойтесь, сиживал!

    — Ты еще винограду сверху положи, — тихо сказала Гелла, пихнув в бок кота. — Попрошу меня не учить, — ответил Бегемот, — сиживал за столом, не беспокойтесь, сиживал!

    — Гелла · книга
11. «

    ...даже будучи совершенно свободной и невидимой, все же и в наслаждении нужно быть хоть немного благоразумной.

    ...даже будучи совершенно свободной и невидимой, все же и в наслаждении нужно быть хоть немного благоразумной.

    — Маргарита · книга
12. «

    Я мучился, потому что мне показалось, что с нею необходимо говорить, и тревожился, что я не вымолвлю ни одного слова, а она уйдёт, и я никогда её более не увижу...

    Я мучился, потому что мне показалось, что с нею необходимо говорить, и тревожился, что я не вымолвлю ни одного слова, а она уйдёт, и я никогда её более не увижу...

    — Мастер · книга
13. «

    Распад личности — распадом, но всё же я делаю попытки воздерживаться от него.

    Распад личности — распадом, но всё же я делаю попытки воздерживаться от него.

    — Лекарь Сергей Поляков · книга
14. «

    Наверно, сидит в учреждении и думает: ах, какой чудный замок я повесил на свою дверь! Но на самом деле замок служит только для одной цели: показать, что хозяина дома нет...

    Наверно, сидит в учреждении и думает: ах, какой чудный замок я повесил на свою дверь! Но на самом деле замок служит только для одной цели: показать, что хозяина дома нет...

    — Жорж Милославский · книга
15. «

    Я счастлив на несколько часов.

    Я счастлив на несколько часов.

    — Лекарь Сергей Поляков · книга
16. «

    ... Побежал к дому, как к месту спасения, ничего не желая, кроме того, чтобы у меня не разрывалось сердце...

    ... Побежал к дому, как к месту спасения, ничего не желая, кроме того, чтобы у меня не разрывалось сердце...

    — Лекарь Сергей Поляков · книга
17. «

    ... Так пропадите же вы пропадом с вашей обгоревшей тетрадкой и сушеной розой! Сидите здесь на скамейке одна и умоляйте его, чтобы он отпустил вас на свободу, дал дышать воздухом, ушел бы из памяти!

    ... Так пропадите же вы пропадом с вашей обгоревшей тетрадкой и сушеной розой! Сидите здесь на скамейке одна и умоляйте его, чтобы он отпустил вас на свободу, дал дышать воздухом, ушел бы из памяти!

    — Азазелло · книга
18. «

    Оскорбление является обычной наградой за хорошую работу...

    Оскорбление является обычной наградой за хорошую работу...

    — Азазелло · книга
19. «

    И тут знойный воздух сгустился перед ним, и соткался из этого воздуха прозрачный гражданин престранного вида. На маленькой головке жокейский картузик, клетчатый кургузый воздушный же пиджачок... Гражданин ростом в сажень, но в плечах узок, худ неимоверно, и физиономия, прошу заметить, глумливая. Жизнь Берлиоза складывалась так, что к необыкновенным явлениям он не привык. Еще более побледнев, он вытаращил глаза и в смятении подумал: «Этого не может быть!..» Но это, увы, было, и длинный, сквозь которого видно, гражданин, не касаясь земли, качался перед ним и влево и вправо. Тут ужас до того овладел Берлиозом, что он закрыл глаза. А когда он их открыл, увидел, что все кончилось, марево растворилось, клетчатый исчез, а заодно и тупая игла выскочила из сердца.

    И тут знойный воздух сгустился перед ним, и соткался из этого воздуха прозрачный гражданин престранного вида. На маленькой головке жокейский картузик, клетчатый кургузый воздушный же пиджачок... Гражданин ростом в сажень, но в плечах узок, худ неимоверно, и физиономия, прошу заметить, глумливая. Жизнь Берлиоза складывалась так, что к необыкновенным явлениям он не привык. Еще более побледнев, он вытаращил глаза и в смятении подумал: «Этого не может быть!..» Но это, увы, было, и длинный, сквозь которого видно, гражданин, не касаясь земли, качался перед ним и влево и вправо. Тут ужас до того овладел Берлиозом, что он закрыл глаза. А когда он их открыл, увидел, что все кончилось, марево растворилось, клетчатый исчез, а заодно и тупая игла выскочила из сердца.

    — Мастер и Маргарита · книга
20. «

    Она поглядела на меня удивленно, а я вдруг, и совершенно неожиданно понял, что я всю жизнь любил именно эту женщину!

    Она поглядела на меня удивленно, а я вдруг, и совершенно неожиданно понял, что я всю жизнь любил именно эту женщину!

    — Мастер · книга