164 сильных цитаты Михаила Юрьевича Лермонтова

Подборка из 164 цитаты Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В себя ли заглянешь? — там прошлого нет и следа: И радость, и муки, и всё там ничтожно…

   В себя ли заглянешь? — там прошлого нет и следа: И радость, и муки, и всё там ничтожно…
2. «

   Я чувствую в себе эту ненасытную жадность, поглощающую все, что встречается на пути; я смотрю на страдания и радости других только в отношении к себе, как на пищу, поддерживающую мои душевные силы.

   Я чувствую в себе эту ненасытную жадность, поглощающую все, что встречается на пути; я смотрю на страдания и радости других только в отношении к себе, как на пищу, поддерживающую мои душевные силы.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
3. «

   Где есть общество женщин — там сейчас явится высший и низший круг.

   Где есть общество женщин — там сейчас явится высший и низший круг.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
4. «

   К добру и злу постыдно равнодушны, В начале поприща мы вянем без борьбы; Перед опасностью позорно малодушны И перед властию — презренные рабы.

   К добру и злу постыдно равнодушны, В начале поприща мы вянем без борьбы; Перед опасностью позорно малодушны И перед властию — презренные рабы.
5. «

   В важные эпохи жизни, иногда, в самом обыкновенном человеке разгорается искра геройства, неизвестно доселе тлевшая в груди его, и тогда он свершает дела, о коих до сего ему не случалось и грезить, которым даже после он сам едва верует.

   В важные эпохи жизни, иногда, в самом обыкновенном человеке разгорается искра геройства, неизвестно доселе тлевшая в груди его, и тогда он свершает дела, о коих до сего ему не случалось и грезить, которым даже после он сам едва верует.

   — Вадим · книга
6. «

   Нынче поутру зашел ко мне доктор; его имя Вернер, но он русский. Что тут удивительного? Я знал одного Иванова, который был немец.

   Нынче поутру зашел ко мне доктор; его имя Вернер, но он русский. Что тут удивительного? Я знал одного Иванова, который был немец.

   — Герой нашего времени · книга
7. «

   Мы вышли вместе с Грушницким; на улице он взял меня под руку и после долгого молчания сказал: — Ну, что? «Ты глуп», — хотел я ему ответить, но удержался и только пожал плечами.

   Мы вышли вместе с Грушницким; на улице он взял меня под руку и после долгого молчания сказал: — Ну, что? «Ты глуп», — хотел я ему ответить, но удержался и только пожал плечами.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
8. «

   Выхожу один я на дорогу; Сквозь туман кремнистый путь блестит; Ночь тиха. Пустыня внемлет богу, И звезда с звездою говорит.

   Выхожу один я на дорогу; Сквозь туман кремнистый путь блестит; Ночь тиха. Пустыня внемлет богу, И звезда с звездою говорит.
9. «

   Лишь только месяц золотой Из-за горы тихонько встанет И на тебя украдкой взглянет,- К тебе я стану прилетать; Гостить я буду до денницы И на шелковые ресницы Сны золотые навевать...

   Лишь только месяц золотой Из-за горы тихонько встанет И на тебя украдкой взглянет,- К тебе я стану прилетать; Гостить я буду до денницы И на шелковые ресницы Сны золотые навевать...

   — Демон · книга
10. «

    Так жизнь скучна, когда боренья нет.

    Так жизнь скучна, когда боренья нет.
11. «

    Зачем так нежно обещала Ты заменить его венец, Зачем ты не была сначала, Какою стала наконец!

    Зачем так нежно обещала Ты заменить его венец, Зачем ты не была сначала, Какою стала наконец!
12. «

    Чего женщина не сделает, чтоб огорчить соперницу! Я помню, одна меня полюбила за то, что я любил другую.

    Чего женщина не сделает, чтоб огорчить соперницу! Я помню, одна меня полюбила за то, что я любил другую.

    — Герой нашего времени · книга
13. «

    ... Разочарование, как все моды, начав с высших слоев общества, спустилось к низшим, которые его донашивают, и нынче те, которые больше всех и в самом деле скучают, стараются скрыть это несчастье, как порок.

    ... Разочарование, как все моды, начав с высших слоев общества, спустилось к низшим, которые его донашивают, и нынче те, которые больше всех и в самом деле скучают, стараются скрыть это несчастье, как порок.

    — Герой нашего времени · книга
14. «

    И предков скучны нам роскошные забавы, Их добросовестный, ребяческий разврат; И к гробу мы спешим без счастья и без славы, Глядя насмешливо назад.

    И предков скучны нам роскошные забавы, Их добросовестный, ребяческий разврат; И к гробу мы спешим без счастья и без славы, Глядя насмешливо назад.
15. «

    Любовь, которую мы читаем в глазах, ни к чему женщину не обязывает, тогда как слова…

    Любовь, которую мы читаем в глазах, ни к чему женщину не обязывает, тогда как слова…

    — Печорин Григорий Александрович · книга
16. «

    Мне, однако, приятно, что я могу плакать! Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы, ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и пустой желудок.

    Мне, однако, приятно, что я могу плакать! Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы, ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и пустой желудок.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
17. «

    В душе моей, как в океане, Надежд разбитых груз лежит.

    В душе моей, как в океане, Надежд разбитых груз лежит.
18. «

    Обида такая пилюля, которую не всякий с покойным лицом проглотить может; некоторые глотают, разжевав наперед; тут пилюля еще горче.

    Обида такая пилюля, которую не всякий с покойным лицом проглотить может; некоторые глотают, разжевав наперед; тут пилюля еще горче.
19. «

    Тоска — развалина страстей.

    Тоска — развалина страстей.

    — Измаил-бей · книга
20. «

    Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!

    Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!

    — Печорин Григорий Александрович · книга