214 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова о смысле жизни

Подборка из 214 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И дик, и чуден был вокруг Весь божий мир; но гордый дух Презрительным окинул оком Творенье бога своего, И на челе его высоком Не отразилось ничего.

   И дик, и чуден был вокруг Весь божий мир; но гордый дух Презрительным окинул оком Творенье бога своего, И на челе его высоком Не отразилось ничего.

   — Демон · книга
2. «

   У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку.

   У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
3. «

   Волны катятся одна за другою С плеском и шумом глухим; Люди проходят ничтожной толпою Также один за другим. Волнам их неволя и холод дороже Знойных полудня лучей; Люди хотят иметь души... и что же? — Души в них волн холодней!

   Волны катятся одна за другою С плеском и шумом глухим; Люди проходят ничтожной толпою Также один за другим. Волнам их неволя и холод дороже Знойных полудня лучей; Люди хотят иметь души... и что же? — Души в них волн холодней!
4. «

   В наш век все чувства лишь на срок.

   В наш век все чувства лишь на срок.

   — Валерик · книга
5. «

   Он изучал все живые струны сердца человеческого, как изучают жилы трупа, но никогда не умел он воспользоваться своим знанием.

   Он изучал все живые струны сердца человеческого, как изучают жилы трупа, но никогда не умел он воспользоваться своим знанием.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
6. «

   Что лучше все не думав говорить, Чем глупо думать и глупей судить.

   Что лучше все не думав говорить, Чем глупо думать и глупей судить.
7. «

   Всегда останусь я рабой привычки жертвовать собой.

   Всегда останусь я рабой привычки жертвовать собой.

   — Оленька · книга
8. «

   Любить... но кого же?... на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно...

   Любить... но кого же?... на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно...
9. «

   Ты знаешь, что я твоя раба; я никогда не умела тебе противиться… и я буду за это наказана: ты меня разлюбишь!

   Ты знаешь, что я твоя раба; я никогда не умела тебе противиться… и я буду за это наказана: ты меня разлюбишь!

   — Герой нашего времени · книга
10. «

    И к свисту пули можно привыкнуть.

    И к свисту пули можно привыкнуть.

    — Максим Максимыч · книга
11. «

    К чему глубокие познанья, жажда славы, талант и пылкая любовь свободы, когда мы их употребить не можем?

    К чему глубокие познанья, жажда славы, талант и пылкая любовь свободы, когда мы их употребить не можем?
12. «

    К добру и злу постыдно равнодушны, В начале поприща мы вянем без борьбы; Перед опасностью позорно малодушны И перед властию — презренные рабы.

    К добру и злу постыдно равнодушны, В начале поприща мы вянем без борьбы; Перед опасностью позорно малодушны И перед властию — презренные рабы.
13. «

    Я как матрос, рождённый и выросший на палубе разбойничьего брига; его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце; он ходит себе целый день по прибрежному песку, прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и всматривается в туманную даль: не мелькнёт ли там на бледной черте, отдаляющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся к пустынной пристани…

    Я как матрос, рождённый и выросший на палубе разбойничьего брига; его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце; он ходит себе целый день по прибрежному песку, прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и всматривается в туманную даль: не мелькнёт ли там на бледной черте, отдаляющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся к пустынной пристани…

    — Печорин Григорий Александрович · книга
14. «

    Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его душою: как будто с потерею члена душа теряет какое-нибудь чувство.

    Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его душою: как будто с потерею члена душа теряет какое-нибудь чувство.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
15. «

    В забавах света вам смешны Тревоги дикие войны; Свой ум вы не привыкли мучить Тяжелой думой о конце; На вашем молодом лице Следов заботы и печали Не отыскать, и вы едва ли Вблизи когда-нибудь видали, Как умирают. Дай вам Бог И не видать: иных тревог Довольно есть.

    В забавах света вам смешны Тревоги дикие войны; Свой ум вы не привыкли мучить Тяжелой думой о конце; На вашем молодом лице Следов заботы и печали Не отыскать, и вы едва ли Вблизи когда-нибудь видали, Как умирают. Дай вам Бог И не видать: иных тревог Довольно есть.
16. «

    Великие души имеют особенное преимущество понимать друг друга; они читают в сердце подобных себе, как в книге, им давно знакомой…

    Великие души имеют особенное преимущество понимать друг друга; они читают в сердце подобных себе, как в книге, им давно знакомой…

    — Вадим · книга
17. «

    Жизнь — вечность, смерть — лишь миг!

    Жизнь — вечность, смерть — лишь миг!

    — Арбенин · книга
18. «

    Подлые души завидуют всему, даже обидам, которые показывают некоторое внимание со стороны их начальника.

    Подлые души завидуют всему, даже обидам, которые показывают некоторое внимание со стороны их начальника.

    — Вадим · книга
19. «

    И скучно и грустно, и некому руку подать В минуту душевной невзгоды…

    И скучно и грустно, и некому руку подать В минуту душевной невзгоды…
20. «

    Эх, братец мой – что вид наружный? Пусть будет хоть сам чёрт!... да человек он нужный.

    Эх, братец мой – что вид наружный? Пусть будет хоть сам чёрт!... да человек он нужный.

    — Казарин · книга