287 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии

Подборка из 287 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   О самолюбие! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..

   О самолюбие! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..

   — Печорин Григорий Александрович · книга
2. «

   И предков скучны нам роскошные забавы, Их добросовестный, ребяческий разврат; И к гробу мы спешим без счастья и без славы, Глядя насмешливо назад.

   И предков скучны нам роскошные забавы, Их добросовестный, ребяческий разврат; И к гробу мы спешим без счастья и без славы, Глядя насмешливо назад.
3. «

   Лучше издохнуть с голода и жажды в какой-нибудь пустыне, чем быть орудием безумца и лизать руку, кидающую мне остатки пира.

   Лучше издохнуть с голода и жажды в какой-нибудь пустыне, чем быть орудием безумца и лизать руку, кидающую мне остатки пира.

   — Вадим · книга
4. «

   Нет, не тебя так пылко я люблю, Не для меня красы твоей блистанье: Люблю в тебе я прошлое страданье И молодость погибшую мою.

   Нет, не тебя так пылко я люблю, Не для меня красы твоей блистанье: Люблю в тебе я прошлое страданье И молодость погибшую мою.
5. «

   Женщина, отказавшая миллиону, поздно или рано раскается, и горько раскается. Сколько прелестей в миллионе! наряды, подарки, вся утонченность роскоши, извинение всех слабостей, недостатков, уважение, любовь, дружба... вы скажете: это будет все один обман; но и без того мы вечно обмануты, так лучше быть обманутым с миллионом.

   Женщина, отказавшая миллиону, поздно или рано раскается, и горько раскается. Сколько прелестей в миллионе! наряды, подарки, вся утонченность роскоши, извинение всех слабостей, недостатков, уважение, любовь, дружба... вы скажете: это будет все один обман; но и без того мы вечно обмануты, так лучше быть обманутым с миллионом.

   — Юрий · книга
6. «

   Змея скользила меж камней; Но страх не сжал души моей: Я сам, как зверь, был чужд людей И полз и прятался, как змей.

   Змея скользила меж камней; Но страх не сжал души моей: Я сам, как зверь, был чужд людей И полз и прятался, как змей.

   — Мцыри · книга
7. «

   За всё, за всё тебя благодарю я: За тайные мучения страстей, За горечь слез, отраву поцелуя, За месть врагов и клевету друзей; За жар души, растраченный в пустыне. За все, чем я обманут в жизни был... Устрой лишь так, чтобы тебя отныне Недолго я еще благодарил.

   За всё, за всё тебя благодарю я: За тайные мучения страстей, За горечь слез, отраву поцелуя, За месть врагов и клевету друзей; За жар души, растраченный в пустыне. За все, чем я обманут в жизни был... Устрой лишь так, чтобы тебя отныне Недолго я еще благодарил.
8. «

   Зачем не отстать, если видишь, что цель не может быть достигнута.

   Зачем не отстать, если видишь, что цель не может быть достигнута.

   — Странный человек · книга
9. «

   Мы смехом брань их уничтожим, Нас клеветы не разлучат: Мы будем счастливы, как можем, Они пусть будут как хотят!

   Мы смехом брань их уничтожим, Нас клеветы не разлучат: Мы будем счастливы, как можем, Они пусть будут как хотят!
10. «

    И на театре, как на сцене света, Мы не выходим из балета: Захочется ль кому К честям и знаниям пробить себе дорогу, Работы нет уму - Умей он поднимать лишь ногу.

    И на театре, как на сцене света, Мы не выходим из балета: Захочется ль кому К честям и знаниям пробить себе дорогу, Работы нет уму - Умей он поднимать лишь ногу.
11. «

    Переносить! Переносить! Как давно это твердят роду человеческому, хотя знают, что таким увещеваниям почти никто не следует.

    Переносить! Переносить! Как давно это твердят роду человеческому, хотя знают, что таким увещеваниям почти никто не следует.

    — Странный человек · книга
12. «

    Взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.

    Взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
13. «

    Как страшно жизни сей оковы Нам в одиночестве влачить. Делить веселье все готовы - Никто не хочет грусть делить.

    Как страшно жизни сей оковы Нам в одиночестве влачить. Делить веселье все готовы - Никто не хочет грусть делить.
14. «

    Сладость есть во всём, что не сбылось.

    Сладость есть во всём, что не сбылось.
15. «

    Женщины любят только тех, которых не знают.

    Женщины любят только тех, которых не знают.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
16. «

    Моя душа, я помню, с детских лет Чудесного искала...

    Моя душа, я помню, с детских лет Чудесного искала...
17. «

    Мало ли людей, начиная жизнь, думают кончить ее, как Александр Великий или лорд Байрон, а между тем целый век остаются титулярными советниками?..

    Мало ли людей, начиная жизнь, думают кончить ее, как Александр Великий или лорд Байрон, а между тем целый век остаются титулярными советниками?..

    — Печорин Григорий Александрович · книга
18. «

    Я жить хочу! хочу печали Любви и счастью назло.

    Я жить хочу! хочу печали Любви и счастью назло.
19. «

    Мгновенно пробежав умом Всю цепь того, что прежде было, - Я не жалею о былом: Оно меня не усладило.

    Мгновенно пробежав умом Всю цепь того, что прежде было, - Я не жалею о былом: Оно меня не усладило.
20. «

    Я не хочу, чтоб свет узнал Мою таинственную повесть, Как я любил, за что страдал, Тому судья лишь Бог да совесть.

    Я не хочу, чтоб свет узнал Мою таинственную повесть, Как я любил, за что страдал, Тому судья лишь Бог да совесть.