95 цитат Милорада Павича, ставших крылатыми

Милорад Павич — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 95 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Настоящее — это остановившаяся часть времени. Жизнь существует лишь в настоящем, где оно стоит. Хочешь доказательств? Пожалуйста: моё настоящее не может быть ничьим будущим.

   Настоящее — это остановившаяся часть времени. Жизнь существует лишь в настоящем, где оно стоит. Хочешь доказательств? Пожалуйста: моё настоящее не может быть ничьим будущим.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
2. «

   Когда у нас что-то вылетит из головы, когда мы что-то забудем, то потом так напряженно вспоминаем это забытое, что пустота, которая расширилась за счет нашей памяти, нарушает истинные размеры и соотношения, за завесой нашего забвения она изменяется, растет, укрупняется. И когда нам наконец удается вспомнить забытое и выброшенное из головы, мы разочарованно убеждаемся, что оно не стоило того труда, который мы потратили на припоминание.

   Когда у нас что-то вылетит из головы, когда мы что-то забудем, то потом так напряженно вспоминаем это забытое, что пустота, которая расширилась за счет нашей памяти, нарушает истинные размеры и соотношения, за завесой нашего забвения она изменяется, растет, укрупняется. И когда нам наконец удается вспомнить забытое и выброшенное из головы, мы разочарованно убеждаемся, что оно не стоило того труда, который мы потратили на припоминание.

   — Геро · книга
3. «

   Вечером здесь достаточно вытянуть руку, и ночь упадает тебе прямо в ладонь.

   Вечером здесь достаточно вытянуть руку, и ночь упадает тебе прямо в ладонь.

   — Ящик для письменных принадлежностей · книга
4. «

   Никто не бывает и мудрым, и красивым все семь дней в неделю.

   Никто не бывает и мудрым, и красивым все семь дней в неделю.

   — Калина · книга
5. «

   Все эти суеверия, которые бродят среди нас, суть не что иное, как явственный и вечный знак того, на сколь низкой ступени просвещения мы стоим…

   Все эти суеверия, которые бродят среди нас, суть не что иное, как явственный и вечный знак того, на сколь низкой ступени просвещения мы стоим…

   — Вывернутая перчатка · книга
6. «

   Чтобы всякая вещь была один раз услышана, её нужно сказать дважды.

   Чтобы всякая вещь была один раз услышана, её нужно сказать дважды.

   — Вишня с золотой косточкой · книга
7. «

   Счастливчики те, кто любил хоть однажды. Хотя бы книгу, если уж не собаку или кошку, хотя бы писателя, если уж не свою жену.

   Счастливчики те, кто любил хоть однажды. Хотя бы книгу, если уж не собаку или кошку, хотя бы писателя, если уж не свою жену.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
8. «

   — Как ты? — Сегодня гораздо лучше, чем завтра.

   — Как ты? — Сегодня гораздо лучше, чем завтра.

   — Нил Олсон · книга
9. «

   Дорога, как и все дороги, думала за них, прежде чем они успели на неё ступить.

   Дорога, как и все дороги, думала за них, прежде чем они успели на неё ступить.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
10. «

    Он понял их только к вечеру, когда перевел на греческий: «Так я не в силах жить ни без тебя, ни с тобой».

    Он понял их только к вечеру, когда перевел на греческий: «Так я не в силах жить ни без тебя, ни с тобой».

    — Шляпа из рыбьей чешуи · книга
11. «

    Читатель находит в книгах то, чего не может найти в ином месте, а не то, что писатель внёс в роман.

    Читатель находит в книгах то, чего не может найти в ином месте, а не то, что писатель внёс в роман.

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
12. «

    День – штука неподъемная – пока сам не шевельнется, его с места не сдвинешь!

    День – штука неподъемная – пока сам не шевельнется, его с места не сдвинешь!

    — Охота · книга
13. «

    Не тот прав, кто знает истину, а тот, кто свою ложь считает за правду.

    Не тот прав, кто знает истину, а тот, кто свою ложь считает за правду.

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
14. «

    Все вы, дорогие мои, попали в трагедию. Потому что в этой книге — трагедия. Но там, снаружи, в жизни, вам придется потяжелее. Там властвует комедия... А в комедии больно.

    Все вы, дорогие мои, попали в трагедию. Потому что в этой книге — трагедия. Но там, снаружи, в жизни, вам придется потяжелее. Там властвует комедия... А в комедии больно.

    — Уникальный роман · книга
15. «

    Смерть, очевидно, обладает невероятной скоростью как одной из своих важнейших прерогатив. А мертвые, как и мы, могут быть калеками, но у них отсутствует то, что еще живо. В таком случае, Вы наверняка чувствуете себя лишенным лучших своих книг, потому что здесь они до сих пор живы.

    Смерть, очевидно, обладает невероятной скоростью как одной из своих важнейших прерогатив. А мертвые, как и мы, могут быть калеками, но у них отсутствует то, что еще живо. В таком случае, Вы наверняка чувствуете себя лишенным лучших своих книг, потому что здесь они до сих пор живы.

    — Письмо в журнал, публикующий сны · книга
16. «

    ... я заглянул ему в глаза и не понял в них ничего. Он смотрел на меня на чистейшем венгерском языке.

    ... я заглянул ему в глаза и не понял в них ничего. Он смотрел на меня на чистейшем венгерском языке.

    — Хазарский словарь · книга
17. «

    Счастье нельзя унаследовать, его надо строить по кирпичику.

    Счастье нельзя унаследовать, его надо строить по кирпичику.

    — Страшные любовные истории · книга
18. «

    Когда жизнь переворачивается с ног на голову, пропасть под ногами не становится небом.

    Когда жизнь переворачивается с ног на голову, пропасть под ногами не становится небом.

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
19. «

    – Человек думает, что умереть легко. Лег и умер. Но это не так просто. Все, что за нами и перед нами, длится гораздо дольше, чем мы предполагаем.

    – Человек думает, что умереть легко. Лег и умер. Но это не так просто. Все, что за нами и перед нами, длится гораздо дольше, чем мы предполагаем.

    — старый Чихорич / отец Леандра · книга
20. «

    Откуда нам знать, кто прав, если на нашем веку было столько тех, кого мы обязаны были уважать, и так мало тех, кого было за что любить?

    Откуда нам знать, кто прав, если на нашем веку было столько тех, кого мы обязаны были уважать, и так мало тех, кого было за что любить?

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга