133 мыслей Мишеля Уэльбека без воды

Мишель Уэльбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 133 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Радость — чувство сильное и глубокое, эмоция чистого восторга, охватывающая сознание целиком; её можно уподобить опьянению, зачарованности, экстазу...

   Радость — чувство сильное и глубокое, эмоция чистого восторга, охватывающая сознание целиком; её можно уподобить опьянению, зачарованности, экстазу...

   — Элементарные частицы · книга
2. «

   При экономической системе, запрещающей менять работу, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в жизни. При системе сексуальных отношений, запрещающей адюльтер, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в чьей нибудь постели. При абсолютной экономической свободе одни наживают несметные богатства; другие прозябают в нищете. При абсолютной сексуальной свободе одни живут насыщенной, яркой половой жизнью; другие обречены на мастурбацию и одиночество.

   При экономической системе, запрещающей менять работу, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в жизни. При системе сексуальных отношений, запрещающей адюльтер, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в чьей нибудь постели. При абсолютной экономической свободе одни наживают несметные богатства; другие прозябают в нищете. При абсолютной сексуальной свободе одни живут насыщенной, яркой половой жизнью; другие обречены на мастурбацию и одиночество.

   — Расширение пространства борьбы · книга
3. «

   Девушки в метро, легко ступая, Порождают стресс и волны хмеля, Адски соблазнительные в мае. (Я ушел на службу без портфеля.)

   Девушки в метро, легко ступая, Порождают стресс и волны хмеля, Адски соблазнительные в мае. (Я ушел на службу без портфеля.)
4. «

   Моя жизнь совершенно пуста, и лучше ей такой ос­таться, потому что, если проберется в неё капля страсти, следом вскоре придет боль.

   Моя жизнь совершенно пуста, и лучше ей такой ос­таться, потому что, если проберется в неё капля страсти, следом вскоре придет боль.

   — Платформа · книга
5. «

   Жертвы почти всегда отказываются называть имена своих палачей.

   Жертвы почти всегда отказываются называть имена своих палачей.

   — Элементарные частицы · книга
6. «

   Сгусток крови, злобы сгусток. Это люди, говоришь? Это люди, кроме шуток. Ночь упала на Париж. <...> Было ль время добрых истин, Был ли гармоничный век? Отчего, скажите, в жизни Так страдает человек?

   Сгусток крови, злобы сгусток. Это люди, говоришь? Это люди, кроме шуток. Ночь упала на Париж. <...> Было ль время добрых истин, Был ли гармоничный век? Отчего, скажите, в жизни Так страдает человек?
7. «

   Что-то даётся нам легко, что-то кажется непреодолимым; к этому и сводится жизнь.

   Что-то даётся нам легко, что-то кажется непреодолимым; к этому и сводится жизнь.

   — Платформа · книга
8. «

   В конечном счёте всегда лучше, когда у тебя есть какая-нибудь теория.

   В конечном счёте всегда лучше, когда у тебя есть какая-нибудь теория.

   — Расширение пространства борьбы · книга
9. «

   Утро было светлым, чистым, как кристалл. Ты терять свою свободу не хотела. Ждал тебя, на птиц смотрел и знал: Предстоит страданье, что бы я ни сделал.

   Утро было светлым, чистым, как кристалл. Ты терять свою свободу не хотела. Ждал тебя, на птиц смотрел и знал: Предстоит страданье, что бы я ни сделал.
10. «

    ...вещи делаются для того, чтобы удовлетворять запросы клиента.

    ...вещи делаются для того, чтобы удовлетворять запросы клиента.

    — Платформа · книга
11. «

    Потребность любить сильна в человеке, корни её достигают удивительных глубин, разветвляясь и укрепляясь в самом сердце.

    Потребность любить сильна в человеке, корни её достигают удивительных глубин, разветвляясь и укрепляясь в самом сердце.

    — Расширение пространства борьбы · книга
12. «

    Безмозглое животное – я не испытывал к нему ни малейшего сочувствия. Он поднял голову, встретился со мной взглядом и наверняка понял, кто я. Надо думать, его предупредили о моем приезде: по его примитивному разумению, мне надлежало ему отомстить, отплатить за кровь отца. Между нами установилась особого рода связь; сознавая это, я смотрел ему в лицо не отводя глаз; я медленно проникался ненавистью, и от этого приятного и сильного чувства мне становилось легче дышать. Будь я вооружен, я бы его прикончил не раздумывая. Убийство подобной гадины не просто не казалось мне преступлением, но представлялось поступком положительным, благотворным.

    Безмозглое животное – я не испытывал к нему ни малейшего сочувствия. Он поднял голову, встретился со мной взглядом и наверняка понял, кто я. Надо думать, его предупредили о моем приезде: по его примитивному разумению, мне надлежало ему отомстить, отплатить за кровь отца. Между нами установилась особого рода связь; сознавая это, я смотрел ему в лицо не отводя глаз; я медленно проникался ненавистью, и от этого приятного и сильного чувства мне становилось легче дышать. Будь я вооружен, я бы его прикончил не раздумывая. Убийство подобной гадины не просто не казалось мне преступлением, но представлялось поступком положительным, благотворным.

    — Платформа · книга
13. «

    Жизнь ваша будет делиться, как правило, между горечью и тревогой. В обоих случаях может помочь алкоголь. Главное — заполучить передышку, чтобы писать. Передышки будут краткими, постарайтесь ими воспользоваться.

    Жизнь ваша будет делиться, как правило, между горечью и тревогой. В обоих случаях может помочь алкоголь. Главное — заполучить передышку, чтобы писать. Передышки будут краткими, постарайтесь ими воспользоваться.

    — Оставаться живым · книга
14. «

    Людей можно за многое не любить, но одного у них не отнять: мы имеем дело с весьма изобретательными млекопитающими.

    Людей можно за многое не любить, но одного у них не отнять: мы имеем дело с весьма изобретательными млекопитающими.

    — Платформа · книга
15. «

    Я люблю плавать, люблю заниматься любовью. Но не люблю танцевать, не умею развлекаться; я всегда терпеть не могла вечеринки. Разве это нормально?

    Я люблю плавать, люблю заниматься любовью. Но не люблю танцевать, не умею развлекаться; я всегда терпеть не могла вечеринки. Разве это нормально?

    — Валери · книга
16. «

    Законы чистой морали единственны и всеобъемлющи. С течением времени она не подвергается ни ущербу, ни обогащению. Не обусловленная никакими историческими, экономическими, социологическими или культурными факторами, она ровным счетом ни от чего не зависит. Ничем не предопределяемая, она предопределяет. Беспричинная, сама служит причиной. Иными словами, это – абсолют.

    Законы чистой морали единственны и всеобъемлющи. С течением времени она не подвергается ни ущербу, ни обогащению. Не обусловленная никакими историческими, экономическими, социологическими или культурными факторами, она ровным счетом ни от чего не зависит. Ничем не предопределяемая, она предопределяет. Беспричинная, сама служит причиной. Иными словами, это – абсолют.

    — Элементарные частицы · книга
17. «

    Сколько же разных людей сосуществуют в сердце одного города, без всякой на то причины, без всяких общих интересов и забот, следуя по бесконечным непересекающимся маршрутам и лишь иногда объединяясь в сексе (все реже и реже) или (все чаще и чаще) в преступлении.

    Сколько же разных людей сосуществуют в сердце одного города, без всякой на то причины, без всяких общих интересов и забот, следуя по бесконечным непересекающимся маршрутам и лишь иногда объединяясь в сексе (все реже и реже) или (все чаще и чаще) в преступлении.

    — Карта и территория · книга
18. «

    Он ни с кем не говорил, ни к кому не выражал симпатии; он был поистине очарователен.

    Он ни с кем не говорил, ни к кому не выражал симпатии; он был поистине очарователен.

    — Элементарные частицы · книга
19. «

    Счастья бояться не надо. Его нет.

    Счастья бояться не надо. Его нет.

    — Погоня за счастьем · книга
20. «

    Можно годами работать в одиночестве, лишь так на самом деле и можно работать, но рано или поздно возникает потребность показать свои творения миру, не столько затем, чтобы узнать его суждение, сколько чтобы успокоить самого себя и увериться в реальности собственного творчества, если не существования; в гуще общественных животных отдельная личность есть не что иное, как эфемерная фикция.

    Можно годами работать в одиночестве, лишь так на самом деле и можно работать, но рано или поздно возникает потребность показать свои творения миру, не столько затем, чтобы узнать его суждение, сколько чтобы успокоить самого себя и увериться в реальности собственного творчества, если не существования; в гуще общественных животных отдельная личность есть не что иное, как эфемерная фикция.

    — Карта и территория · книга