16 цитат Наринэ Абгарян: жизненные цитаты — читать онлайн

Подборка из 16 цитат Наринэ Абгарян: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жизнь — она там, где нас любят. Жизнь — она там, где нас ждут.

   Жизнь — она там, где нас любят. Жизнь — она там, где нас ждут.

   — Наринэ Абгарян · книга
2. «

   О своем челночном периоде жизни Люда вспоминала с содроганием, никогда больше не рвалась назад. Уверяла, что человек деградирует обратно пропорционально шальным деньгам. Чем больше денег – тем меньше извилин. Заявляла, что сделала выбор в пользу извилин.

   О своем челночном периоде жизни Люда вспоминала с содроганием, никогда больше не рвалась назад. Уверяла, что человек деградирует обратно пропорционально шальным деньгам. Чем больше денег – тем меньше извилин. Заявляла, что сделала выбор в пользу извилин.

   — Наринэ Абгарян · книга
3. «

   Женщинам, может, и сложнее дается наука вождения. Но если мы ее постигаем – это уже навсегда. Нас никакими коврижками от руля не оттащить, потому что водить – это не просто счастье. Это состояние души.

   Женщинам, может, и сложнее дается наука вождения. Но если мы ее постигаем – это уже навсегда. Нас никакими коврижками от руля не оттащить, потому что водить – это не просто счастье. Это состояние души.

   — Наринэ Абгарян · книга
4. «

   Мужик на то и мужик, чтобы сомневаться, но не отступать.

   Мужик на то и мужик, чтобы сомневаться, но не отступать.

   — Наринэ Абгарян · книга
5. «

   Странное дело, но жители больших городов в целом не сильно отличаются от провинциальных жителей. И там и там можно встретить как рафинированных начитанных интеллигентов, так и опустившихся горьких пьяниц. Будучи родом из самой что ни на есть глухой провинции, Понаехавшая с удивительной легкостью вычисляла типажи своих земляков в москвичах.

   Странное дело, но жители больших городов в целом не сильно отличаются от провинциальных жителей. И там и там можно встретить как рафинированных начитанных интеллигентов, так и опустившихся горьких пьяниц. Будучи родом из самой что ни на есть глухой провинции, Понаехавшая с удивительной легкостью вычисляла типажи своих земляков в москвичах.

   — Наринэ Абгарян · книга
6. «

   Накосячит горстка идиотов – а доказывать, что она не верблюд, целой диаспоре!

   Накосячит горстка идиотов – а доказывать, что она не верблюд, целой диаспоре!

   — Наринэ Абгарян · книга
7. «

   Москва для приезжего – город одиночества. Тут можно целый день через толпу туда-сюда ходить и ни одного знакомого не повстречать. А ведь иногда так хочется с кем-нибудь словечком-другим перекинуться, радикально прожитое детство вспомнить, опять же о международных делах поговорить! В Москве так одичаешь среди множества людей, что начинаешь скучать даже о тех, кого в той, доэмигрантской, жизни на дух не переносил.

   Москва для приезжего – город одиночества. Тут можно целый день через толпу туда-сюда ходить и ни одного знакомого не повстречать. А ведь иногда так хочется с кем-нибудь словечком-другим перекинуться, радикально прожитое детство вспомнить, опять же о международных делах поговорить! В Москве так одичаешь среди множества людей, что начинаешь скучать даже о тех, кого в той, доэмигрантской, жизни на дух не переносил.

   — Наринэ Абгарян · книга
8. «

   С самого рождения она привыкла к объятиям родных — нежным, любящим, спасительным. Они защищают и благословляют, утешают и исцеляют. Девочка засыпает и просыпается в этих спасительных кругах, живет и дышит ими. Она не знает, что эти объятия, эти спасательные круги когда-нибудь оборвутся и, взмахнув высвобожденными крыльями, унесутся в безмолвное небытие. Девочка еще слишком мала, чтобы уметь распознавать течение времени. Каждый миг для нее — бесконечность. Каждый миг для нее — вечность.

   С самого рождения она привыкла к объятиям родных — нежным, любящим, спасительным. Они защищают и благословляют, утешают и исцеляют. Девочка засыпает и просыпается в этих спасительных кругах, живет и дышит ими. Она не знает, что эти объятия, эти спасательные круги когда-нибудь оборвутся и, взмахнув высвобожденными крыльями, унесутся в безмолвное небытие. Девочка еще слишком мала, чтобы уметь распознавать течение времени. Каждый миг для нее — бесконечность. Каждый миг для нее — вечность.

   — Наринэ Абгарян · книга
9. «

   ... Детство — самое совершенное состояние души — всех любишь, ни на кого не держишь зла.

   ... Детство — самое совершенное состояние души — всех любишь, ни на кого не держишь зла.

   — Наринэ Абгарян · книга
10. «

    ...кого жальче, того и привечаешь.

    ...кого жальче, того и привечаешь.

    — Наринэ Абгарян · книга
11. «

    – Может, было иначе, но я запомнил именно так. – Не хочешь у своего брата спросить? Он старше, наверное помнит, как все на самом деле было. – Не хочу. Пусть будет как я запомнил. Мое прошлое – мои воспоминания. Его прошлое – его воспоминания.

    – Может, было иначе, но я запомнил именно так. – Не хочешь у своего брата спросить? Он старше, наверное помнит, как все на самом деле было. – Не хочу. Пусть будет как я запомнил. Мое прошлое – мои воспоминания. Его прошлое – его воспоминания.

    — Наринэ Абгарян · книга
12. «

    Языком трепать каждый горазд, а вот быть милосердным мало кому дано.

    Языком трепать каждый горазд, а вот быть милосердным мало кому дано.

    — Наринэ Абгарян · книга
13. «

    Не знаю ничего, вкусней незамысловатой деревенской еды.

    Не знаю ничего, вкусней незамысловатой деревенской еды.

    — Наринэ Абгарян · книга
14. «

    Описывать Англию – занятие бессмысленное и беспомощное. Это как оказаться ребенком в сказке: тебе дано увидеть чудо, но не дано о нем рассказать. Все, что ты можешь себе позволить – это наблюдать.

    Описывать Англию – занятие бессмысленное и беспомощное. Это как оказаться ребенком в сказке: тебе дано увидеть чудо, но не дано о нем рассказать. Все, что ты можешь себе позволить – это наблюдать.

    — Наринэ Абгарян · книга
15. «

    Парижане не столь открыты, как американцы, но, если улыбнуться – они распускаются для тебя весенними цветами. Кивают, улыбаются, могут погладить по руке.

    Парижане не столь открыты, как американцы, но, если улыбнуться – они распускаются для тебя весенними цветами. Кивают, улыбаются, могут погладить по руке.

    — Наринэ Абгарян · книга
16. «

    Женская солидарность – страшная сила!

    Женская солидарность – страшная сила!

    — Наринэ Абгарян · книга