94 цитаты Наринэ Абгаряна для поста и дневника

Ниже 94 цитаты Наринэ Абгаряна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Раз тебе даровали счастье, прими его с благодарностью. Не оскорбляй благих намерений небес недоверием, будь достоин дара, которым они тебя наградили.

   Раз тебе даровали счастье, прими его с благодарностью. Не оскорбляй благих намерений небес недоверием, будь достоин дара, которым они тебя наградили.

   — С неба упали три яблока · книга
2. «

   Нет для человека пытки страшней, чем презрение собственного ребенка.

   Нет для человека пытки страшней, чем презрение собственного ребенка.

   — Зулали · книга
3. «

   Укус осы – это бюджетный вариант ботокса. И наркоза. Лицо до подбородка теряет чувствительность, можно шиферные гвозди им забивать. А морщинки разглаживаются. Лепота!

   Укус осы – это бюджетный вариант ботокса. И наркоза. Лицо до подбородка теряет чувствительность, можно шиферные гвозди им забивать. А морщинки разглаживаются. Лепота!

   — Молчание цвета · книга
4. «

   Любовь – самое беспомощное из всех чувств, потому что не умеет за себя постоять.

   Любовь – самое беспомощное из всех чувств, потому что не умеет за себя постоять.

   — Зулали · книга
5. «

   Жизнь больше, чем мы.

   Жизнь больше, чем мы.

   — Молчание цвета · книга
6. «

   Каждое испытание отводит одну беду. Считай, откупилась от чего-то нехорошего.

   Каждое испытание отводит одну беду. Считай, откупилась от чего-то нехорошего.

   — Василий Кудаманц · книга
7. «

   Нет ничего разрушительнее безделья. Безделье и праздность лишают жизнь смысла.

   Нет ничего разрушительнее безделья. Безделье и праздность лишают жизнь смысла.

   — С неба упали три яблока · книга
8. «

   Улететь из Армении – словно немного умереть. Покидаешь её с ощущением, будто тебе вырвали сердце и залили туда чернил.

   Улететь из Армении – словно немного умереть. Покидаешь её с ощущением, будто тебе вырвали сердце и залили туда чернил.

   — Молчание цвета · книга
9. «

   Нет ничего унизительнее лжи. Она одинаково унижает того, кто лжет, и того, кому лгут.

   Нет ничего унизительнее лжи. Она одинаково унижает того, кто лжет, и того, кому лгут.

   — Молчание цвета · книга
10. «

    Надо уметь в людях хорошее видеть. В каждом есть что-то хорошее. Если ты в нем приметишь, так он и сам, пожалуй, когда-нибудь разглядит. И расцветет. Только так люди и расцветают. Даже самые, казалось бы, ушлые. Только трудно это. Плохое-то все снаружи, обычно его сразу видишь, а хорошее еще отыскивать приходится.

    Надо уметь в людях хорошее видеть. В каждом есть что-то хорошее. Если ты в нем приметишь, так он и сам, пожалуй, когда-нибудь разглядит. И расцветет. Только так люди и расцветают. Даже самые, казалось бы, ушлые. Только трудно это. Плохое-то все снаружи, обычно его сразу видишь, а хорошее еще отыскивать приходится.

    — Александр Цыпкин · книга
11. «

    А с этими женщинами по-другому нельзя... Если относиться к ним серьезно, то и недели не протянешь. Вот я и отшучиваюсь постоянно. А знаешь почему? Потому что шутка продлевает жизнь.

    А с этими женщинами по-другому нельзя... Если относиться к ним серьезно, то и недели не протянешь. Вот я и отшучиваюсь постоянно. А знаешь почему? Потому что шутка продлевает жизнь.

    — Уста Серо · книга
12. «

    Жизнь – это круги, оставленные дождевыми капелями на воде, где каждое событие – отражение того, что было раньше, вот только угадать их не дано никому, если только избранным, которые, однажды появившись в этом мире, не возвращаются уже никогда, потому что испивают свою чашу с первого раза и до дна.

    Жизнь – это круги, оставленные дождевыми капелями на воде, где каждое событие – отражение того, что было раньше, вот только угадать их не дано никому, если только избранным, которые, однажды появившись в этом мире, не возвращаются уже никогда, потому что испивают свою чашу с первого раза и до дна.

    — С неба упали три яблока · книга
13. «

    Самое страшное рубилово между Ба и тетей Валей случилось в очереди за кухонными полотенцами.

    Самое страшное рубилово между Ба и тетей Валей случилось в очереди за кухонными полотенцами.

    — Манюня · книга
14. «

    У жизни вообще сюжетов раз-два и обчелся, по большому счету, каждому из нас выпадают одни и те же испытания, и истории у всех одинаковые. Истории одинаковые, а смысл у каждой свой.

    У жизни вообще сюжетов раз-два и обчелся, по большому счету, каждому из нас выпадают одни и те же испытания, и истории у всех одинаковые. Истории одинаковые, а смысл у каждой свой.

    — Зулали · книга
15. «

    Война делает людей атеистами или истово верующими. Третьего не дано. Война делает людей хорошими или плохими. Третьего не дано. Война вообще не терпит полутонов и полунамеков. Она ненавидит тебя всей душой и не требует к себе снисходительного отношения. Она нечеловечески сильный противник.

    Война делает людей атеистами или истово верующими. Третьего не дано. Война делает людей хорошими или плохими. Третьего не дано. Война вообще не терпит полутонов и полунамеков. Она ненавидит тебя всей душой и не требует к себе снисходительного отношения. Она нечеловечески сильный противник.

    — С неба упали три яблока · книга
16. «

    ... я тебе верю. А выше доверия ничего нет.

    ... я тебе верю. А выше доверия ничего нет.

    — Василий Кудаманц · книга
17. «

    Накосячит горстка идиотов – а доказывать, что она не верблюд, целой диаспоре!

    Накосячит горстка идиотов – а доказывать, что она не верблюд, целой диаспоре!

    — Понаехавшая · книга
18. «

    А ещё дядя Миша был однолюбом. Редкое для мужчины качество, ставящее жирный крест на его судьбе.

    А ещё дядя Миша был однолюбом. Редкое для мужчины качество, ставящее жирный крест на его судьбе.

    — Манюня · книга
19. «

    Аглая жила по принципу: «Не можешь объяснить чудо — прими его как есть». И чудеса в ее жизни случались.

    Аглая жила по принципу: «Не можешь объяснить чудо — прими его как есть». И чудеса в ее жизни случались.

    — Александр Цыпкин · книга
20. «

    Корейцы умеют радоваться как дети, но в скорби они молчаливы и неприступны.

    Корейцы умеют радоваться как дети, но в скорби они молчаливы и неприступны.

    — Молчание цвета · книга