50 цитат Натальи Щербы, ставших крылатыми

Наталья Щерба — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 50 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Молодежь всегда кратко формулирует, спешит увидеть главное, цветное и яркое... а смыслы-то, особенно серые, ускользают...

   Молодежь всегда кратко формулирует, спешит увидеть главное, цветное и яркое... а смыслы-то, особенно серые, ускользают...

   — Йозеф · книга
2. «

   Люди вообще недолюбливают тех, кому обязаны. И тех, кому чаще других улыбается удача.

   Люди вообще недолюбливают тех, кому обязаны. И тех, кому чаще других улыбается удача.

   — Лунастры. Прыжок над звездами · книга
3. «

   В жизни иногда приходится делать очень трудный выбор — расставаться даже с самыми близкими друзьями.

   В жизни иногда приходится делать очень трудный выбор — расставаться даже с самыми близкими друзьями.

   — Часодеи. Часовое сердце · книга
4. «

   Даже самый подлый из людей хоть раз в жизни был способен на благородный поступок.

   Даже самый подлый из людей хоть раз в жизни был способен на благородный поступок.

   — Часодеи. Часовая башня · книга
5. «

   Люди не любят тех, кто выделяется. Особенно когда выделяются способностями, свойственными лютым врагам. Люди ненавидят лучших за лучшее.

   Люди не любят тех, кто выделяется. Особенно когда выделяются способностями, свойственными лютым врагам. Люди ненавидят лучших за лучшее.

   — Йозеф · книга
6. «

   Что не убивает — делает нас сильнее.

   Что не убивает — делает нас сильнее.

   — Захарра Драгоций · книга
7. «

   Легко идти против давних врагов. Или тех, кто нам не нравится. В этом случае мы зачастую тверды и принимаем быстрое, лёгкое решение. Но иногда нам приходится выступать даже против самых близких людей. <...> Ваша рука не должна дрогнуть при встрече с предателем, даже если это ваша родная сестра.

   Легко идти против давних врагов. Или тех, кто нам не нравится. В этом случае мы зачастую тверды и принимаем быстрое, лёгкое решение. Но иногда нам приходится выступать даже против самых близких людей. <...> Ваша рука не должна дрогнуть при встрече с предателем, даже если это ваша родная сестра.

   — Астрогор · книга
8. «

   Сердце — самый уникальный часовой механизм.

   Сердце — самый уникальный часовой механизм.

   — Часодеи. Часовое сердце · книга
9. «

   — Но зачем? — недоумевал Крыль. — В этом нет логики! — Нет логики для нас, ведь мы смотрим с этой стороны мира. У тех, кто на другой стороне, иная логика, они могут видеть то, чего мы не замечаем...

   — Но зачем? — недоумевал Крыль. — В этом нет логики! — Нет логики для нас, ведь мы смотрим с этой стороны мира. У тех, кто на другой стороне, иная логика, они могут видеть то, чего мы не замечаем...

   — Йозеф · книга
10. «

    — А-а… Да я тогда вовсе не думал о какой-то заколке, — честно сказал Фэш.

    — А-а… Да я тогда вовсе не думал о какой-то заколке, — честно сказал Фэш.

    — Фэш Драгоций · книга
11. «

    И тем не менее Селест перестала бояться. Вот если бы старый хитрец улыбался — о, тогда стоило его опасаться. Как говорил отец, улыбка старика — это последнее, что можно увидеть в жизни. И непонятно было, шутит он или нет.

    И тем не менее Селест перестала бояться. Вот если бы старый хитрец улыбался — о, тогда стоило его опасаться. Как говорил отец, улыбка старика — это последнее, что можно увидеть в жизни. И непонятно было, шутит он или нет.

    — Селестина · книга
12. «

    Время на всегда на нашей стороне!

    Время на всегда на нашей стороне!

    — Часодеи. Часовая битва · книга
13. «

    Нельзя изменять своим принципам, – упрямо возразил Лешка. – Тому, во что веришь. Если изменить собственным взглядам, то сам себя перестанешь уважать. А как же тогда будут уважать тебя другие?

    Нельзя изменять своим принципам, – упрямо возразил Лешка. – Тому, во что веришь. Если изменить собственным взглядам, то сам себя перестанешь уважать. А как же тогда будут уважать тебя другие?

    — Лешка · книга
14. «

    Настоящее — это ты, человек наделенный душой.

    Настоящее — это ты, человек наделенный душой.

    — Часодеи. Часовое сердце · книга
15. «

    У неё не было ни друзей, ни врагов: первые её не выносили, вторые — не выживали.

    У неё не было ни друзей, ни врагов: первые её не выносили, вторые — не выживали.

    — Мстислав Вордак · книга
16. «

    Удача — это тоже следствие наших действий, решений и поступков.

    Удача — это тоже следствие наших действий, решений и поступков.

    — Часодеи. Часовая башня · книга
17. «

    — Тебе всё равно придётся выбирать, Тим. Каждого из нас хоть раз в жизни обязательно постигает разочарование. И лучше это произойдет с первой любовью, чем позже. Уж поверь мне. Но знаешь, что самое страшное? Понимать по прошествии нескольких лет, что ты был лопухом, когда потерял любовь всей своей жизни из-за гордости и обиды. Я ушел тогда, молча. Взял ребенка и перешёл под защиту Дома Сияния. А ведь мог остаться и уговорить ее. Кто знает, может, всё бы случилась по-другому. «Или она все равно бы предала, — невольно подумалось Тиму. — Просто позже...»

    — Тебе всё равно придётся выбирать, Тим. Каждого из нас хоть раз в жизни обязательно постигает разочарование. И лучше это произойдет с первой любовью, чем позже. Уж поверь мне. Но знаешь, что самое страшное? Понимать по прошествии нескольких лет, что ты был лопухом, когда потерял любовь всей своей жизни из-за гордости и обиды. Я ушел тогда, молча. Взял ребенка и перешёл под защиту Дома Сияния. А ведь мог остаться и уговорить ее. Кто знает, может, всё бы случилась по-другому. «Или она все равно бы предала, — невольно подумалось Тиму. — Просто позже...»

    — Тимур Святов · книга
18. «

    Дипломатия — великая штука. И чем раньше ты научишься носить её маску, тем лучше.

    Дипломатия — великая штука. И чем раньше ты научишься носить её маску, тем лучше.

    — Часодеи. Часовое имя · книга
19. «

    Тот, кто стремится к абсолютной власти, платит за это самую горькую цену.

    Тот, кто стремится к абсолютной власти, платит за это самую горькую цену.

    — Часодеи. Часовое имя · книга
20. «

    – Но я не его дочь, – холодно ввернула Селестина. Йозеф на это только усмехнулся. – И все же он любит тебя. И твое предательство ранило его очень глубоко. Его слова ужасно не понравились Селестине, потому что были они правдивы. Но она не собиралась отступать. – Как это печально, – едко произнесла девушка. – Только вряд ли так уж глубоко. – Ах да, как же я сразу не подумал, – Йозеф насмешливо покачал головой. – Ты ведь и рада этому. Месть так сладка… Но помни, что ненависть – очень простой выбор. Настолько простой, что кажется правильным.

    – Но я не его дочь, – холодно ввернула Селестина. Йозеф на это только усмехнулся. – И все же он любит тебя. И твое предательство ранило его очень глубоко. Его слова ужасно не понравились Селестине, потому что были они правдивы. Но она не собиралась отступать. – Как это печально, – едко произнесла девушка. – Только вряд ли так уж глубоко. – Ах да, как же я сразу не подумал, – Йозеф насмешливо покачал головой. – Ты ведь и рада этому. Месть так сладка… Но помни, что ненависть – очень простой выбор. Настолько простой, что кажется правильным.

    — Лунастры. Шаги в пустоте · книга