217 цитат Натальи Солнцевы для поста и дневника

Ниже 217 цитат Натальи Солнцевы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Зло любит выставлять себя напоказ, бросать вызов. Оно нуждается в зрителях. Ужас, который оно вызывает, подпитывает его, дает силу.

   Зло любит выставлять себя напоказ, бросать вызов. Оно нуждается в зрителях. Ужас, который оно вызывает, подпитывает его, дает силу.

   — Звезда Вавилона · книга
2. «

   Любовь не знает различий, ей неведомы сословия и вражда, она неподвластна земным законам. Любовь приходит и уносит счастливых избранников на своих крыльях в небеса.

   Любовь не знает различий, ей неведомы сословия и вражда, она неподвластна земным законам. Любовь приходит и уносит счастливых избранников на своих крыльях в небеса.

   — Печать фараона · книга
3. «

   – Я ничего подлого не совершал… – Что ж ты тогда в монастыре отмаливаешь? – Сам не знаю. Страшно мне вдруг стало жить, невмоготу… За что страдаю безвинно? – Без вины никто не страдает, – жестко отрезал бес. – Замолчи! Заткнись! – Где же твое смирение, монах? – хохотал злодей. – Где же твоя благость? Видать, мало поклонов бьешь! Постов не соблюдаешь! Плоть не усмиряешь! – Не тебе меня судить, – огрызался Онуфрий. – Ты сам себя осудил. Закрылся от мира, но не от себя. Сидит в тебе червь и точит, точит… пока не сожрет изнутри. Не будет тебе спасения, не надейся… – Дурак ты, Онуфрий! Чистеньким хочешь быть? И волков накормить, и овец сохранить? Не бывает такого, дружище! Либо ты овца, либо волк… Выбирай! Что тебе милее?

   – Я ничего подлого не совершал… – Что ж ты тогда в монастыре отмаливаешь? – Сам не знаю. Страшно мне вдруг стало жить, невмоготу… За что страдаю безвинно? – Без вины никто не страдает, – жестко отрезал бес. – Замолчи! Заткнись! – Где же твое смирение, монах? – хохотал злодей. – Где же твоя благость? Видать, мало поклонов бьешь! Постов не соблюдаешь! Плоть не усмиряешь! – Не тебе меня судить, – огрызался Онуфрий. – Ты сам себя осудил. Закрылся от мира, но не от себя. Сидит в тебе червь и точит, точит… пока не сожрет изнутри. Не будет тебе спасения, не надейся… – Дурак ты, Онуфрий! Чистеньким хочешь быть? И волков накормить, и овец сохранить? Не бывает такого, дружище! Либо ты овца, либо волк… Выбирай! Что тебе милее?

   — Дуэль с Оракулом · книга
4. «

   Жизнь имеет одно неуловимое свойство — она всегда происходит сейчас!

   Жизнь имеет одно неуловимое свойство — она всегда происходит сейчас!

   — Не бойся глубины · книга
5. «

   Время – великий иллюзионист и фокусник, умеющий прикрывать очевидное и сглаживать острые углы. Только эти прикрытие и сглаживание – мнимые. Оно ничего и никогда не стирает, – разве что прячет самое невыносимое в дальние уголки памяти, куда не просто добраться. Там, в первозданной чистоте красок, звуков и ощущений, продолжает жить все, – от сокрушительных поражений, боли и смерти, до тончайших нюансов наслаждения, красоты и… любви.

   Время – великий иллюзионист и фокусник, умеющий прикрывать очевидное и сглаживать острые углы. Только эти прикрытие и сглаживание – мнимые. Оно ничего и никогда не стирает, – разве что прячет самое невыносимое в дальние уголки памяти, куда не просто добраться. Там, в первозданной чистоте красок, звуков и ощущений, продолжает жить все, – от сокрушительных поражений, боли и смерти, до тончайших нюансов наслаждения, красоты и… любви.

   — Принцесса из Шанхая · книга
6. «

   Искусство – один из параллельных миров, который соприкасается с миром людей. Тесно соприкасается. Ты можешь его видеть, слышать и осязать. Творчество туманно и загадочно, в нем есть сумеречные зоны и мрачные лабиринты. Его феерический блеск порой обманчив…

   Искусство – один из параллельных миров, который соприкасается с миром людей. Тесно соприкасается. Ты можешь его видеть, слышать и осязать. Творчество туманно и загадочно, в нем есть сумеречные зоны и мрачные лабиринты. Его феерический блеск порой обманчив…

   — Джоконда и Паяц · книга
7. «

   Уходи, вместо того, чтобы сталкиваться с противником, и он растратит силы в бесплодных атаках. Истощи его! И ты обретешь победу без боя.

   Уходи, вместо того, чтобы сталкиваться с противником, и он растратит силы в бесплодных атаках. Истощи его! И ты обретешь победу без боя.

   — Принцесса из Шанхая · книга
8. «

   Ради покоя люди готовы променять звездные фейерверки на тусклый свет лампочки. Они мало знают о мире, который можно открывать, страницу за страницей. Самое ужасное, казалось бы, событие порой оборачивается счастьем...

   Ради покоя люди готовы променять звездные фейерверки на тусклый свет лампочки. Они мало знают о мире, который можно открывать, страницу за страницей. Самое ужасное, казалось бы, событие порой оборачивается счастьем...

   — Пассажирка с «Титаника» · книга
9. «

   Большие разрушения начинаются с маленькой трещинки. Всякое уродство берет начало с крошечного несовершенства. Само же совершенство недостижимо.

   Большие разрушения начинаются с маленькой трещинки. Всякое уродство берет начало с крошечного несовершенства. Само же совершенство недостижимо.

   — Легкие шаги в Океане · книга
10. «

    Женское начало олицетворяет темное, загадочное, пассивное непроявленное. Это чаша, сосуд, полный колдовских чар. Обратная сторона Луны, которую с земли не увидишь, как ни старайся.

    Женское начало олицетворяет темное, загадочное, пассивное непроявленное. Это чаша, сосуд, полный колдовских чар. Обратная сторона Луны, которую с земли не увидишь, как ни старайся.

    — Еще раз о женщине · книга
11. «

    Любовь питает все, – и звезды, и самую малую травинку… и вдохновение Мастера. Что бы ни было великого написано и создано, – будь то музыка, статуя, живописное полотно, стихотворение или книга, – это создано Любовью…

    Любовь питает все, – и звезды, и самую малую травинку… и вдохновение Мастера. Что бы ни было великого написано и создано, – будь то музыка, статуя, живописное полотно, стихотворение или книга, – это создано Любовью…

    — Еще раз о любви · книга
12. «

    Каждое дело требует мастерства. И сотворение себя – главное мастерство любого человека.

    Каждое дело требует мастерства. И сотворение себя – главное мастерство любого человека.

    — Эликсир для Жанны д'Арк · книга
13. «

    Люди – это среднее не между ангелами и животными, а между ангелами и демонами. Животное проявляется в них открыто, а демоническое прячет свое мерзкое лицо. Вечная проблема добра и зла. Белые и черные...

    Люди – это среднее не между ангелами и животными, а между ангелами и демонами. Животное проявляется в них открыто, а демоническое прячет свое мерзкое лицо. Вечная проблема добра и зла. Белые и черные...

    — Золотой идол Огнебога · книга
14. «

    Любовь нельзя измерить. Когда любишь человека, то любишь и каждую мелочь, которая его окружает.

    Любовь нельзя измерить. Когда любишь человека, то любишь и каждую мелочь, которая его окружает.

    — Испанские шахматы · книга
15. «

    Когда человек берет в руки книгу, он хочет отвлечься от повседневности, узнать что-то новое, по-другому взглянуть на старое… пережить вместе с героями приключение, любовь и победу. Открыть в себе маленький клад, о котором и не подозревал. Что-то понять…

    Когда человек берет в руки книгу, он хочет отвлечься от повседневности, узнать что-то новое, по-другому взглянуть на старое… пережить вместе с героями приключение, любовь и победу. Открыть в себе маленький клад, о котором и не подозревал. Что-то понять…

    — Натюрморт с серебряной вазой · книга
16. «

    Женщина – дитя любви. Нимфа, танцующая в вечных садах весны. Афродита, выходящая из пены морской, стряхивающая с себя жемчужные капли. Она всегда в окружении кудрявых Эротов, луки которых готовы выстрелить, а колчаны ломятся от беспощадных стрел.

    Женщина – дитя любви. Нимфа, танцующая в вечных садах весны. Афродита, выходящая из пены морской, стряхивающая с себя жемчужные капли. Она всегда в окружении кудрявых Эротов, луки которых готовы выстрелить, а колчаны ломятся от беспощадных стрел.

    — Еще раз о женщине · книга
17. «

    Если бы не тишина, то как бы мы поняли звук? Если бы не тьма, то как бы мы поняли свет?

    Если бы не тишина, то как бы мы поняли звук? Если бы не тьма, то как бы мы поняли свет?

    — Еще раз о женщине · книга
18. «

    Ночь — время чудес, когда женщина может превратиться в принцессу, если пожелает. Она надевает драгоценности и облачается в соблазнительные одежды, источая флюиды страсти.

    Ночь — время чудес, когда женщина может превратиться в принцессу, если пожелает. Она надевает драгоценности и облачается в соблазнительные одежды, источая флюиды страсти.

    — Черная жемчужина императора · книга
19. «

    ...божье дурачество — нечто гораздо более величественное, чем человеческая мудрость…

    ...божье дурачество — нечто гораздо более величественное, чем человеческая мудрость…

    — Не бойся глубины · книга
20. «

    Только истинная женщина может разглядеть и оценить сокровенную суть мужчины — творца и воина, защищающего красоту своих творений. Женщина способна превзойти мужчину смелостью и решительностью, лишь бы не допустить поражения драгоценного для нее существа. Женщина — зеркало, в котором мужчина видит свой великолепный образ.

    Только истинная женщина может разглядеть и оценить сокровенную суть мужчины — творца и воина, защищающего красоту своих творений. Женщина способна превзойти мужчину смелостью и решительностью, лишь бы не допустить поражения драгоценного для нее существа. Женщина — зеркало, в котором мужчина видит свой великолепный образ.

    — Она читала на ночь · книга