455 цитат Натальи Солнцевы, которые цепляют

Ниже 455 цитат Натальи Солнцевы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Жизнь – не кондитерская фабрика. Одни сладости не производит.

   Жизнь – не кондитерская фабрика. Одни сладости не производит.

   — Адвокат и его женщины · книга
2. «

   Прощание с прошлым… Иногда это необходимо. Старые листья засыхают и падают, их уносит ветер — чтобы весной опять зазеленели деревья.

   Прощание с прошлым… Иногда это необходимо. Старые листья засыхают и падают, их уносит ветер — чтобы весной опять зазеленели деревья.

   — Дневник сорной травы · книга
3. «

   Любовь отвергает мертвые схемы, привычку и отсутствие изобретательности. С этим священным и драгоценнейшим даром Вселенной не позволительно обращаться как попало. Райская птица вспорхнет и улетит, когда ей надоест один и тот же корм! Она отправится искать другие небеса…

   Любовь отвергает мертвые схемы, привычку и отсутствие изобретательности. С этим священным и драгоценнейшим даром Вселенной не позволительно обращаться как попало. Райская птица вспорхнет и улетит, когда ей надоест один и тот же корм! Она отправится искать другие небеса…

   — Все совпадения неслучайны · книга
4. «

   Искренность – неслыханная роскошь! Не каждый может ее себе позволить! Она – удел избранных.

   Искренность – неслыханная роскошь! Не каждый может ее себе позволить! Она – удел избранных.

   — Венера Челлини · книга
5. «

   Предчувствие смерти – еще не смерть, но уже ее приближение. Она где-то рядом… реет в сумеречной тени, пряча свой лик до роковой минуты…

   Предчувствие смерти – еще не смерть, но уже ее приближение. Она где-то рядом… реет в сумеречной тени, пряча свой лик до роковой минуты…

   — Танец семи вуалей · книга
6. «

   Жизнь обламывает нас, и это правильно. Не всем же быть звездами! Кому-то надо смотреть на них снизу вверх. Смотреть даже интереснее.

   Жизнь обламывает нас, и это правильно. Не всем же быть звездами! Кому-то надо смотреть на них снизу вверх. Смотреть даже интереснее.

   — Золотой павлин · книга
7. «

   Любовь проходит сквозь грязь и ад… и к ней ничего не пристает…

   Любовь проходит сквозь грязь и ад… и к ней ничего не пристает…

   — Не бойся глубины · книга
8. «

   Мания – это одержимость, когда человек себе не хозяин. Он будто осознает, что делает, а на самом деле им движет сила, уму неподвластная.

   Мания – это одержимость, когда человек себе не хозяин. Он будто осознает, что делает, а на самом деле им движет сила, уму неподвластная.

   — Подручный смерти · книга
9. «

   Даже боги покоряются дыханию Эроса и пьют нектар бессмертия из его чаши.

   Даже боги покоряются дыханию Эроса и пьют нектар бессмертия из его чаши.

   — Кинжал Зигфрида · книга
10. «

    Она – его единственная подлинная связь с этим миром. Не что-то выдуманное, прикрывающее истинную суть вещей, а сама эта суть. Его переживание любви к ней есть самое ценное из всего, испытанного им до сих пор.

    Она – его единственная подлинная связь с этим миром. Не что-то выдуманное, прикрывающее истинную суть вещей, а сама эта суть. Его переживание любви к ней есть самое ценное из всего, испытанного им до сих пор.

    — В горах ближе к небу · книга
11. «

    В жизни все равно нельзя избежать неприятностей. Даже если сидеть и ничего не делать. Но есть гораздо более страшная вещь... Не иметь цели, к которой стоит стремиться!

    В жизни все равно нельзя избежать неприятностей. Даже если сидеть и ничего не делать. Но есть гораздо более страшная вещь... Не иметь цели, к которой стоит стремиться!

    — Дневник сорной травы · книга
12. «

    Нельзя прийти к счастью по скользким дорожкам. Компромисс с самим собой невозможен. Это путь в пропасть…

    Нельзя прийти к счастью по скользким дорожкам. Компромисс с самим собой невозможен. Это путь в пропасть…

    — Дневник сорной травы · книга
13. «

    Счастья не нужно ждать – его нужно испытывать.

    Счастья не нужно ждать – его нужно испытывать.

    — Натюрморт с серебряной вазой · книга
14. «

    Множество культов делают ставку на страх, на слабые места в характере людей. Они ищут ту самую червоточину, через которую начнут разрушать. И уж если есть она в человеке, то… плохо его дело. На него будут оказывать давление, запугивать, воздействовать то кнутом, то пряником, пока он не дрогнет, не изменит себе. Тогда все! Он становится легкой добычей. Он больше себе не хозяин и будет делать то, что велят. Такая власть иллюзорна. Ее сила обманчива и, по большому счету, ничтожна. Никого ни к чему нельзя принудить… если только не щелкать бичом страха. Многие обретают подобную власть, неизменно становясь ее жертвой.

    Множество культов делают ставку на страх, на слабые места в характере людей. Они ищут ту самую червоточину, через которую начнут разрушать. И уж если есть она в человеке, то… плохо его дело. На него будут оказывать давление, запугивать, воздействовать то кнутом, то пряником, пока он не дрогнет, не изменит себе. Тогда все! Он становится легкой добычей. Он больше себе не хозяин и будет делать то, что велят. Такая власть иллюзорна. Ее сила обманчива и, по большому счету, ничтожна. Никого ни к чему нельзя принудить… если только не щелкать бичом страха. Многие обретают подобную власть, неизменно становясь ее жертвой.

    — Дневник сорной травы · книга
15. «

    Время все превращает в прах. Самые великие завоеватели и сказочно богатые владыки теперь беднее последнего нищего. Власть, – пьяный земной мед, – упорхнула от них, как вспугнутая колибри. Яркие перышки, великолепный хвост… и спустя мгновение только едва заметно покачивается ветка, на которой сидела птичка.

    Время все превращает в прах. Самые великие завоеватели и сказочно богатые владыки теперь беднее последнего нищего. Власть, – пьяный земной мед, – упорхнула от них, как вспугнутая колибри. Яркие перышки, великолепный хвост… и спустя мгновение только едва заметно покачивается ветка, на которой сидела птичка.

    — Кинжал Зигфрида · книга
16. «

    Любовью принято называть все, что угодно. Секс, инстинкт собственника, желание подчинить себе другого человека. Но люди – не вещи. Они не могут никому принадлежать.

    Любовью принято называть все, что угодно. Секс, инстинкт собственника, желание подчинить себе другого человека. Но люди – не вещи. Они не могут никому принадлежать.

    — Иди за мной · книга
17. «

    В жизни в принципе не бывает точки стабильности. Если что-то не развивается, оно непременно будет разрушаться, опускаться ниже и ниже, пока не дойдет до самого дна.

    В жизни в принципе не бывает точки стабильности. Если что-то не развивается, оно непременно будет разрушаться, опускаться ниже и ниже, пока не дойдет до самого дна.

    — Подручный смерти · книга
18. «

    Если вы хотите узнать возраст зеркала, – поднесите к нему свечу. Сколько отражений возникнет, столько веков зеркало служило людям. Оно впитывает столетия, хранит их в себе, подобно волшебному озеру, которое помнит всё, что когда-либо отражалось на его поверхности. Не всякое зеркало обладает таким свойством, – только то, которое делалось для определенных целей. Служить коридором в лабиринте времени, пристанищем заблудших душ или пространством Двойников. Зазеркалье – особый мир, куда не стоит заглядывать без нужды. Это окно, проницаемое с обеих сторон: и туда, и оттуда.

    Если вы хотите узнать возраст зеркала, – поднесите к нему свечу. Сколько отражений возникнет, столько веков зеркало служило людям. Оно впитывает столетия, хранит их в себе, подобно волшебному озеру, которое помнит всё, что когда-либо отражалось на его поверхности. Не всякое зеркало обладает таким свойством, – только то, которое делалось для определенных целей. Служить коридором в лабиринте времени, пристанищем заблудших душ или пространством Двойников. Зазеркалье – особый мир, куда не стоит заглядывать без нужды. Это окно, проницаемое с обеих сторон: и туда, и оттуда.

    — Золото скифов · книга
19. «

    Человек начинает постигать собственную суть, только когда влюбляется.

    Человек начинает постигать собственную суть, только когда влюбляется.

    — Принцесса из Шанхая · книга
20. «

    Чтобы видеть по-настоящему, порой надо закрыть глаза.

    Чтобы видеть по-настоящему, порой надо закрыть глаза.

    — Дьявольский поезд · книга