Наталья Тимошенко: 422 цитаты на каждый день

Ниже 422 цитаты Натальи Тимошенко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как-то глупо обижаться на человека только за то, что он отреагировал так, как отреагировал, а не так, как ты ожидала.

   Как-то глупо обижаться на человека только за то, что он отреагировал так, как отреагировал, а не так, как ты ожидала.

   — Лена Обухова · книга
2. «

   Контролируемое сновидение — это техника борьбы с кошмарами. Она заключается в том, чтобы научиться распознавать сон, понимать, что спишь и видишь кошмар, и управлять им.

   Контролируемое сновидение — это техника борьбы с кошмарами. Она заключается в том, чтобы научиться распознавать сон, понимать, что спишь и видишь кошмар, и управлять им.

   — Лена Обухова · книга
3. «

   Люди имеют привычку отвлекаться, уходить с места, плевать на свои обязанности, думая, что знают лучше других, как поступить.

   Люди имеют привычку отвлекаться, уходить с места, плевать на свои обязанности, думая, что знают лучше других, как поступить.

   — Войтех Дворжак · книга
4. «

   Наверное, внутри каждой женщины живет средневековая принцесса, желающая видеть, как смелые рыцари бьются за ее сердце, совершают безумные поступки, чтобы завоевать ее внимание.

   Наверное, внутри каждой женщины живет средневековая принцесса, желающая видеть, как смелые рыцари бьются за ее сердце, совершают безумные поступки, чтобы завоевать ее внимание.

   — Лена Обухова · книга
5. «

   Ей казалось, что за эту ночь внутри выгорело все: не осталось ни страха перед неизвестным проклятием, ни обиды на Максима, ни надежды на то, что все наладится. Только пустота.

   Ей казалось, что за эту ночь внутри выгорело все: не осталось ни страха перед неизвестным проклятием, ни обиды на Максима, ни надежды на то, что все наладится. Только пустота.

   — Лена Обухова · книга
6. «

   Нет ничего хуже, чем делать мужчину отцом насильно.

   Нет ничего хуже, чем делать мужчину отцом насильно.

   — Лена Обухова · книга
7. «

   Мне нравятся люди, которые задают прямые вопросы, а не ходят вокруг да около, стараясь не задеть чувства.

   Мне нравятся люди, которые задают прямые вопросы, а не ходят вокруг да около, стараясь не задеть чувства.

   — Лена Обухова · книга
8. «

   Огороженный двор, закрытые на магнитные замки калитки, консьержка и камеры видеонаблюдения в парадной — все это было призвано создать у жильцов чувство защищенности, закрытости от враждебного мира. Однако на практике все получалось не так красиво. В любую запертую на магнитный замок дверь можно было пройти следом за кем-нибудь. Благополучные жильцы подобных кварталов редко спрашивают тех, кто идет сзади, к кому они, считая свой дом неприступной крепостью, а соседей — милейшими людьми, даже если видят их впервые в жизни.

   Огороженный двор, закрытые на магнитные замки калитки, консьержка и камеры видеонаблюдения в парадной — все это было призвано создать у жильцов чувство защищенности, закрытости от враждебного мира. Однако на практике все получалось не так красиво. В любую запертую на магнитный замок дверь можно было пройти следом за кем-нибудь. Благополучные жильцы подобных кварталов редко спрашивают тех, кто идет сзади, к кому они, считая свой дом неприступной крепостью, а соседей — милейшими людьми, даже если видят их впервые в жизни.

   — Лена Обухова · книга
9. «

   Осмотр замка рождал странные чувства. Стены, стоящие веками, мебель, которой пользовались люди задолго до их рождения, каменные плиты на полу и ступеньки лестниц, стоптанные кем-то давно и частично разрушенные временем, сами по себе внушали благоговейный трепет даже во время обычных туристических экскурсий. Однако этот осмотр сильно отличался от любой экскурсии. Пустота и тишина заставляли холодок пробегать по спине вдоль позвоночника, таинственное появление замка из ниоткуда, его древность в сочетании с достаточно хорошим состоянием рождали в голове множество сюжетов и догадок, одна другой фантастичнее. И вот уже холодок, пробегающий между лопаток, пробирался внутрь и сворачивался клубочком в животе, вызывая тягостное предчувствие беды.

   Осмотр замка рождал странные чувства. Стены, стоящие веками, мебель, которой пользовались люди задолго до их рождения, каменные плиты на полу и ступеньки лестниц, стоптанные кем-то давно и частично разрушенные временем, сами по себе внушали благоговейный трепет даже во время обычных туристических экскурсий. Однако этот осмотр сильно отличался от любой экскурсии. Пустота и тишина заставляли холодок пробегать по спине вдоль позвоночника, таинственное появление замка из ниоткуда, его древность в сочетании с достаточно хорошим состоянием рождали в голове множество сюжетов и догадок, одна другой фантастичнее. И вот уже холодок, пробегающий между лопаток, пробирался внутрь и сворачивался клубочком в животе, вызывая тягостное предчувствие беды.

   — Лена Обухова · книга
10. «

    Он живёт по своим правилам, не признаёт никаких ограничений, кроме собственных. Он выглядит так, как ему нравится, а не так, как кому-то может казаться правильным. Занимается тем, что ему доставляет удовольствие, до тех пор, пока это происходит. Общается с теми, кто ему интересен, игнорирует тех, кто вызывает негативные эмоции, даже если правильнее было бы дружить с этим людьми. И если его кто-то привлекает, то он не тратит время на лишние сомнения по поводу возраста, расы или пола. Он по-настоящему свободен.

    Он живёт по своим правилам, не признаёт никаких ограничений, кроме собственных. Он выглядит так, как ему нравится, а не так, как кому-то может казаться правильным. Занимается тем, что ему доставляет удовольствие, до тех пор, пока это происходит. Общается с теми, кто ему интересен, игнорирует тех, кто вызывает негативные эмоции, даже если правильнее было бы дружить с этим людьми. И если его кто-то привлекает, то он не тратит время на лишние сомнения по поводу возраста, расы или пола. Он по-настоящему свободен.

    — Лена Обухова · книга
11. «

    Навязчивое желание оставить за собой последнее слово всегда было не самым лучшим ее качеством.

    Навязчивое желание оставить за собой последнее слово всегда было не самым лучшим ее качеством.

    — Лена Обухова · книга
12. «

    Взрослые имеют одну удручающую черту: они в большинстве своем не верят в то, чего не видели.

    Взрослые имеют одну удручающую черту: они в большинстве своем не верят в то, чего не видели.

    — Лена Обухова · книга
13. «

    Лучше всего простуду лечат сон, отдых и горячий чай.

    Лучше всего простуду лечат сон, отдых и горячий чай.

    — Александра Рейхерд · книга
14. «

    Утро, начинающееся с крика, не может быть добрым по определению. И не важно, кто и почему кричит. Это может быть крик боли, отчаяния, злости, радости, предупреждения — все равно услышавший его должен бросить все свои дела, даже если это была неспешная чашка кофе, и выяснить, что случилось, а затем уже действовать по обстоятельствам. Но почти со стопроцентной гарантией можно утверждать, что до кофе дело уже не дойдет.

    Утро, начинающееся с крика, не может быть добрым по определению. И не важно, кто и почему кричит. Это может быть крик боли, отчаяния, злости, радости, предупреждения — все равно услышавший его должен бросить все свои дела, даже если это была неспешная чашка кофе, и выяснить, что случилось, а затем уже действовать по обстоятельствам. Но почти со стопроцентной гарантией можно утверждать, что до кофе дело уже не дойдет.

    — Лена Обухова · книга
15. «

    Он был старше нее всего на восемь лет, хотя ей порой казалось, что между ними целая пропасть. Впрочем, как он мирилися с ее упрямством и жаждой приключений, так и она прощала ему подобное поведение.

    Он был старше нее всего на восемь лет, хотя ей порой казалось, что между ними целая пропасть. Впрочем, как он мирилися с ее упрямством и жаждой приключений, так и она прощала ему подобное поведение.

    — Лена Обухова · книга
16. «

    Вот ведь как бывает… Всю жизнь рисуешь в воображении образ идеального мужчины, а потом он появляется в реальной жизни и оказывается совершенно не таким. У него совсем не тот рост, цвет волос или глаз, не та комплекция, род занятий или возраст. Но что-то щелкает внутри, как будто нужный кусочек пазла становится на место, и ты понимаешь: ну да, это он и есть. Тот, кто нужен, кого ты всегда ждала. И, может быть, он объективно хуже десятка других, более идеальных, а все равно… Важно не пропустить момент, когда щелкнет, чтобы потом не сомневаться.

    Вот ведь как бывает… Всю жизнь рисуешь в воображении образ идеального мужчины, а потом он появляется в реальной жизни и оказывается совершенно не таким. У него совсем не тот рост, цвет волос или глаз, не та комплекция, род занятий или возраст. Но что-то щелкает внутри, как будто нужный кусочек пазла становится на место, и ты понимаешь: ну да, это он и есть. Тот, кто нужен, кого ты всегда ждала. И, может быть, он объективно хуже десятка других, более идеальных, а все равно… Важно не пропустить момент, когда щелкнет, чтобы потом не сомневаться.

    — Лена Обухова · книга
17. «

    Тяга к приключениям и любопытство всегда были в ней сильнее инстинкта самосохранения.

    Тяга к приключениям и любопытство всегда были в ней сильнее инстинкта самосохранения.

    — Лена Обухова · книга
18. «

    Женщины порой оказывались очень странными, на его взгляд, существами с какой-то жуткой логикой.

    Женщины порой оказывались очень странными, на его взгляд, существами с какой-то жуткой логикой.

    — Лена Обухова · книга
19. «

    Почему обществу людей я долгое время предпочитал книги. Люди жестоки, особенно дети. Они не горят желанием вникать в ваши обстоятельства. Они не знают сочувствия и снисхождения.

    Почему обществу людей я долгое время предпочитал книги. Люди жестоки, особенно дети. Они не горят желанием вникать в ваши обстоятельства. Они не знают сочувствия и снисхождения.

    — Лена Обухова · книга
20. «

    Мне всегда интересно, как реальные случаи обрастают разными вымышленными подробностями, за которыми потом реальность полностью теряется.

    Мне всегда интересно, как реальные случаи обрастают разными вымышленными подробностями, за которыми потом реальность полностью теряется.

    — Лена Обухова · книга