20 цитат Натальи Турчаниновы, ставших крылатыми

Наталья Турчанинова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

   Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

   — Алексей Пехов · книга
2. «

   Бессмысленная сила агрессивна. Лишь разум понимает ценность разных форм жизни, сила без разума уничтожает всё, что не хочет покориться ей. Но силой легко управлять. Она становится опасна лишь когда подкреплена знаниями.

   Бессмысленная сила агрессивна. Лишь разум понимает ценность разных форм жизни, сила без разума уничтожает всё, что не хочет покориться ей. Но силой легко управлять. Она становится опасна лишь когда подкреплена знаниями.

   — Алексей Пехов · книга
3. «

   Места захоронений имеют способность вытягивать жизненную силу. Там отрицательная энергетика. <…> Мёртвое не должно соприкасаться с живым.

   Места захоронений имеют способность вытягивать жизненную силу. Там отрицательная энергетика. <…> Мёртвое не должно соприкасаться с живым.

   — Алексей Пехов · книга
4. «

   Злость наполняла его, как вода отпечаток ноги на тающем снегу. И была такой же мутной.

   Злость наполняла его, как вода отпечаток ноги на тающем снегу. И была такой же мутной.

   — Алексей Пехов · книга
5. «

   Цивилизация овец губит волков.

   Цивилизация овец губит волков.

   — Алексей Пехов · книга
6. «

   Твои родные могут быть живы, — рассудительно заметил бетайлас. — Не надо паниковать раньше времени. Но Лориан не паниковал. Он был в отчаянии. <...> — Они мне мешали, — сказал он глухим голосом. — Я хотел быть свободным. Делать, что хочу. Ни перед кем не отчитываться. И вот теперь я свободен. Я чувствовал его отчаяние, которое с каждой минутой становилось всё сильнее. Он с горечью думал о том, что почти не бывал дома, <...> чтобы те не мешали ему жить своей опасной, но очень интересной жизнью. Редко звонил, отделываясь ничего не значащими формальными фразами, и получал возможность не думать о них до следующего телефонного звонка. А теперь звонить было некому. И я, стоя рядом, переживал вместе с ним его горе.

   Твои родные могут быть живы, — рассудительно заметил бетайлас. — Не надо паниковать раньше времени. Но Лориан не паниковал. Он был в отчаянии. <...> — Они мне мешали, — сказал он глухим голосом. — Я хотел быть свободным. Делать, что хочу. Ни перед кем не отчитываться. И вот теперь я свободен. Я чувствовал его отчаяние, которое с каждой минутой становилось всё сильнее. Он с горечью думал о том, что почти не бывал дома, <...> чтобы те не мешали ему жить своей опасной, но очень интересной жизнью. Редко звонил, отделываясь ничего не значащими формальными фразами, и получал возможность не думать о них до следующего телефонного звонка. А теперь звонить было некому. И я, стоя рядом, переживал вместе с ним его горе.

   — Алексей Пехов · книга
7. «

   — Быть может, мой поступок оказался не слишком умным. Но вы даже представить себе не можете, насколько унизительно всю жизнь пресмыкаться перед всеми, культивируя в себе ощущение беспомощности. Я должна была отомстить! Колдун насмешливо поднял чёрные брови. Фэри ожидала очередного едкого замечания, но неожиданно он произнес с одобрением: — Лучше быть в ярости, чем в слезах.

   — Быть может, мой поступок оказался не слишком умным. Но вы даже представить себе не можете, насколько унизительно всю жизнь пресмыкаться перед всеми, культивируя в себе ощущение беспомощности. Я должна была отомстить! Колдун насмешливо поднял чёрные брови. Фэри ожидала очередного едкого замечания, но неожиданно он произнес с одобрением: — Лучше быть в ярости, чем в слезах.

   — Алексей Пехов · книга
8. «

   — Ты что, думаешь, никто ничего не делает просто так? — Увы, — улыбнулась Фелиция, — я слишком хорошо знаю человеческую природу. Нами всегда движет жажда выгоды, а в чем эта выгода будет выражаться, решает каждый для себя сам — удовлетворение любопытства, ожидание ответной любезности, похвалы или восхищения, материального вознаграждения или собственного морального успокоения.

   — Ты что, думаешь, никто ничего не делает просто так? — Увы, — улыбнулась Фелиция, — я слишком хорошо знаю человеческую природу. Нами всегда движет жажда выгоды, а в чем эта выгода будет выражаться, решает каждый для себя сам — удовлетворение любопытства, ожидание ответной любезности, похвалы или восхищения, материального вознаграждения или собственного морального успокоения.

   — Алексей Пехов · книга
9. «

   Смерть есть зло, самими это установлено богами. Умирали бы и боги, если б благом была смерть.

   Смерть есть зло, самими это установлено богами. Умирали бы и боги, если б благом была смерть.

   — Алексей Пехов · книга
10. «

    Хранье, сидящей у иллюминатора, вспомнилась старинная легенда о том, что небосвод создан древними богами из черепа великана, павшего в битве с ними. А звёзды и солнце — это раны, полученные им во время боя, и сквозь них струится вечный свет запредельного мира...

    Хранье, сидящей у иллюминатора, вспомнилась старинная легенда о том, что небосвод создан древними богами из черепа великана, павшего в битве с ними. А звёзды и солнце — это раны, полученные им во время боя, и сквозь них струится вечный свет запредельного мира...

    — Алексей Пехов · книга
11. «

    У меня слишком мало добрых поступков, чтобы я о них никому не рассказывал.

    У меня слишком мало добрых поступков, чтобы я о них никому не рассказывал.

    — Алексей Пехов · книга
12. «

    Молодость — это неопытность, слабость, беззащитность.

    Молодость — это неопытность, слабость, беззащитность.

    — Алексей Пехов · книга
13. «

    Господин Бальза не разбирался в марках. Для него все автомобили делились на лимузины, грузовики и «другие». Эта была как раз из последних.

    Господин Бальза не разбирался в марках. Для него все автомобили делились на лимузины, грузовики и «другие». Эта была как раз из последних.

    — Алексей Пехов · книга
14. «

    Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

    Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

    — Алексей Пехов · книга
15. «

    Беда с этим молодым поколением. То им кинотеатр подавай, то бассейн, то детские утренники устраивай.

    Беда с этим молодым поколением. То им кинотеатр подавай, то бассейн, то детские утренники устраивай.

    — Алексей Пехов · книга
16. «

    Я знаю одно, Фелиция. Все проходит. Советую тебе повторять это почаще мысленно. Очень помогает избавляться от иллюзий.

    Я знаю одно, Фелиция. Все проходит. Советую тебе повторять это почаще мысленно. Очень помогает избавляться от иллюзий.

    — Алексей Пехов · книга
17. «

    Безумец я! Прозрение пришло. Покоя нет, Лишь страсть во мне — всевластна. Как лезвие клинка мечта была опасна: Я жизнь свою на ноты положил. Безумец я...

    Безумец я! Прозрение пришло. Покоя нет, Лишь страсть во мне — всевластна. Как лезвие клинка мечта была опасна: Я жизнь свою на ноты положил. Безумец я...

    — Алексей Пехов · книга
18. «

    Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.

    Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.

    — Алексей Пехов · книга
19. «

    ... постоянное желание сделать всё правильно, и полное незнание, что именно — правильно.

    ... постоянное желание сделать всё правильно, и полное незнание, что именно — правильно.

    — Алексей Пехов · книга
20. «

    Руки Флоры, обнимающие его, были такими нежными, а сама она казалась особенно беззащитной и ранимой. Когда леди уснула, он смотрел на неё, вновь удивляясь, как в этом прекрасном создании могут сосуществовать одновременно страстность и холодность, самоотверженность и коварство, романтичность и расчетливость.

    Руки Флоры, обнимающие его, были такими нежными, а сама она казалась особенно беззащитной и ранимой. Когда леди уснула, он смотрел на неё, вновь удивляясь, как в этом прекрасном создании могут сосуществовать одновременно страстность и холодность, самоотверженность и коварство, романтичность и расчетливость.

    — Алексей Пехов · книга