Подборка: 22 цитаты Никиты Михалкова

Ниже 22 цитаты Никиты Михалкова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Для Вас Христос — это русский Христос, или общечеловеческий Христос? — Для меня — русский. Возможно, это звучит абсолютно неграмотно, и вопиюще, но я, например, считаю, что к русскому православию, восточному православию намного ближе ислам, нежели мы к католикам. И думаю, именно в этом была причина, что Александр Невский не принял предложение латинян стать под их защиту и принять католицизм, а пошел давать дань и просить княжение. И признавать верховенство другой нации и другой веры. Я думаю, что он тем самым спас восточное христианство. Потому что мы бы не были теми, кто мы есть, если бы мы стали католиками. Никогда.

   — Для Вас Христос — это русский Христос, или общечеловеческий Христос? — Для меня — русский. Возможно, это звучит абсолютно неграмотно, и вопиюще, но я, например, считаю, что к русскому православию, восточному православию намного ближе ислам, нежели мы к католикам. И думаю, именно в этом была причина, что Александр Невский не принял предложение латинян стать под их защиту и принять католицизм, а пошел давать дань и просить княжение. И признавать верховенство другой нации и другой веры. Я думаю, что он тем самым спас восточное христианство. Потому что мы бы не были теми, кто мы есть, если бы мы стали католиками. Никогда.

   — протоиерей Димитрий Рощин
2. «

   — У нас нет идеологии... — Что такое идеология? Это правила, по которым люди живут. Это страшное слово идеология. Сразу — коммунисты, буденовки, шлемы, кожаные куртки. Идеология — это правила, по которым люди живут. Это заповеди. Это же совсем просто. Это существование в социуме на своей земле, опираясь на те культурные и исторические корни, которые тебя взрастили. Это и есть идеология. Именно поэтому в эту идеологию не вписывается то, что предлагают наши коллеги с запада.

   — У нас нет идеологии... — Что такое идеология? Это правила, по которым люди живут. Это страшное слово идеология. Сразу — коммунисты, буденовки, шлемы, кожаные куртки. Идеология — это правила, по которым люди живут. Это заповеди. Это же совсем просто. Это существование в социуме на своей земле, опираясь на те культурные и исторические корни, которые тебя взрастили. Это и есть идеология. Именно поэтому в эту идеологию не вписывается то, что предлагают наши коллеги с запада.

   — Дмитрий Куликов
3. «

   Не надо уподобляться собаке, которая на Вас лает. Вы же не встаете на четвереньки и не лаете в ответ? Лучше всего не обращать внимания и она отстанет.

   Не надо уподобляться собаке, которая на Вас лает. Вы же не встаете на четвереньки и не лаете в ответ? Лучше всего не обращать внимания и она отстанет.
4. «

   Мне скажут, ну когда это было? Сталинизм, зачехлённость, зацикленность людей. Не хочу спекулировать, но как бы повела себя, в таких условиях так самоназываемая элита: писатель Быков, журналист Альбац, публицист Шендеровича, обозреватель Ларина, или телеведущая Собчак? Эта либеральная мразь что ли элита? Не дай бог! Нет! А вот наш Герой Магомед Нурбагандов, который под стволом пистолета, за секунду до того как его убьют, призывает: «Работайте братья!» А Роман Филипов, который взрывая себя, забирает врагов с собой, кричит, чтоб успеть: «Это вам за пацанов!». Думали ли они, что это кто-то увидит, услышит, что их оценят? Нет! Это и есть та самая элита, которая отвечает за себя и за свой народ, берёт ответственность. Это та самая элита, которая умеет в самые тяжёлые моменты жизни, оставаться людьми. Ведёт за собой, своим примером, которая любит свой народ. Элита, не предавшая свой, тот самый стержень, который для них основа. Великий философ Иван Ильин писал: «Жить надо ради того, за что можно умереть!» Вот это знак элиты, жить ради своей Родины. За народ, ответственность за слова, за сострадание к падшим, понимание и ответственность за то что говоришь и делаешь, и самое главное — это осознание того, что народ из которого ты вышел, заслужено считает тебя элитой.

   Мне скажут, ну когда это было? Сталинизм, зачехлённость, зацикленность людей. Не хочу спекулировать, но как бы повела себя, в таких условиях так самоназываемая элита: писатель Быков, журналист Альбац, публицист Шендеровича, обозреватель Ларина, или телеведущая Собчак? Эта либеральная мразь что ли элита? Не дай бог! Нет! А вот наш Герой Магомед Нурбагандов, который под стволом пистолета, за секунду до того как его убьют, призывает: «Работайте братья!» А Роман Филипов, который взрывая себя, забирает врагов с собой, кричит, чтоб успеть: «Это вам за пацанов!». Думали ли они, что это кто-то увидит, услышит, что их оценят? Нет! Это и есть та самая элита, которая отвечает за себя и за свой народ, берёт ответственность. Это та самая элита, которая умеет в самые тяжёлые моменты жизни, оставаться людьми. Ведёт за собой, своим примером, которая любит свой народ. Элита, не предавшая свой, тот самый стержень, который для них основа. Великий философ Иван Ильин писал: «Жить надо ради того, за что можно умереть!» Вот это знак элиты, жить ради своей Родины. За народ, ответственность за слова, за сострадание к падшим, понимание и ответственность за то что говоришь и делаешь, и самое главное — это осознание того, что народ из которого ты вышел, заслужено считает тебя элитой.
5. «

   Человек должен быть готов к тому кресту, который он на себя взвалил. Мне очень точно мама говорила: бойся тех, для кого власть — это мечта. А иди за теми, для кого власть — это крест.

   Человек должен быть готов к тому кресту, который он на себя взвалил. Мне очень точно мама говорила: бойся тех, для кого власть — это мечта. А иди за теми, для кого власть — это крест.
6. «

   Нужно бояться зависти потому что, как это ни странно, именно зависть является основой всего зла на свете, всего! Даже Христа распяли из зависти. «Ты можешь, а мы — нет» .

   Нужно бояться зависти потому что, как это ни странно, именно зависть является основой всего зла на свете, всего! Даже Христа распяли из зависти. «Ты можешь, а мы — нет» .
7. «

   Понимаешь, наша жизнь – это колесо телеги. А мы – это муха на ободе. Крутится колесо на солнце – муха думает, что солнце будет светить всегда, что она всегда будет греться на этом ободе, а потом вдруг шварк – в жижу, грязь, ужас!... Но вот прошло время, и снова солнце, и опять муха сверху на колесе, и опять кажется, что будет вечно светло и тепло. А тут хлоп – опять грязь… Важно, куда катится сама телега.

   Понимаешь, наша жизнь – это колесо телеги. А мы – это муха на ободе. Крутится колесо на солнце – муха думает, что солнце будет светить всегда, что она всегда будет греться на этом ободе, а потом вдруг шварк – в жижу, грязь, ужас!... Но вот прошло время, и снова солнце, и опять муха сверху на колесе, и опять кажется, что будет вечно светло и тепло. А тут хлоп – опять грязь… Важно, куда катится сама телега.

   — Михаил Ильич Ромм · книга
8. «

   Если слава тебя меняет, значит, идёт не впрок, мешает и разрушает как личность.

   Если слава тебя меняет, значит, идёт не впрок, мешает и разрушает как личность.
9. «

   Зависть не только грех, зависть — это движущая сила зла! <...> Зависть может быть движущей силой для того, чтобы сделать лучше, а может быть губительной силой для того, чтобы истребить того, кто делает лучше тебя.

   Зависть не только грех, зависть — это движущая сила зла! <...> Зависть может быть движущей силой для того, чтобы сделать лучше, а может быть губительной силой для того, чтобы истребить того, кто делает лучше тебя.
10. «

    Помните, что очень важно для актера – полностью погрузиться в работу. Бытовые проблемы, общение с родственниками и друзьями могут свести на нет все, что было наработано накануне на съемках.

    Помните, что очень важно для актера – полностью погрузиться в работу. Бытовые проблемы, общение с родственниками и друзьями могут свести на нет все, что было наработано накануне на съемках.

    — Никита Сергеевич Михалков · книга
11. «

    Я вывел формулу русского человека. Вот она: русским человеком может быть только тот, у кого чего-нибудь нет, но не так нет, чтобы обязательно было, а нет — и хрен с ним.

    Я вывел формулу русского человека. Вот она: русским человеком может быть только тот, у кого чего-нибудь нет, но не так нет, чтобы обязательно было, а нет — и хрен с ним.
12. «

    Европа, на мой взгляд, умирает, и называет трусость — толерантностью, бессилие — мультикультурализмом, и за это расплачивается, и отголоски этого будем мы хлебать... Но у нас просто другого пути нет! Другой путь — это вот взять, и всё, что было создано до сегодняшнего дня, включая Федора Михайловича Достоевского, Льва Николаевича Толстого и так далее — зачеркнуть, и впитать в себя абсолютно чужое, страшное, механическое, никогда не совмещающееся с Богом в человеке.

    Европа, на мой взгляд, умирает, и называет трусость — толерантностью, бессилие — мультикультурализмом, и за это расплачивается, и отголоски этого будем мы хлебать... Но у нас просто другого пути нет! Другой путь — это вот взять, и всё, что было создано до сегодняшнего дня, включая Федора Михайловича Достоевского, Льва Николаевича Толстого и так далее — зачеркнуть, и впитать в себя абсолютно чужое, страшное, механическое, никогда не совмещающееся с Богом в человеке.
13. «

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.
14. «

    Кинематографические улыбки на показах ничего не стоят, это просто демонстрация работы стоматологов.

    Кинематографические улыбки на показах ничего не стоят, это просто демонстрация работы стоматологов.
15. «

    Писать роман или картину можно «в стол», но кино «для себя» — вещь, может быть, и заманчивая, но малоперспективная. Оправдание «я так вижу» или «это моя искренность» не работает, если ты ограничен в своих возможностях, не имею в виду финансовые — внутренние. Великий Сергей Аполлинариевич Герасимов на такие высказывания студента говорил: «Искренность котенка — в «мяу». Попадание должно быть больше, шире, объемнее.

    Писать роман или картину можно «в стол», но кино «для себя» — вещь, может быть, и заманчивая, но малоперспективная. Оправдание «я так вижу» или «это моя искренность» не работает, если ты ограничен в своих возможностях, не имею в виду финансовые — внутренние. Великий Сергей Аполлинариевич Герасимов на такие высказывания студента говорил: «Искренность котенка — в «мяу». Попадание должно быть больше, шире, объемнее.
16. «

    — Никита Сергеевич, чему Вас научил Христос? Как Бог, как человек. Как человек, скорее. — Я думаю, что он научил меня тому, что я никогда не чувствую себя одиноким, одним. Я никогда не испытываю чувства одиночества. И это не значит, что я все время стою перед иконой и чувствую себя причастным. Нет, просто мне есть с кем внутренне разговаривать. Это подсознательно. Это живое ощущение того, что ты никогда не можешь быть один. Никогда не быть в поисках кого-то, чтобы было веселее. То есть, я скучаю по каким-то людям, но меня одиночество не посещает.

    — Никита Сергеевич, чему Вас научил Христос? Как Бог, как человек. Как человек, скорее. — Я думаю, что он научил меня тому, что я никогда не чувствую себя одиноким, одним. Я никогда не испытываю чувства одиночества. И это не значит, что я все время стою перед иконой и чувствую себя причастным. Нет, просто мне есть с кем внутренне разговаривать. Это подсознательно. Это живое ощущение того, что ты никогда не можешь быть один. Никогда не быть в поисках кого-то, чтобы было веселее. То есть, я скучаю по каким-то людям, но меня одиночество не посещает.

    — Димитрий Рощин
17. «

    Радость замечательна нечаянно.

    Радость замечательна нечаянно.
18. «

    Вы понимаете, соблазн, ощущение безнаказанности и презрения к людям, они очень заразны.

    Вы понимаете, соблазн, ощущение безнаказанности и презрения к людям, они очень заразны.
19. «

    А про свободу совести, вы тоже правы... Потому что достаточно людей и тогда было и сейчас есть, действительно свободных от того, что называется совестью.

    А про свободу совести, вы тоже правы... Потому что достаточно людей и тогда было и сейчас есть, действительно свободных от того, что называется совестью.
20. «

    Не путайте белое с острым.

    Не путайте белое с острым.