53 цитат Никиты Михалкова, которые цепляют

Ниже 53 цитаты Никиты Михалкова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Кинематографические улыбки на показах ничего не стоят, это просто демонстрация работы стоматологов.

   Кинематографические улыбки на показах ничего не стоят, это просто демонстрация работы стоматологов.
2. «

   — Для Вас Христос — это русский Христос, или общечеловеческий Христос? — Для меня — русский. Возможно, это звучит абсолютно неграмотно, и вопиюще, но я, например, считаю, что к русскому православию, восточному православию намного ближе ислам, нежели мы к католикам. И думаю, именно в этом была причина, что Александр Невский не принял предложение латинян стать под их защиту и принять католицизм, а пошел давать дань и просить княжение. И признавать верховенство другой нации и другой веры. Я думаю, что он тем самым спас восточное христианство. Потому что мы бы не были теми, кто мы есть, если бы мы стали католиками. Никогда.

   — Для Вас Христос — это русский Христос, или общечеловеческий Христос? — Для меня — русский. Возможно, это звучит абсолютно неграмотно, и вопиюще, но я, например, считаю, что к русскому православию, восточному православию намного ближе ислам, нежели мы к католикам. И думаю, именно в этом была причина, что Александр Невский не принял предложение латинян стать под их защиту и принять католицизм, а пошел давать дань и просить княжение. И признавать верховенство другой нации и другой веры. Я думаю, что он тем самым спас восточное христианство. Потому что мы бы не были теми, кто мы есть, если бы мы стали католиками. Никогда.

   — протоиерей Димитрий Рощин
3. «

   — У нас нет идеологии... — Что такое идеология? Это правила, по которым люди живут. Это страшное слово идеология. Сразу — коммунисты, буденовки, шлемы, кожаные куртки. Идеология — это правила, по которым люди живут. Это заповеди. Это же совсем просто. Это существование в социуме на своей земле, опираясь на те культурные и исторические корни, которые тебя взрастили. Это и есть идеология. Именно поэтому в эту идеологию не вписывается то, что предлагают наши коллеги с запада.

   — У нас нет идеологии... — Что такое идеология? Это правила, по которым люди живут. Это страшное слово идеология. Сразу — коммунисты, буденовки, шлемы, кожаные куртки. Идеология — это правила, по которым люди живут. Это заповеди. Это же совсем просто. Это существование в социуме на своей земле, опираясь на те культурные и исторические корни, которые тебя взрастили. Это и есть идеология. Именно поэтому в эту идеологию не вписывается то, что предлагают наши коллеги с запада.

   — Дмитрий Куликов
4. «

   Не надо уподобляться собаке, которая на Вас лает. Вы же не встаете на четвереньки и не лаете в ответ? Лучше всего не обращать внимания и она отстанет.

   Не надо уподобляться собаке, которая на Вас лает. Вы же не встаете на четвереньки и не лаете в ответ? Лучше всего не обращать внимания и она отстанет.
5. «

   Точка отсчета важна, а не то, во что одет, или на какую тему говорят!

   Точка отсчета важна, а не то, во что одет, или на какую тему говорят!
6. «

   Когда эти овцы из «Comedy Woman» шутят вот так, они сами понимают, что они говорят? О ком они говорят? Они на секунду могут себе представить, что это такое, на сорока градусном морозе стоять обливаемым из шлангов ледяной водой и превратиться в ледяной памятник самому себе? Генерал Дмитрий Михайлович Карбышев — фантастическая личность. Что говорит генерал Карбышев в последнюю секунду своей жизни: «Товарищи, думайте о Родине и мужество не покинет нас!» Сейчас это может рассматриваться как какой-то анахронизм. Какая Родина, какой-то Карбышев... Но вы на секунду представьте себе. Не проклятие врагу, нет, а сформулированный смысл своего существования. Вот это есть стержень. Потому что это не для камеры, не для фото, не для СМИ, не для публики. Это разговор с Богом.

   Когда эти овцы из «Comedy Woman» шутят вот так, они сами понимают, что они говорят? О ком они говорят? Они на секунду могут себе представить, что это такое, на сорока градусном морозе стоять обливаемым из шлангов ледяной водой и превратиться в ледяной памятник самому себе? Генерал Дмитрий Михайлович Карбышев — фантастическая личность. Что говорит генерал Карбышев в последнюю секунду своей жизни: «Товарищи, думайте о Родине и мужество не покинет нас!» Сейчас это может рассматриваться как какой-то анахронизм. Какая Родина, какой-то Карбышев... Но вы на секунду представьте себе. Не проклятие врагу, нет, а сформулированный смысл своего существования. Вот это есть стержень. Потому что это не для камеры, не для фото, не для СМИ, не для публики. Это разговор с Богом.

   — Дмитрий Михайлович Карбышев
7. «

   Если бы наша страна ограничивалась Рублевкой, то Собчак была бы гениальным президентом для этой страны.

   Если бы наша страна ограничивалась Рублевкой, то Собчак была бы гениальным президентом для этой страны.
8. «

   Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

   Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.
9. «

   В России сострадание порой бывает сильнее закона. Эту цитату я вставил в эпилог моей картины «Двенадцать». Конечно сострадание в России имеет порою большую силу, чем закон. Но если не исполнять закона, если этот закон может трактоваться как угодно, в зависимости от того, насколько тебе выгодно, как его трактовать... Это путь в пропасть, в хаос. А хаос в России — это гибель не только России, это катастрофа космического характера.

   В России сострадание порой бывает сильнее закона. Эту цитату я вставил в эпилог моей картины «Двенадцать». Конечно сострадание в России имеет порою большую силу, чем закон. Но если не исполнять закона, если этот закон может трактоваться как угодно, в зависимости от того, насколько тебе выгодно, как его трактовать... Это путь в пропасть, в хаос. А хаос в России — это гибель не только России, это катастрофа космического характера.
10. «

    ... если у актера есть внешний недостаток, он должен сделать его любимым для зрителя.

    ... если у актера есть внешний недостаток, он должен сделать его любимым для зрителя.

    — Шарль Дюллен · книга
11. «

    Я вывел формулу русского человека. Вот она: русским человеком может быть только тот, у кого чего-нибудь нет, но не так нет, чтобы обязательно было, а нет — и хрен с ним.

    Я вывел формулу русского человека. Вот она: русским человеком может быть только тот, у кого чего-нибудь нет, но не так нет, чтобы обязательно было, а нет — и хрен с ним.
12. «

    Актёр должен выкладываться на все сто, даже если режиссёр ничего не стоит.

    Актёр должен выкладываться на все сто, даже если режиссёр ничего не стоит.
13. «

    А вам не кажется, что то, что сейчас происходит в природе, эти страшные наводнения, пожары, высохшие реки, миллионы гектар сгоревших лесов, что это ответ человечеству за предательство самых простых вещей. Того, что природа человечеству дала. Даже если хотя бы взять продолжение рода. Когда теряют значение и смысл понятия семьи, мужчины, женщины, отца, матери. Я надеюсь, что мы понимаем, что если мы не сможем сопротивляться этому мору, этому затмению, мы можем пройти точку не возврата. Откуда обратного пути уже нет. И я верю, что мы это понимаем.

    А вам не кажется, что то, что сейчас происходит в природе, эти страшные наводнения, пожары, высохшие реки, миллионы гектар сгоревших лесов, что это ответ человечеству за предательство самых простых вещей. Того, что природа человечеству дала. Даже если хотя бы взять продолжение рода. Когда теряют значение и смысл понятия семьи, мужчины, женщины, отца, матери. Я надеюсь, что мы понимаем, что если мы не сможем сопротивляться этому мору, этому затмению, мы можем пройти точку не возврата. Откуда обратного пути уже нет. И я верю, что мы это понимаем.
14. «

    Понимаешь, наша жизнь – это колесо телеги. А мы – это муха на ободе. Крутится колесо на солнце – муха думает, что солнце будет светить всегда, что она всегда будет греться на этом ободе, а потом вдруг шварк – в жижу, грязь, ужас!... Но вот прошло время, и снова солнце, и опять муха сверху на колесе, и опять кажется, что будет вечно светло и тепло. А тут хлоп – опять грязь… Важно, куда катится сама телега.

    Понимаешь, наша жизнь – это колесо телеги. А мы – это муха на ободе. Крутится колесо на солнце – муха думает, что солнце будет светить всегда, что она всегда будет греться на этом ободе, а потом вдруг шварк – в жижу, грязь, ужас!... Но вот прошло время, и снова солнце, и опять муха сверху на колесе, и опять кажется, что будет вечно светло и тепло. А тут хлоп – опять грязь… Важно, куда катится сама телега.

    — Михаил Ильич Ромм · книга
15. «

    В силах актера только одно: все свое мастерство, весь свой темперамент, фантазию, наблюдательность использовать в роли так, чтобы обогатить ее содержанием. Тогда даже эпизод станет искусством…

    В силах актера только одно: все свое мастерство, весь свой темперамент, фантазию, наблюдательность использовать в роли так, чтобы обогатить ее содержанием. Тогда даже эпизод станет искусством…

    — Никита Сергеевич Михалков · книга
16. «

    Народность — это сохранение народа. Народность — это... Что такое народность? Это та основа, та корневая система, которая живёт по тем правилам, которые возбуждают человека рождать детей, продолжать свой род. А ты посмотри, какая потрясающая вещь, какое наблюдение... Ты знаешь, что у огромного количества руководителей европейских стран нет детей? Ни у Меркель, ни у Макрона... У них нет детей. И когда мы имеем дело с людьми, которые не знают, что такое ребёнок, которые никогда не просыпались ночью и не смотрели — горячий он или нет... Когда у них отсутствует ощущение необходимости создания будущего жизни ради своего ребёнка, как они могут думать о чужих детях и о чужих людях?

    Народность — это сохранение народа. Народность — это... Что такое народность? Это та основа, та корневая система, которая живёт по тем правилам, которые возбуждают человека рождать детей, продолжать свой род. А ты посмотри, какая потрясающая вещь, какое наблюдение... Ты знаешь, что у огромного количества руководителей европейских стран нет детей? Ни у Меркель, ни у Макрона... У них нет детей. И когда мы имеем дело с людьми, которые не знают, что такое ребёнок, которые никогда не просыпались ночью и не смотрели — горячий он или нет... Когда у них отсутствует ощущение необходимости создания будущего жизни ради своего ребёнка, как они могут думать о чужих детях и о чужих людях?
17. «

    Храбрость — это всего-навсего терпение в опасной ситуации.

    Храбрость — это всего-навсего терпение в опасной ситуации.

    — Тамерлан · книга
18. «

    Режиссер не тот, кто хочет или «как все», или как угодно, только «не как все». Режиссер тот, кто говорит: «Вот как я себе представляю то или иное». И за это свое представление о мире режиссер должен нести персональную ответственность! За каждое свое слово!

    Режиссер не тот, кто хочет или «как все», или как угодно, только «не как все». Режиссер тот, кто говорит: «Вот как я себе представляю то или иное». И за это свое представление о мире режиссер должен нести персональную ответственность! За каждое свое слово!

    — Михаил Ильич Ромм · книга
19. «

    Никогда не обижайся! Если тебя хотели обидеть, не доставляй удовольствия тому, кто этого хотел, а если не хотели, то всегда можно простить.

    Никогда не обижайся! Если тебя хотели обидеть, не доставляй удовольствия тому, кто этого хотел, а если не хотели, то всегда можно простить.

    — Мама · книга
20. «

    В американском кино есть и проститутки, и наркоманы, и нехорошие люди, и коррупция, и преступники. Но там существует нечто такое, что перешагнуть нельзя: уважение к своей стране, уважение к своему народу, уважение к закону. И всегда появляется полицейский рано или поздно, который, рискуя жизнью, спасает. Это не значит, что всегда так. Но американцы, которые доказывают, и американская власть, которая доказывает, что она защищает своего гражданина на любой территории, в любой точке земного шара, это дает людям надежду, что они не зря живут.

    В американском кино есть и проститутки, и наркоманы, и нехорошие люди, и коррупция, и преступники. Но там существует нечто такое, что перешагнуть нельзя: уважение к своей стране, уважение к своему народу, уважение к закону. И всегда появляется полицейский рано или поздно, который, рискуя жизнью, спасает. Это не значит, что всегда так. Но американцы, которые доказывают, и американская власть, которая доказывает, что она защищает своего гражданина на любой территории, в любой точке земного шара, это дает людям надежду, что они не зря живут.

    — Никита Сергеевич Михалков · книга