40 цитат Николая Алексеевича Некрасова — читать онлайн

Подборка из 40 цитат Николая Алексеевича Некрасова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Знаю: на место сетей крепостных Люди придумали много иных.

   Знаю: на место сетей крепостных Люди придумали много иных.
2. «

   Люби, покуда любится, Терпи, покуда терпится, Прощай, пока прощается, И — бог тебе судья!

   Люби, покуда любится, Терпи, покуда терпится, Прощай, пока прощается, И — бог тебе судья!
3. «

   Сеятель знанья на ниву народную! Почву ты, что ли, находишь бесплодную, Худы ль твои семена? Робок ли сердцем ты? слаб ли ты силами? Труд награждается всходами хилыми, Доброго мало зерна! Где ж вы, умелые, с бодрыми лицами, Где же вы, с полными жита кошницами? Труд засевающих робко, крупицами, Двиньте вперед! Сейте разумное, доброе, вечное, Сейте! Спасибо вам скажет сердечное Русский народ...

   Сеятель знанья на ниву народную! Почву ты, что ли, находишь бесплодную, Худы ль твои семена? Робок ли сердцем ты? слаб ли ты силами? Труд награждается всходами хилыми, Доброго мало зерна! Где ж вы, умелые, с бодрыми лицами, Где же вы, с полными жита кошницами? Труд засевающих робко, крупицами, Двиньте вперед! Сейте разумное, доброе, вечное, Сейте! Спасибо вам скажет сердечное Русский народ...
4. «

   От ликующих, праздно болтающих, Обагряющих руки в крови Уведи меня в стан погибающих За великое дело любви!

   От ликующих, праздно болтающих, Обагряющих руки в крови Уведи меня в стан погибающих За великое дело любви!
5. «

   — А тоже грамотеями Считаетесь!... — с досадою Дворовый прошипел. — На что вам книги умные? Вам вывески питейные Да слово «воспрещается», Что на столбах встречается, Достаточно читать!

   — А тоже грамотеями Считаетесь!... — с досадою Дворовый прошипел. — На что вам книги умные? Вам вывески питейные Да слово «воспрещается», Что на столбах встречается, Достаточно читать!

   — дворовый пёс · книга
6. «

   Заунывный ветер гонит Стаю туч на край небес. Ель надломленная стонет, Глухо шепчет темный лес.

   Заунывный ветер гонит Стаю туч на край небес. Ель надломленная стонет, Глухо шепчет темный лес.
7. «

   Желал бы я, чтоб сонное забвенье На долгий срок мне на душу сошло, Когда б моё воображенье Блуждать в прошедшем не могло...

   Желал бы я, чтоб сонное забвенье На долгий срок мне на душу сошло, Когда б моё воображенье Блуждать в прошедшем не могло...
8. «

   Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом, Что женщине не следует «гулять» Ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом, Когда она жена и мать.

   Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом, Что женщине не следует «гулять» Ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом, Когда она жена и мать.
9. «

   Мужик беды не меряет, Со всякою справляется, Какая ни приди. Мужик, трудясь не думает, Что силы надорвет.

   Мужик беды не меряет, Со всякою справляется, Какая ни приди. Мужик, трудясь не думает, Что силы надорвет.

   — Яким Нагой · книга
10. «

    Безумец! для чего тревожишь Ты сердце бедное свое? Простить не можешь ты ее - И не любить ее не можешь!..

    Безумец! для чего тревожишь Ты сердце бедное свое? Простить не можешь ты ее - И не любить ее не можешь!..
11. «

    Ему судьба готовила Путь славный, имя громкое Народного заступника. Чахотку и Сибирь.

    Ему судьба готовила Путь славный, имя громкое Народного заступника. Чахотку и Сибирь.
12. «

    Тут трезвому, что голому, неловко.

    Тут трезвому, что голому, неловко.

    — Кому на Руси жить хорошо · книга
13. «

    Родная земля! Назови мне такую обитель. Я такого угла не видал, Где бы сеятель твой и хранитель, Где бы русский мужик не стонал?

    Родная земля! Назови мне такую обитель. Я такого угла не видал, Где бы сеятель твой и хранитель, Где бы русский мужик не стонал?
14. «

    Внимая ужасам войны, При каждой новой жертве боя Мне жаль не друга, не жены, Мне жаль не самого героя... Увы! утешится жена, И друга лучший друг забудет; Но где-то есть душа одна - Она до гроба помнить будет! Средь лицемерных наших дел И всякой пошлости и прозы Одни я в мире подсмотрел Святые, искренние слезы - То слезы бедных матерей! Им не забыть своих детей, Погибших на кровавой ниве, Как не поднять плакучей иве Своих поникнувших ветвей...

    Внимая ужасам войны, При каждой новой жертве боя Мне жаль не друга, не жены, Мне жаль не самого героя... Увы! утешится жена, И друга лучший друг забудет; Но где-то есть душа одна - Она до гроба помнить будет! Средь лицемерных наших дел И всякой пошлости и прозы Одни я в мире подсмотрел Святые, искренние слезы - То слезы бедных матерей! Им не забыть своих детей, Погибших на кровавой ниве, Как не поднять плакучей иве Своих поникнувших ветвей...
15. «

    Ничего не может быть ужаснее в жизни женщины, как узнать о торжестве своей соперницы, сознать его, и, к довершению всех мучений, перед множеством людей, которые, как докучливые комары в летний жаркий день, кусают вас со всех сторон своими ядовитыми насмешками, и нет средств укрыться от них: они найдут место пропустить своё жало.

    Ничего не может быть ужаснее в жизни женщины, как узнать о торжестве своей соперницы, сознать его, и, к довершению всех мучений, перед множеством людей, которые, как докучливые комары в летний жаркий день, кусают вас со всех сторон своими ядовитыми насмешками, и нет средств укрыться от них: они найдут место пропустить своё жало.

    — Н · книга
16. «

    Вижу я в котомке книжку. Так учиться ты идешь... Знаю: батька за сынишку Издержал последний грош.

    Вижу я в котомке книжку. Так учиться ты идешь... Знаю: батька за сынишку Издержал последний грош.
17. «

    Он жил только, когда играл, а остальное время лежал, зевал, хандрил, никого не принимал и ни к кому не ездил.

    Он жил только, когда играл, а остальное время лежал, зевал, хандрил, никого не принимал и ни к кому не ездил.

    — Н · книга
18. «

    Однажды, в студеную зимнюю пору, Я из лесу вышел; был сильный мороз. Гляжу, поднимается медленно в гору Лошадка, везущая хворосту воз. И, шествуя важно, в спокойствии чинном, Лошадку ведет под уздцы мужичок В больших сапогах, в полушубке овчинном, В больших рукавицах... а сам с ноготок! — Здорово, парнище! — «Ступай себе мимо!» — Уж больно ты грозен, как я погляжу! Откуда дровишки? — «Из лесу, вестимо; Отец, слышишь, рубит, а я отвожу». (В лесу раздавался топор дровосека.) — А что, у отца-то большая семья? «Семья-то большая, да два человека Всего мужиков-то: отец мой да я...»

    Однажды, в студеную зимнюю пору, Я из лесу вышел; был сильный мороз. Гляжу, поднимается медленно в гору Лошадка, везущая хворосту воз. И, шествуя важно, в спокойствии чинном, Лошадку ведет под уздцы мужичок В больших сапогах, в полушубке овчинном, В больших рукавицах... а сам с ноготок! — Здорово, парнище! — «Ступай себе мимо!» — Уж больно ты грозен, как я погляжу! Откуда дровишки? — «Из лесу, вестимо; Отец, слышишь, рубит, а я отвожу». (В лесу раздавался топор дровосека.) — А что, у отца-то большая семья? «Семья-то большая, да два человека Всего мужиков-то: отец мой да я...»
19. «

    Если долго сдержанные муки, Накипев, под сердце подойдут, Я пишу: рифмованные звуки Нарушают мой обычный труд.

    Если долго сдержанные муки, Накипев, под сердце подойдут, Я пишу: рифмованные звуки Нарушают мой обычный труд.
20. «

    По возвращении домой душевное напряжение Любской разрешилось отчаянием, которое не было тихо и безвыходно: нет! рыдания её были гневны: краска на лице, взгляды и движения доказывали, что для её горя есть ещё облегчение; известно, что ничего нет страшнее тихой скорби.

    По возвращении домой душевное напряжение Любской разрешилось отчаянием, которое не было тихо и безвыходно: нет! рыдания её были гневны: краска на лице, взгляды и движения доказывали, что для её горя есть ещё облегчение; известно, что ничего нет страшнее тихой скорби.

    — Н · книга