142 цитаты Николая Степановича Гумилёва о смысле жизни

Подборка из 142 цитаты Николая Степановича Гумилёва: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ещё близ порта орали хором Матросы, требуя вина, А над Стамбулом и над Босфором Сверкнула полная луна.

   Ещё близ порта орали хором Матросы, требуя вина, А над Стамбулом и над Босфором Сверкнула полная луна.
2. «

   Нежно-небывалая отрада Прикоснулась к моему плечу, И теперь мне ничего не надо, Ни тебя, ни счастья не хочу.

   Нежно-небывалая отрада Прикоснулась к моему плечу, И теперь мне ничего не надо, Ни тебя, ни счастья не хочу.
3. «

   Ты пожалела, ты простила И даже руку подала мне, Когда в душе, где смерть бродила, И камня не было на камне.

   Ты пожалела, ты простила И даже руку подала мне, Когда в душе, где смерть бродила, И камня не было на камне.
4. «

   Но нет, я не герой трагический, Я ироничнее и суше, Я злюсь, как идол металлический Среди фарфоровых игрушек.

   Но нет, я не герой трагический, Я ироничнее и суше, Я злюсь, как идол металлический Среди фарфоровых игрушек.
5. «

   Ещё не раз Вы вспомните меня И весь мой мир, волнующий и странный.

   Ещё не раз Вы вспомните меня И весь мой мир, волнующий и странный.
6. «

   Мгновенье... и в зале веселой и шумной Все стихли и встали испуганно с мест, Когда я вошел, воспаленный, безумный, И молча на карту поставил мой крест.

   Мгновенье... и в зале веселой и шумной Все стихли и встали испуганно с мест, Когда я вошел, воспаленный, безумный, И молча на карту поставил мой крест.
7. «

   Ты знаешь, я люблю горячими руками Касаться золота, когда оно мое.

   Ты знаешь, я люблю горячими руками Касаться золота, когда оно мое.
8. «

   Много их, сильных, злых и веселых, Убивавших слонов и людей, Умиравших от жажды в пустыне, Замерзавших на кромке вечного льда, Верных нашей планете, Сильной, веселой и злой, Возят мои книги в седельной сумке, Читают их в пальмовой роще, Забывают на тонущем корабле.

   Много их, сильных, злых и веселых, Убивавших слонов и людей, Умиравших от жажды в пустыне, Замерзавших на кромке вечного льда, Верных нашей планете, Сильной, веселой и злой, Возят мои книги в седельной сумке, Читают их в пальмовой роще, Забывают на тонущем корабле.
9. «

   И за огненными небесами Обо мне задумалась она, Девушка с газельими глазами Моего любимейшего сна.

   И за огненными небесами Обо мне задумалась она, Девушка с газельими глазами Моего любимейшего сна.
10. «

    Я пропастям и бурям вечный брат.

    Я пропастям и бурям вечный брат.
11. «

    Индийских тканей Не постигнуты узоры, В них несдержанность желаний, Нам неведомые взоры.

    Индийских тканей Не постигнуты узоры, В них несдержанность желаний, Нам неведомые взоры.
12. «

    Вероятно, в жизни предыдущей Я зарезал и отца и мать, Если в этой — Боже Присносущий! - Так позорно осужден страдать.

    Вероятно, в жизни предыдущей Я зарезал и отца и мать, Если в этой — Боже Присносущий! - Так позорно осужден страдать.
13. «

    Я считаю, что прийти на экзамен, подготовившись к нему — это всё равно, что играть с краплеными картами.

    Я считаю, что прийти на экзамен, подготовившись к нему — это всё равно, что играть с краплеными картами.
14. «

    Для чего мы не означим Наших дум горячей дрожью, Наполняем воздух плачем, Снами, смешанными с ложью.

    Для чего мы не означим Наших дум горячей дрожью, Наполняем воздух плачем, Снами, смешанными с ложью.
15. «

    Нет конца обетам и изменам, Нет конца веселым переменам, И отсталых подгоняют вновь Плетью боли Голод и Любовь.

    Нет конца обетам и изменам, Нет конца веселым переменам, И отсталых подгоняют вновь Плетью боли Голод и Любовь.
16. «

    Я помню древнюю молитву мастеров: Храни нас, Господи, от тех учеников, Которые хотят, чтоб наш убогий гений Кощунственно искал все новых откровений.

    Я помню древнюю молитву мастеров: Храни нас, Господи, от тех учеников, Которые хотят, чтоб наш убогий гений Кощунственно искал все новых откровений.
17. «

    Словно молоты громовые Или воды гневных морей, Золотое сердце России Мерно бьется в груди моей.

    Словно молоты громовые Или воды гневных морей, Золотое сердце России Мерно бьется в груди моей.
18. «

    Первое, что привлекает внимание читателя и, по всей вероятности, является важнейшим, хотя часто бессознательным, основанием для создания стихотворения — это мысль или, точнее, образ, потому что поэт мыслит образами.

    Первое, что привлекает внимание читателя и, по всей вероятности, является важнейшим, хотя часто бессознательным, основанием для создания стихотворения — это мысль или, точнее, образ, потому что поэт мыслит образами.
19. «

    Есть Бог, есть мир, они живут вовек, А жизнь людей мгновенна и убога, Но всё в себе вмещает человек, Который любит мир и верит в Бога.

    Есть Бог, есть мир, они живут вовек, А жизнь людей мгновенна и убога, Но всё в себе вмещает человек, Который любит мир и верит в Бога.
20. «

    «Что ты видишь во взоре моем, В этом бледно-мерцающем взоре?» «Я в нем вижу глубокое море С потонувшим большим кораблем».

    «Что ты видишь во взоре моем, В этом бледно-мерцающем взоре?» «Я в нем вижу глубокое море С потонувшим большим кораблем».