Николя Матье: 13 цитат на каждый день

Подборка из 13 цитат Николи Матье: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – Этому только бы из дома сбежать. – Такой возраст, – философски заметил сосед.

   – Этому только бы из дома сбежать. – Такой возраст, – философски заметил сосед.

   — Патрик Казати · книга
2. «

   …Мир принадлежит отличникам. Над ними вечно потешаются, они не имеют своего мнения, вечно трясутся от страха, они – подхалимы и жутко сознательные, а на самом деле, оказывается, они-то и были с самого начала правы. Чтобы застолбить себе теплое местечко и жить потом шикарной, респектабельной жизнью, носить костюмчики от лучших кутюрье и туфли, которые стоят бешеные бабки, недостаточно быть клевой девчонкой или родиться в приличной семье. Для этого надо делать домашние задания.

   …Мир принадлежит отличникам. Над ними вечно потешаются, они не имеют своего мнения, вечно трясутся от страха, они – подхалимы и жутко сознательные, а на самом деле, оказывается, они-то и были с самого начала правы. Чтобы застолбить себе теплое местечко и жить потом шикарной, респектабельной жизнью, носить костюмчики от лучших кутюрье и туфли, которые стоят бешеные бабки, недостаточно быть клевой девчонкой или родиться в приличной семье. Для этого надо делать домашние задания.

   — И дети их после них · книга
3. «

   При таком [огромном] выборе, покупая зубную пасту, всегда остаешься с чувством, что прошляпил что-то лучшее.

   При таком [огромном] выборе, покупая зубную пасту, всегда остаешься с чувством, что прошляпил что-то лучшее.

   — И дети их после них · книга
4. «

   Потом им придется встречаться тайком, уладить дела с родными, самим остепениться. Все просто. На том этапе их жизни любовь может все.

   Потом им придется встречаться тайком, уладить дела с родными, самим остепениться. Все просто. На том этапе их жизни любовь может все.

   — И дети их после них · книга
5. «

   Не все со временем становится хуже.

   Не все со временем становится хуже.

   — И дети их после них · книга
6. «

   Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

   Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

   — И дети их после них · книга
7. «

   Несовершеннолетие – это такая двоякая штука, с одной стороны, оно вас защищает, а с другой, когда оно кончается, вы с ходу попадаете в мир, о жестокости которого до сих пор даже не подозревали. Не сегодня завтра ваши деяния обращаются против вас, и получаете вы по полной, да прямо в морду, и никаких вторых шансов, никакого «общественного терпения».

   Несовершеннолетие – это такая двоякая штука, с одной стороны, оно вас защищает, а с другой, когда оно кончается, вы с ходу попадаете в мир, о жестокости которого до сих пор даже не подозревали. Не сегодня завтра ваши деяния обращаются против вас, и получаете вы по полной, да прямо в морду, и никаких вторых шансов, никакого «общественного терпения».

   — И дети их после них · книга
8. «

   Он вспоминал, каким бывало лето в его детстве. Это был другой континент, куда он перебирался с братьями и друзьями, чтобы не покидать его до самого начала учебного года. Дальше все пошло по-другому, лето стало каким-то полосатым: работа, девицы, мопеды. Потом – взрослая жизнь, лето пробегало почти незаметно, сокращаясь до каких-то трех недель обязательного оплачиваемого отпуска, которые всегда, казалось, проходили не так, как надо, которых всегда было мало.

   Он вспоминал, каким бывало лето в его детстве. Это был другой континент, куда он перебирался с братьями и друзьями, чтобы не покидать его до самого начала учебного года. Дальше все пошло по-другому, лето стало каким-то полосатым: работа, девицы, мопеды. Потом – взрослая жизнь, лето пробегало почти незаметно, сокращаясь до каких-то трех недель обязательного оплачиваемого отпуска, которые всегда, казалось, проходили не так, как надо, которых всегда было мало.

   — И дети их после них · книга
9. «

   Мы любим, мы умираем, и ничто от нас не зависит, ни наши страсти, ни наш конец.

   Мы любим, мы умираем, и ничто от нас не зависит, ни наши страсти, ни наш конец.

   — И дети их после них · книга
10. «

    Каждый совался со своим советом. Люди – мастера налаживать чужие жизни.

    Каждый совался со своим советом. Люди – мастера налаживать чужие жизни.

    — И дети их после них · книга
11. «

    Быть взрослой значит знать, что кроме великой любви и прочей чуши, которой наполнены глянцевые журналы, – жизнь в свое удовольствие, страсти, сумасшедший успех, – на свете существуют и другие вещи. Еще есть время, смерть, непрестанная война с жизнью. А брак – это спасательная шлюпка на краю бездны.

    Быть взрослой значит знать, что кроме великой любви и прочей чуши, которой наполнены глянцевые журналы, – жизнь в свое удовольствие, страсти, сумасшедший успех, – на свете существуют и другие вещи. Еще есть время, смерть, непрестанная война с жизнью. А брак – это спасательная шлюпка на краю бездны.

    — И дети их после них · книга
12. «

    Они неслись [на мотоцикле] по погасшей земле, с непокрытой головой, не способные на аварию, слишком стремительные, слишком молодые, еще недостаточно смертные.

    Они неслись [на мотоцикле] по погасшей земле, с непокрытой головой, не способные на аварию, слишком стремительные, слишком молодые, еще недостаточно смертные.

    — И дети их после них · книга
13. «

    Пьяницы, идиоты, святые – все это, в сущности, явления одной природы.

    Пьяницы, идиоты, святые – все это, в сущности, явления одной природы.

    — И дети их после них · книга