138 цитат О. Генри, ставших крылатыми

Подборка из 138 цитат О. Генри: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Правота и искренность являются лучшими украшениями как мужчины, так и женщины.

   Правота и искренность являются лучшими украшениями как мужчины, так и женщины.
2. «

   — Солнце уже взошло, — сказал Айвз, — и разогнало мрак тысячи и одной ночи. Нет больше калифов. Бутылка рыбака превратилась в термос с гарантией, что любой дух может сохраниться в нем в течение двух суток горячим или холодным. Жизнь движется рутиной. Наука убила приключение. Нет больше тех случайностей, которые испытывали Колумб или человек, первым попробовавший устриц. Верно лишь одно, что нет ничего неверного.

   — Солнце уже взошло, — сказал Айвз, — и разогнало мрак тысячи и одной ночи. Нет больше калифов. Бутылка рыбака превратилась в термос с гарантией, что любой дух может сохраниться в нем в течение двух суток горячим или холодным. Жизнь движется рутиной. Наука убила приключение. Нет больше тех случайностей, которые испытывали Колумб или человек, первым попробовавший устриц. Верно лишь одно, что нет ничего неверного.

   — Айвз · книга
3. «

   Город — жизнерадостный малыш, а ты — красная краска, которую он слизывает со своей игрушки.

   Город — жизнерадостный малыш, а ты — красная краска, которую он слизывает со своей игрушки.

   — Один час полной жизни · книга
4. «

   Наш мир вертится, всецело подчиняясь рутине и притяжению, и теперь трудно найти неведомую тропинку, на которой не нашлось бы столба с надписью о том, что вы найдете в конце ее. Я не хочу знать, не хочу рассуждать, не хочу угадывать; я хочу играть втемную.

   Наш мир вертится, всецело подчиняясь рутине и притяжению, и теперь трудно найти неведомую тропинку, на которой не нашлось бы столба с надписью о том, что вы найдете в конце ее. Я не хочу знать, не хочу рассуждать, не хочу угадывать; я хочу играть втемную.

   — Искатели приключений · книга
5. «

   Когда мой пациент начинает считать кареты в своей похоронной процессии, я скидываю пятьдесят процентов с целебной силы лекарств.

   Когда мой пациент начинает считать кареты в своей похоронной процессии, я скидываю пятьдесят процентов с целебной силы лекарств.

   — Последний лист · книга
6. «

   Дом, в котором царит счастье, не может быть слишком тесен.

   Дом, в котором царит счастье, не может быть слишком тесен.

   — Из любви к искусству · книга
7. «

   Зима, запутавшаяся в складках одежды весны.

   Зима, запутавшаяся в складках одежды весны.

   — мистер Кульсон · книга
8. «

   Несомненен тот факт, что порой женщина и мужчина, едва взглянув друг на друга, мгновенно влюбляются. Рискованная штука — эта любовь с первого взгляда, когда она ещё не видела его чековой книжки, а он ещё не видел её в папильотках. Тем не менее, в жизни оно бывает.

   Несомненен тот факт, что порой женщина и мужчина, едва взглянув друг на друга, мгновенно влюбляются. Рискованная штука — эта любовь с первого взгляда, когда она ещё не видела его чековой книжки, а он ещё не видел её в папильотках. Тем не менее, в жизни оно бывает.

   — Бляха полицейского О'Руна · книга
9. «

   У каждого есть своё представление о счастье — совершенно так же, как у вас или у меня. По-вашему, нет ничего лучше, как носиться по свету на яхте или автомобиле и швыряться дукатами в разные заморские диковинки. А я люблю посидеть в сумерках с трубочкой и поглядеть, как засыпают прерии и всякая нечисть отправляется помаленьку на покой.

   У каждого есть своё представление о счастье — совершенно так же, как у вас или у меня. По-вашему, нет ничего лучше, как носиться по свету на яхте или автомобиле и швыряться дукатами в разные заморские диковинки. А я люблю посидеть в сумерках с трубочкой и поглядеть, как засыпают прерии и всякая нечисть отправляется помаленьку на покой.

   — Дары волхвов · книга
10. «

    Теперь нет больше не открытых стран; но к тому времени, когда галоши выйдут из моды и налоги превратятся в подоходные, вторая часть рода человеческого будет уже на Марсе и начнет прокладывать параллельно его каналам радиотрамваи.

    Теперь нет больше не открытых стран; но к тому времени, когда галоши выйдут из моды и налоги превратятся в подоходные, вторая часть рода человеческого будет уже на Марсе и начнет прокладывать параллельно его каналам радиотрамваи.

    — Искатели приключений · книга
11. «

    В ноябре неприветливый чужак, которого доктора именуют Пневмонией, незримо разгуливал по колонии, касаясь то одного, то другого своими ледяными пальцами. По Восточной стороне этот душегуб шагал смело, поражая десятки жертв, но здесь, в лабиринте узких, поросших мохом переулков, он плёлся нога за ногу.

    В ноябре неприветливый чужак, которого доктора именуют Пневмонией, незримо разгуливал по колонии, касаясь то одного, то другого своими ледяными пальцами. По Восточной стороне этот душегуб шагал смело, поражая десятки жертв, но здесь, в лабиринте узких, поросших мохом переулков, он плёлся нога за ногу.

    — Последний лист · книга
12. «

    Спроса создать нельзя. Но можно создать условия, которые вызовут спрос.

    Спроса создать нельзя. Но можно создать условия, которые вызовут спрос.

    — Корабли · книга
13. «

    Боливару не снести двоих.

    Боливару не снести двоих.

    — Дороги, которые мы выбираем · книга
14. «

    Но тут Рамон Оливарра обнаружил, что он действительно гениальный политик. Мановением руки он удалил от себя стражу и сошел по ступеням к толпе. Там внизу, нисколько не теряя достоинства, он стал обниматься с пролетариатом: с грязными, с босыми, с краснокожими, с карибами, с детьми, с нищими, со старыми, с молодыми, со святыми, с солдатами, с грешниками — всех обнял, не пропустил никого.

    Но тут Рамон Оливарра обнаружил, что он действительно гениальный политик. Мановением руки он удалил от себя стражу и сошел по ступеням к толпе. Там внизу, нисколько не теряя достоинства, он стал обниматься с пролетариатом: с грязными, с босыми, с краснокожими, с карибами, с детьми, с нищими, со старыми, с молодыми, со святыми, с солдатами, с грешниками — всех обнял, не пропустил никого.

    — Короли и капуста · книга
15. «

    Ни одно горе не трогает неискушенного человеческое сердце сильнее, чем пропажа ребенка.

    Ни одно горе не трогает неискушенного человеческое сердце сильнее, чем пропажа ребенка.

    — В антракте · книга
16. «

    В мае природа грозит нам пальцем, чтобы напомнить, что мы не боги какие-нибудь, а всего лишь чрезмерно самонадеянные члены ее большой семьи. Она дает нам понять, что мы — братья осла и карася, обреченного сковородке, прямые потомки шимпанзе и всего лишь троюродные братья воркующих голубей, крякающих уток и служанок и полисменов в парке.

    В мае природа грозит нам пальцем, чтобы напомнить, что мы не боги какие-нибудь, а всего лишь чрезмерно самонадеянные члены ее большой семьи. Она дает нам понять, что мы — братья осла и карася, обреченного сковородке, прямые потомки шимпанзе и всего лишь троюродные братья воркующих голубей, крякающих уток и служанок и полисменов в парке.

    — Брачный месяц май · книга
17. «

    Всякому ясно, что курс нравственности не обязателен в программе аристократического образования.

    Всякому ясно, что курс нравственности не обязателен в программе аристократического образования.

    — Короли и капуста · книга
18. «

    Попасть в дурную компанию человек может в двух случаях жизни — когда он без гроша и когда он богат.

    Попасть в дурную компанию человек может в двух случаях жизни — когда он без гроша и когда он богат.

    — Дары волхвов · книга
19. «

    Образования она почти не получила, но выучилась каким-то инстинктом оценивать мужчин и те пружины, которые управляют их действиями.

    Образования она почти не получила, но выучилась каким-то инстинктом оценивать мужчин и те пружины, которые управляют их действиями.

    — Короли и капуста · книга
20. «

    Когда любишь Искусство, никакие жертвы не тяжелы.

    Когда любишь Искусство, никакие жертвы не тяжелы.

    — Из любви к искусству · книга