14 цитат-размышлений Оксаны Демченко

Подборка из 14 цитат Оксаны Демченко: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...я наконец решила, что всплеск моих сил здесь они уже не заметят. Если они вообще способны что-либо видеть. Видьи, как же! Скорее, слепьи, глухьи — и злыдни — для полного комплекта.

   ...я наконец решила, что всплеск моих сил здесь они уже не заметят. Если они вообще способны что-либо видеть. Видьи, как же! Скорее, слепьи, глухьи — и злыдни — для полного комплекта.

   — Тиннара · книга
2. «

   Не бойся быть собой. Гораздо страшнее утратить себя, чем лишиться чьего-то расположения.

   Не бойся быть собой. Гораздо страшнее утратить себя, чем лишиться чьего-то расположения.

   — Нет чужих бед · книга
3. «

   Нельзя пытаться сберечь мир от перемен. Изменчивость — закон жизни.

   Нельзя пытаться сберечь мир от перемен. Изменчивость — закон жизни.

   — Воин огня · книга
4. «

   Зачем всю жизнь думать о завтрашнем дне, если прямо сейчас вокруг столько невероятного, удивительного, волшебного... Мир не стоило оценивать, им надо было дышать.

   Зачем всю жизнь думать о завтрашнем дне, если прямо сейчас вокруг столько невероятного, удивительного, волшебного... Мир не стоило оценивать, им надо было дышать.

   — Мир в подарок · книга
5. «

   Душа страдает куда тяжелее, чем тело. Просто тело громче кричит о своей боли.

   Душа страдает куда тяжелее, чем тело. Просто тело громче кричит о своей боли.

   — Воин огня · книга
6. «

   Печаль и страх — они как облака, скрывающие свет солнца души.

   Печаль и страх — они как облака, скрывающие свет солнца души.

   — Убить эльфа · книга
7. «

   Торжественный ужин планируется к девяти вечера. Повара сказали: умрут, но сделают. Я распорядился сначала делать, а потом умирать.

   Торжественный ужин планируется к девяти вечера. Повара сказали: умрут, но сделают. Я распорядился сначала делать, а потом умирать.

   — Эллар · книга
8. «

   Мир, как однажды сказал Голем, – это колебание близ состояния равновесия самых точно и тонко настроенных весов на свете. Чаши стоят почти ровно, пока значимые взгляды и главнейшие интересы могут удерживать баланс, пока люди в силах договориться, пока полумифическое общее благо и совершенно невидимая глазу мораль хоть как-то влияют на принимаемые решения… Пока расхождение интересов и оценок не достигает критического состояния. Нарушь баланс – и колебания усилятся. И однажды, ничем не успокоенные, они склонятся к крайности худшей и страшнейшей – войне. Тот же Голем называл войну безжалостным способом выигрыша для избранных. И безнадежным путем к проигрышу для всех остальных, кто в игре лишь пешка… Точнее, пушечное мясо.

   Мир, как однажды сказал Голем, – это колебание близ состояния равновесия самых точно и тонко настроенных весов на свете. Чаши стоят почти ровно, пока значимые взгляды и главнейшие интересы могут удерживать баланс, пока люди в силах договориться, пока полумифическое общее благо и совершенно невидимая глазу мораль хоть как-то влияют на принимаемые решения… Пока расхождение интересов и оценок не достигает критического состояния. Нарушь баланс – и колебания усилятся. И однажды, ничем не успокоенные, они склонятся к крайности худшей и страшнейшей – войне. Тот же Голем называл войну безжалостным способом выигрыша для избранных. И безнадежным путем к проигрышу для всех остальных, кто в игре лишь пешка… Точнее, пушечное мясо.

   — Бремя удачи · книга
9. «

   Власть... это самое окончательное одиночество из всех возможных.

   Власть... это самое окончательное одиночество из всех возможных.

   — Семь легенд мира · книга
10. «

    Люди умеют мстить за причиненное им добро.

    Люди умеют мстить за причиненное им добро.

    — Паутина удачи · книга
11. «

    Когда не умеешь спросить, узнаешь не то, чего ждал.

    Когда не умеешь спросить, узнаешь не то, чего ждал.

    — Ромашки для королевы · книга
12. «

    – Тебя, шалуна, все знают на пограничье, – улыбнулся маг. – Не в лицо, так по описанию. Помню, лет двадцать назад отменный был скандал, когда ты с тремя такими же оболтусами перец уворовал. – Взаймы взял, – затосковал гном. – Мы же представились, попросили, все честь честью. – Да ясно, что взаймы, – согласился маг. – Мне. А того мужичка, возницу, убедить было потруднее. Четыре гнома при секирах, ночью, на узкой тропочке просят маленькую плошку перца – то еще зрелище. – Маг мечтательно улыбнулся вновь. – У него пес и то заикался!

    – Тебя, шалуна, все знают на пограничье, – улыбнулся маг. – Не в лицо, так по описанию. Помню, лет двадцать назад отменный был скандал, когда ты с тремя такими же оболтусами перец уворовал. – Взаймы взял, – затосковал гном. – Мы же представились, попросили, все честь честью. – Да ясно, что взаймы, – согласился маг. – Мне. А того мужичка, возницу, убедить было потруднее. Четыре гнома при секирах, ночью, на узкой тропочке просят маленькую плошку перца – то еще зрелище. – Маг мечтательно улыбнулся вновь. – У него пес и то заикался!

    — Ромашки для королевы · книга
13. «

    Знаешь, малыш, на мой взгляд, ничего общего нет между счастьем и удачей. Удача – она как вспышка молнии, внезапна и непредсказуема. Порой и нужды в ней нет, а блеснет, покажется, усмехнется – и отвернется… Счастье иное, оно вроде пламени свечи. Домашнее, близкое, куда более важное. Случайности в нем меньше, его можно и нужно беречь от бед.

    Знаешь, малыш, на мой взгляд, ничего общего нет между счастьем и удачей. Удача – она как вспышка молнии, внезапна и непредсказуема. Порой и нужды в ней нет, а блеснет, покажется, усмехнется – и отвернется… Счастье иное, оно вроде пламени свечи. Домашнее, близкое, куда более важное. Случайности в нем меньше, его можно и нужно беречь от бед.

    — Паутина удачи · книга
14. «

    Счастье мимолетно и куда менее склонно складывать крылья и задерживаться в гостях, чем даже удача. Счастье – большое, настоящее – оно тем и отличается – мгновенностью. Потом бывают и покой, и домашний уют, и привычка к хорошему, и просто обыденность, и даже ссоры и разлад. Нельзя всякий день испытывать счастье, сердце лопнет.

    Счастье мимолетно и куда менее склонно складывать крылья и задерживаться в гостях, чем даже удача. Счастье – большое, настоящее – оно тем и отличается – мгновенностью. Потом бывают и покой, и домашний уют, и привычка к хорошему, и просто обыденность, и даже ссоры и разлад. Нельзя всякий день испытывать счастье, сердце лопнет.

    — Бремя удачи · книга