23 цитаты Оксаны Демченко — коротко и по делу

Подборка из 23 цитаты Оксаны Демченко: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   По-настоящему живых людей несколько меньше на свете, нежели способных передвигаться и дышать.

   По-настоящему живых людей несколько меньше на свете, нежели способных передвигаться и дышать.

   — Паутина удачи · книга
2. «

   ...я наконец решила, что всплеск моих сил здесь они уже не заметят. Если они вообще способны что-либо видеть. Видьи, как же! Скорее, слепьи, глухьи — и злыдни — для полного комплекта.

   ...я наконец решила, что всплеск моих сил здесь они уже не заметят. Если они вообще способны что-либо видеть. Видьи, как же! Скорее, слепьи, глухьи — и злыдни — для полного комплекта.

   — Тиннара · книга
3. «

   Удача — уже само по себе обретение права родиться в мире. Расти, изучать его, дышать. Каждый день меняться, ошибаться и искать. Отчаиваться, спотыкаться — и снова двигаться вперед. А ещё удача — ветер в парусах.

   Удача — уже само по себе обретение права родиться в мире. Расти, изучать его, дышать. Каждый день меняться, ошибаться и искать. Отчаиваться, спотыкаться — и снова двигаться вперед. А ещё удача — ветер в парусах.

   — Береника · книга
4. «

   Когда рядом есть старшие, легко быть ребенком. И только утратив стариков, запоздало удается осознать, как же это хорошо и ценно — иметь возможность оставаться ребенком.

   Когда рядом есть старшие, легко быть ребенком. И только утратив стариков, запоздало удается осознать, как же это хорошо и ценно — иметь возможность оставаться ребенком.

   — Воин огня · книга
5. «

   Торжественный ужин планируется к девяти вечера. Повара сказали: умрут, но сделают. Я распорядился сначала делать, а потом умирать.

   Торжественный ужин планируется к девяти вечера. Повара сказали: умрут, но сделают. Я распорядился сначала делать, а потом умирать.

   — Эллар · книга
6. «

   – Тебя, шалуна, все знают на пограничье, – улыбнулся маг. – Не в лицо, так по описанию. Помню, лет двадцать назад отменный был скандал, когда ты с тремя такими же оболтусами перец уворовал. – Взаймы взял, – затосковал гном. – Мы же представились, попросили, все честь честью. – Да ясно, что взаймы, – согласился маг. – Мне. А того мужичка, возницу, убедить было потруднее. Четыре гнома при секирах, ночью, на узкой тропочке просят маленькую плошку перца – то еще зрелище. – Маг мечтательно улыбнулся вновь. – У него пес и то заикался!

   – Тебя, шалуна, все знают на пограничье, – улыбнулся маг. – Не в лицо, так по описанию. Помню, лет двадцать назад отменный был скандал, когда ты с тремя такими же оболтусами перец уворовал. – Взаймы взял, – затосковал гном. – Мы же представились, попросили, все честь честью. – Да ясно, что взаймы, – согласился маг. – Мне. А того мужичка, возницу, убедить было потруднее. Четыре гнома при секирах, ночью, на узкой тропочке просят маленькую плошку перца – то еще зрелище. – Маг мечтательно улыбнулся вновь. – У него пес и то заикался!

   — Ромашки для королевы · книга
7. «

   Мы ещё детьми придумываем себе цель, часто ложную и бессмысленную. А потом путь создаёт нас, таких, какие мы есть. Потому что в каждую минуту мы его выбираем и становимся чуть иными. Более взрослыми.

   Мы ещё детьми придумываем себе цель, часто ложную и бессмысленную. А потом путь создаёт нас, таких, какие мы есть. Потому что в каждую минуту мы его выбираем и становимся чуть иными. Более взрослыми.

   — Семь легенд мира · книга
8. «

   Один раз обжечься всякий может, потому что учится на ошибках. Второй раз — это уже не ошибка, но глупость и неумение собой управлять.

   Один раз обжечься всякий может, потому что учится на ошибках. Второй раз — это уже не ошибка, но глупость и неумение собой управлять.

   — Бремя удачи · книга
9. «

   Разве это судьба – слепо следовать первому же указанию, выданному самим рождением? Коли крестьянин, то и паши до смерти, не разгибаясь! Раз князь или граф – кланяйся и танцуй на балах. Это не судьба, а заведомый отказ от выбора.

   Разве это судьба – слепо следовать первому же указанию, выданному самим рождением? Коли крестьянин, то и паши до смерти, не разгибаясь! Раз князь или граф – кланяйся и танцуй на балах. Это не судьба, а заведомый отказ от выбора.

   — Паутина удачи · книга
10. «

    Душа страдает куда тяжелее, чем тело. Просто тело громче кричит о своей боли.

    Душа страдает куда тяжелее, чем тело. Просто тело громче кричит о своей боли.

    — Воин огня · книга
11. «

    Иногда лучше сделать маленькое, но полезное, отказав в большом и опасном.

    Иногда лучше сделать маленькое, но полезное, отказав в большом и опасном.

    — Нет чужих бед · книга
12. «

    Когда не умеешь спросить, узнаешь не то, чего ждал.

    Когда не умеешь спросить, узнаешь не то, чего ждал.

    — Ромашки для королевы · книга
13. «

    Труднее всего принимать решения одному, без права опереться на плечо друга или совет знающего.

    Труднее всего принимать решения одному, без права опереться на плечо друга или совет знающего.

    — Воин огня · книга
14. «

    Наверное, людей порой надо сажать в клетки очень тесных и трудных обстоятельств, чтобы они взрослели.

    Наверное, людей порой надо сажать в клетки очень тесных и трудных обстоятельств, чтобы они взрослели.

    — Паутина удачи · книга
15. «

    Как же, «солнце ей не светит»! Шторы раздвинь, а лучше шагни в мир без страха!

    Как же, «солнце ей не светит»! Шторы раздвинь, а лучше шагни в мир без страха!

    — Мир в подарок · книга
16. «

    Это просто ритуал людей: кричать и делать вид, что они важные.

    Это просто ритуал людей: кричать и делать вид, что они важные.

    — Нет чужих бед · книга
17. «

    Большой мир устроен так ловко, что шагнувшего за порог, в ловушку взрослости, уже не отпускает. Прячет дверь в детство, заваливает двусмысленностью, загораживает зарослями сомнений, обозначает указателями ложного выбора… И не дает покоя душе, не оправдывает и не прощает ошибки.

    Большой мир устроен так ловко, что шагнувшего за порог, в ловушку взрослости, уже не отпускает. Прячет дверь в детство, заваливает двусмысленностью, загораживает зарослями сомнений, обозначает указателями ложного выбора… И не дает покоя душе, не оправдывает и не прощает ошибки.

    — Прими свою тень · книга
18. «

    Мир, как однажды сказал Голем, – это колебание близ состояния равновесия самых точно и тонко настроенных весов на свете. Чаши стоят почти ровно, пока значимые взгляды и главнейшие интересы могут удерживать баланс, пока люди в силах договориться, пока полумифическое общее благо и совершенно невидимая глазу мораль хоть как-то влияют на принимаемые решения… Пока расхождение интересов и оценок не достигает критического состояния. Нарушь баланс – и колебания усилятся. И однажды, ничем не успокоенные, они склонятся к крайности худшей и страшнейшей – войне. Тот же Голем называл войну безжалостным способом выигрыша для избранных. И безнадежным путем к проигрышу для всех остальных, кто в игре лишь пешка… Точнее, пушечное мясо.

    Мир, как однажды сказал Голем, – это колебание близ состояния равновесия самых точно и тонко настроенных весов на свете. Чаши стоят почти ровно, пока значимые взгляды и главнейшие интересы могут удерживать баланс, пока люди в силах договориться, пока полумифическое общее благо и совершенно невидимая глазу мораль хоть как-то влияют на принимаемые решения… Пока расхождение интересов и оценок не достигает критического состояния. Нарушь баланс – и колебания усилятся. И однажды, ничем не успокоенные, они склонятся к крайности худшей и страшнейшей – войне. Тот же Голем называл войну безжалостным способом выигрыша для избранных. И безнадежным путем к проигрышу для всех остальных, кто в игре лишь пешка… Точнее, пушечное мясо.

    — Бремя удачи · книга
19. «

    Жить, не отвечая даже за себя, просто.

    Жить, не отвечая даже за себя, просто.

    — Паутина удачи · книга
20. «

    Зачем всю жизнь думать о завтрашнем дне, если прямо сейчас вокруг столько невероятного, удивительного, волшебного... Мир не стоило оценивать, им надо было дышать.

    Зачем всю жизнь думать о завтрашнем дне, если прямо сейчас вокруг столько невероятного, удивительного, волшебного... Мир не стоило оценивать, им надо было дышать.

    — Мир в подарок · книга