35 мыслей Оксаны Панкеевы без воды

Подборка из 35 цитат Оксаны Панкеевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Три пожара, пара наводнений, плюс локальное землетрясение примерно равны одному королю в дурном настроении.

   Три пожара, пара наводнений, плюс локальное землетрясение примерно равны одному королю в дурном настроении.

   — Пересекая границы · книга
2. «

   Взаимная симпатия, мимолётное увлечение, лёгкая влюблённость или даже банальное любопытство — всё это приводит мужчину и женщину на ложе к взаимному удовольствию. Такая связь свободна от расчётов, она не оставляет обязательств, легко рвётся и, как правило, не длится долго.

   Взаимная симпатия, мимолётное увлечение, лёгкая влюблённость или даже банальное любопытство — всё это приводит мужчину и женщину на ложе к взаимному удовольствию. Такая связь свободна от расчётов, она не оставляет обязательств, легко рвётся и, как правило, не длится долго.

   — Шеллар III · книга
3. «

   Когда речь идет о жизни и смерти, нет такой вещи, которая показалась бы слишком дорогой платой.

   Когда речь идет о жизни и смерти, нет такой вещи, которая показалась бы слишком дорогой платой.

   — Распутья. Наследие Повелителя · книга
4. «

   Если ты закрыла глаза и не видишь чего-либо тебе неприятного, это не значит, будто оно исчезло. Удары судьбы следует встречать грудью или хотя бы с открытыми глазами.

   Если ты закрыла глаза и не видишь чего-либо тебе неприятного, это не значит, будто оно исчезло. Удары судьбы следует встречать грудью или хотя бы с открытыми глазами.

   — Шеллар III · книга
5. «

   — <…> У вас такое интеллигентное лицо... — <…> Для общения с некоторыми людьми интеллигентное лицо не подходит, и возникает необходимость состроить наглую морду.

   — <…> У вас такое интеллигентное лицо... — <…> Для общения с некоторыми людьми интеллигентное лицо не подходит, и возникает необходимость состроить наглую морду.

   — Ольга · книга
6. «

   Я не боюсь умереть. Смерть страшна, когда она отнимает близких, а свою собственную не успеваешь даже осознать. Ты был – и тебя нет.

   Я не боюсь умереть. Смерть страшна, когда она отнимает близких, а свою собственную не успеваешь даже осознать. Ты был – и тебя нет.

   — О пользе проклятий · книга
7. «

   ... если женщина хочет услышать доброе слово — не стоит ей в этом отказывать. Пусть даже это слово будет выдумкой от начала до конца.

   ... если женщина хочет услышать доброе слово — не стоит ей в этом отказывать. Пусть даже это слово будет выдумкой от начала до конца.

   — Поступь Повелителя · книга
8. «

   Люди склонны смеяться над тем, что недоступно их убогому пониманию.

   Люди склонны смеяться над тем, что недоступно их убогому пониманию.

   — Пересекая границы · книга
9. «

   ... Кантор боялся так, как и подобает отважному воину: весь его вид выражал готовность умереть на месте, сомкнув зубы на глотке противника.

   ... Кантор боялся так, как и подобает отважному воину: весь его вид выражал готовность умереть на месте, сомкнув зубы на глотке противника.

   — Песня на двоих · книга
10. «

    Есть люди, которые любят лес и находят покой и умиротворение среди зелени вековых деревьев. Есть люди, влюбленные в море, готовые часами созерцать обманчиво-изменчивую бирюзовую бесконечность. Есть такие, кто с восторгом принимает бескрайние просторы степей. Кантор был городским ребенком, и красота этих улочек, беспорядочно струящихся среди разнообразных строений, была ему ближе, чем всяческие красоты природы. Он с удовольствием разглядывал дома, среди которых невозможно было найти два одинаковых, шагая по неровной мостовой навстречу неизвестности, и ему казалось, что умирать не страшно.

    Есть люди, которые любят лес и находят покой и умиротворение среди зелени вековых деревьев. Есть люди, влюбленные в море, готовые часами созерцать обманчиво-изменчивую бирюзовую бесконечность. Есть такие, кто с восторгом принимает бескрайние просторы степей. Кантор был городским ребенком, и красота этих улочек, беспорядочно струящихся среди разнообразных строений, была ему ближе, чем всяческие красоты природы. Он с удовольствием разглядывал дома, среди которых невозможно было найти два одинаковых, шагая по неровной мостовой навстречу неизвестности, и ему казалось, что умирать не страшно.

    — Рассмешить богов · книга
11. «

    Видимо, такова судьба завоевателя. Смелые и достойные представители завоеванных народов не хотят с ним водиться. Служить новым хозяевам приходят другие, которым всё равно, кому служить, лишь бы платили хорошо.

    Видимо, такова судьба завоевателя. Смелые и достойные представители завоеванных народов не хотят с ним водиться. Служить новым хозяевам приходят другие, которым всё равно, кому служить, лишь бы платили хорошо.

    — Поступь Повелителя · книга
12. «

    Неизбежная цена, которую мы платим за счастье, — извечный страх его потерять.

    Неизбежная цена, которую мы платим за счастье, — извечный страх его потерять.

    — Макс Рельмо · книга
13. «

    Так вот почему она так много пьет! — оживился Элмар. — Это просто традиция ее родины!

    Так вот почему она так много пьет! — оживился Элмар. — Это просто традиция ее родины!

    — Элмар · книга
14. «

    Что бы ты ни потерял — жизнь все равно дороже, пока жив, все еще можно поправить.

    Что бы ты ни потерял — жизнь все равно дороже, пока жив, все еще можно поправить.

    — Астуриас · книга
15. «

    Почему-то люди частенько идут на поводу у собственных заблуждений, и одно из них гласит, будто приличная доза алкоголя — верный способ забыть о несчастьях и бедах, особенно о тех, которые нельзя никак исправить и нужно только пережить. Увы, подобное забвение не длится дольше одной ночи (если только эта ночь не заканчивается белой горячкой и продолжительным визитом в приют для умалишенных). Особая злая ирония ситуации заключается в том, что, даже пробудившись утром с провалами в памяти, искавший забвения первым делом пытается вспомнить, где он находится, как сюда попал, что и с кем вчера пил и по какому поводу. Разумеется, в отличие от первых двух-трех вопросов последний оказывается самым простым и доступным, и бедняга с огорчением вспоминает, что пил как раз для того, чтобы забыть.

    Почему-то люди частенько идут на поводу у собственных заблуждений, и одно из них гласит, будто приличная доза алкоголя — верный способ забыть о несчастьях и бедах, особенно о тех, которые нельзя никак исправить и нужно только пережить. Увы, подобное забвение не длится дольше одной ночи (если только эта ночь не заканчивается белой горячкой и продолжительным визитом в приют для умалишенных). Особая злая ирония ситуации заключается в том, что, даже пробудившись утром с провалами в памяти, искавший забвения первым делом пытается вспомнить, где он находится, как сюда попал, что и с кем вчера пил и по какому поводу. Разумеется, в отличие от первых двух-трех вопросов последний оказывается самым простым и доступным, и бедняга с огорчением вспоминает, что пил как раз для того, чтобы забыть.

    — Дороги и сны · книга
16. «

    Разве для вас является новостью, что разные люди могут понимать одно и то же по-разному, причём совершенно искренне? Что со стороны многое видится совсем не так, как изнутри? Что любые человеческие отношения совсем иначе выглядят для постороннего наблюдателя, чем для эмоционально вовлечённого участника?

    Разве для вас является новостью, что разные люди могут понимать одно и то же по-разному, причём совершенно искренне? Что со стороны многое видится совсем не так, как изнутри? Что любые человеческие отношения совсем иначе выглядят для постороннего наблюдателя, чем для эмоционально вовлечённого участника?

    — Шеллар III · книга
17. «

    ... Самые катастрофические неприятности случаются как раз тогда, когда их меньше всего ждёшь, и особенно если вдруг про них забудешь, увлёкшись чем-нибудь интересным и замечательным.

    ... Самые катастрофические неприятности случаются как раз тогда, когда их меньше всего ждёшь, и особенно если вдруг про них забудешь, увлёкшись чем-нибудь интересным и замечательным.

    — Обратная сторона пути · книга
18. «

    ...умереть счастливым — удовольствие весьма сомнительное. Когда ты счастлив, жить хочется больше, чем когда-либо.

    ...умереть счастливым — удовольствие весьма сомнительное. Когда ты счастлив, жить хочется больше, чем когда-либо.

    — Шеллар III · книга
19. «

    День премьеры — это всегда маленький локальный конец света. Массовый психоз, безумная беготня, актёры трясутся и пьют валерьянку, ибо главный режиссёр посулил изничтожить любого, кто посмеет снимать стресс иным, дедовским способом.

    День премьеры — это всегда маленький локальный конец света. Массовый психоз, безумная беготня, актёры трясутся и пьют валерьянку, ибо главный режиссёр посулил изничтожить любого, кто посмеет снимать стресс иным, дедовским способом.

    — Поступь Повелителя · книга
20. «

    — А как ты думаешь, почему твоя подруга всё-таки согласилась выйти за него замуж? Он-то понятно, любит её без памяти, это любому теперь ясно. А она? Как он её уломал? — Видишь ли... Кира... Она немного странная, как все женщины-воительницы. Когда за ней ухаживали, как за нормальной женщиной, это в ней не пробуждало никаких чувств. А стоило ей один раз попасть в неприятность в компании его величества, она тут же прониклась к нему таким восторженным обожанием, какого я за ней прежде вообще не замечала. Она мне три вечера подряд рассказывала, какой он бесстрашный, мужественный и как бы она с ним хоть в битву, хоть в разведку, хоть на подвиги... — Хоть замуж.

    — А как ты думаешь, почему твоя подруга всё-таки согласилась выйти за него замуж? Он-то понятно, любит её без памяти, это любому теперь ясно. А она? Как он её уломал? — Видишь ли... Кира... Она немного странная, как все женщины-воительницы. Когда за ней ухаживали, как за нормальной женщиной, это в ней не пробуждало никаких чувств. А стоило ей один раз попасть в неприятность в компании его величества, она тут же прониклась к нему таким восторженным обожанием, какого я за ней прежде вообще не замечала. Она мне три вечера подряд рассказывала, какой он бесстрашный, мужественный и как бы она с ним хоть в битву, хоть в разведку, хоть на подвиги... — Хоть замуж.

    — Эльвира · книга