20 цитат Олега Даля, ставших крылатыми

Олег Даль — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   И ломать меня ломали, И терзать меня терзали, Гнули, гнули до земли, А я выпрямился...

   И ломать меня ломали, И терзать меня терзали, Гнули, гнули до земли, А я выпрямился...
2. «

   Ужас. Вот, на мой взгляд, движитель всей жизни этого города. Ему подчинено всё и вся. Рождение, существование, любовь, ненависть и смерть. Он проникает в жизнь людей незаметно для них и перерождает их.

   Ужас. Вот, на мой взгляд, движитель всей жизни этого города. Ему подчинено всё и вся. Рождение, существование, любовь, ненависть и смерть. Он проникает в жизнь людей незаметно для них и перерождает их.
3. «

   Хочу ощутить незнакомый мне душевный подъём, победив самого себя.

   Хочу ощутить незнакомый мне душевный подъём, победив самого себя.
4. «

   Работа не приносит мне удовольствие. Мне даже странно, что когда-то я считал её для себя всем. Вернее, она заменяла мне всё. Вернее, всё было в ней. Было. Работа осталась, а всё, что её наполняло, умерло. Или ушло. Или переродилось. Вот и верь диалектике. Содержание исчезло, а форма осталась. Она даже не стала другой. Она осталась как старый дом, из которого уехали люди.

   Работа не приносит мне удовольствие. Мне даже странно, что когда-то я считал её для себя всем. Вернее, она заменяла мне всё. Вернее, всё было в ней. Было. Работа осталась, а всё, что её наполняло, умерло. Или ушло. Или переродилось. Вот и верь диалектике. Содержание исчезло, а форма осталась. Она даже не стала другой. Она осталась как старый дом, из которого уехали люди.
5. «

   Для чего-то человеку надо жить. И, видимо, для того, чтобы из тебя что-то родилось прекрасное, чтобы ты способствовал этому.

   Для чего-то человеку надо жить. И, видимо, для того, чтобы из тебя что-то родилось прекрасное, чтобы ты способствовал этому.
6. «

   В грязи не вываляешься — чистым не станешь. Может быть, в этом и есть смысл, но не для меня. Не надо мне грязь искать на стороне, ее предостаточно во мне самом. На это мне самому стоит потратить все мои силы, то есть я имею в виду искоренение собственной гнуси. Все мои отвратительные поступки — абсолютное безволие. Вот камень, который мне надо скинуть в пропасть моей будущей жизни.

   В грязи не вываляешься — чистым не станешь. Может быть, в этом и есть смысл, но не для меня. Не надо мне грязь искать на стороне, ее предостаточно во мне самом. На это мне самому стоит потратить все мои силы, то есть я имею в виду искоренение собственной гнуси. Все мои отвратительные поступки — абсолютное безволие. Вот камень, который мне надо скинуть в пропасть моей будущей жизни.
7. «

   Что мы должны видеть, воспринимать, ощущать через фильм? Прежде всего — через несовместимость естественности и неестественности фильм должен родить некий образ. Символ. Тогда это искусство. Режиссер должен держать мое сердце, но чистыми руками. Он должен вливать в меня свое ощущение горечи и радости, и я не буду ему сопротивляться, потому что доверяю ему и даже потому что я этого хочу. В фильме все должно быть достоверным, но это будет прекрасным, если достоверность станет символом.

   Что мы должны видеть, воспринимать, ощущать через фильм? Прежде всего — через несовместимость естественности и неестественности фильм должен родить некий образ. Символ. Тогда это искусство. Режиссер должен держать мое сердце, но чистыми руками. Он должен вливать в меня свое ощущение горечи и радости, и я не буду ему сопротивляться, потому что доверяю ему и даже потому что я этого хочу. В фильме все должно быть достоверным, но это будет прекрасным, если достоверность станет символом.
8. «

   Человек себе не принадлежит. Человек — принадлежность общая.

   Человек себе не принадлежит. Человек — принадлежность общая.
9. «

   Люди, стремящиеся к самоутверждению и не обладающие безупречной добросовестностью, приходят к эффектным результатам и в результате приносят вред.

   Люди, стремящиеся к самоутверждению и не обладающие безупречной добросовестностью, приходят к эффектным результатам и в результате приносят вред.
10. «

    Малокультурье – суть обязательно мещанство. Воинствующее мещанство – непременно мини-фашизм.

    Малокультурье – суть обязательно мещанство. Воинствующее мещанство – непременно мини-фашизм.
11. «

    Самое страшное предательство, которое может совершить друг — это умереть.

    Самое страшное предательство, которое может совершить друг — это умереть.
12. «

    Жизнь — это где-то там. Жизнь — это мчащийся экспресс. Экспресс — «летающая тарелка», но опознанная, населенная незнакомыми и недосягаемыми (а поэтому непонятными) гуманоидами! <...> Нельзя остановить жизнь — погибнешь.

    Жизнь — это где-то там. Жизнь — это мчащийся экспресс. Экспресс — «летающая тарелка», но опознанная, населенная незнакомыми и недосягаемыми (а поэтому непонятными) гуманоидами! <...> Нельзя остановить жизнь — погибнешь.
13. «

    Человек сложен. Иногда это звучит гордо, но чаще это звучит сложно.

    Человек сложен. Иногда это звучит гордо, но чаще это звучит сложно.
14. «

    Помоги и спаси, О Господи. Сбереги и укрой, О Господи. Мягким снегом меня занеси, Господи. И глаза свои не закрой, Господи. Погляди на меня, О Господи. Вот я весь пред тобой, О Господи. Я живу не клянясь, О Господи. Подари мне покой, О Господи...

    Помоги и спаси, О Господи. Сбереги и укрой, О Господи. Мягким снегом меня занеси, Господи. И глаза свои не закрой, Господи. Погляди на меня, О Господи. Вот я весь пред тобой, О Господи. Я живу не клянясь, О Господи. Подари мне покой, О Господи...
15. «

    Прошлое живет своей тихой и отдельной жизнью. Оно похоже на дикий куст орешника на склоне глубокого оврага, по дну которого течет холодный прозрачный ручей.

    Прошлое живет своей тихой и отдельной жизнью. Оно похоже на дикий куст орешника на склоне глубокого оврага, по дну которого течет холодный прозрачный ручей.
16. «

    Какая же сволочь правит искусством. Нет, наверное, искусства остается все меньше, да и править им легче, потому что в нем, внутри, такая же ленивая и жадная сволочь.

    Какая же сволочь правит искусством. Нет, наверное, искусства остается все меньше, да и править им легче, потому что в нем, внутри, такая же ленивая и жадная сволочь.
17. «

    Нельзя и малое время существовать среди бесталанности, возведенной в беспардонную наглость.

    Нельзя и малое время существовать среди бесталанности, возведенной в беспардонную наглость.
18. «

    Мы там дневали и ночевали в театре. И это были счастливые и дни и в уставе было сказано, что мы отказываемся от званий и не имеем права их иметь. Но жизнь — жестокая штука. Появились семьи, надо было зарабатывать деньги, потом появились автомобили, квартиры, стенки и прочая ерунда, которая погубила творческое начало. Появились звания и искусство закончилось на этом.

    Мы там дневали и ночевали в театре. И это были счастливые и дни и в уставе было сказано, что мы отказываемся от званий и не имеем права их иметь. Но жизнь — жестокая штука. Появились семьи, надо было зарабатывать деньги, потом появились автомобили, квартиры, стенки и прочая ерунда, которая погубила творческое начало. Появились звания и искусство закончилось на этом.
19. «

    Ни в коем случае не отметать посторонних замечаний и предложений, напротив, принять их в себя — как почва принимает зерно. Зерно здоровое даст ростки! Нездоровое — умрет!

    Ни в коем случае не отметать посторонних замечаний и предложений, напротив, принять их в себя — как почва принимает зерно. Зерно здоровое даст ростки! Нездоровое — умрет!
20. «

    Артист — это тайна. Он должен делать свое темное дело и исчезать. В него не должны тыкать пальцем на улицах. Он должен только показывать свое лицо в работе, как Вертинский свою белую маску, что-то проделывать, а потом снимать эту маску, чтобы его не узнавали.

    Артист — это тайна. Он должен делать свое темное дело и исчезать. В него не должны тыкать пальцем на улицах. Он должен только показывать свое лицо в работе, как Вертинский свою белую маску, что-то проделывать, а потом снимать эту маску, чтобы его не узнавали.