78 цитат Орхана Памука о жизни и людях

Орхан Памук — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 78 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   На какой-то миг показалось, что земля избавилась от времени и силы притяжения, а мы стряхнули угрызения совести, освободились от раскаяния, боязни возмездия и сознания греха.

   На какой-то миг показалось, что земля избавилась от времени и силы притяжения, а мы стряхнули угрызения совести, освободились от раскаяния, боязни возмездия и сознания греха.

   — Кемаль · книга
2. «

   Все мы безнадежно влюбляемся в самого недоступного нам человека, каждый испытывает такое. Но в конце концов проходит через это, не испортив себе жизнь.

   Все мы безнадежно влюбляемся в самого недоступного нам человека, каждый испытывает такое. Но в конце концов проходит через это, не испортив себе жизнь.

   — Музей невинности · книга
3. «

   Я уже привык, что меня представляют: «Вот Орхан Памук — турецкий писатель, лауреат Нобелевской премии, он пишет о Стамбуле». Я очень люблю город Стамбул. Но всё же меня больше интересует человек в Стамбуле, его жизнь, переживания, воспоминания. Стамбул стал одним из героев моей прозы, он не просто декорация. Даже на расстоянии я чувствую связь с этим городом.

   Я уже привык, что меня представляют: «Вот Орхан Памук — турецкий писатель, лауреат Нобелевской премии, он пишет о Стамбуле». Я очень люблю город Стамбул. Но всё же меня больше интересует человек в Стамбуле, его жизнь, переживания, воспоминания. Стамбул стал одним из героев моей прозы, он не просто декорация. Даже на расстоянии я чувствую связь с этим городом.
4. «

   Часто, когда два человека молчат, это молчание бывает гораздо значительнее, чем разговор.

   Часто, когда два человека молчат, это молчание бывает гораздо значительнее, чем разговор.

   — Дом тишины · книга
5. «

   Быть несчастным — значит ненавидеть себя и свой город.

   Быть несчастным — значит ненавидеть себя и свой город.
6. «

   Любовь – это покорность. Любовь – причина любви. Любовь – понимание. Любовь – это музыка. Любовь и благородное сердце – одно и то же. Любовь – стихи печали. Любовь – это когда хрупкая душа всматривается в зеркало. Любовь мимолетна. Любовь никогда не говорит «сожалею». Любовь – это кристаллизация. Любовь значит отдавать. Любовь – это делиться жвачкой. Любовь необъяснима. Любовь – пустое слово. Любовь – слияние с Богом. Любовь – это боль. Любовь – заглянуть в глаза ангелу. Любовь – это слезы. Любовь – ожидание, что зазвонит телефон. Любовь – целый мир. Любовь – это держаться за руки в кино. Любовь – опьянение. Любовь – хищный зверь. Любовь слепа. Любовь – это слушать голос сердца. Любовь – священное безмолвие. О любви слагают песни. Любовь полезна для кожи.

   Любовь – это покорность. Любовь – причина любви. Любовь – понимание. Любовь – это музыка. Любовь и благородное сердце – одно и то же. Любовь – стихи печали. Любовь – это когда хрупкая душа всматривается в зеркало. Любовь мимолетна. Любовь никогда не говорит «сожалею». Любовь – это кристаллизация. Любовь значит отдавать. Любовь – это делиться жвачкой. Любовь необъяснима. Любовь – пустое слово. Любовь – слияние с Богом. Любовь – это боль. Любовь – заглянуть в глаза ангелу. Любовь – это слезы. Любовь – ожидание, что зазвонит телефон. Любовь – целый мир. Любовь – это держаться за руки в кино. Любовь – опьянение. Любовь – хищный зверь. Любовь слепа. Любовь – это слушать голос сердца. Любовь – священное безмолвие. О любви слагают песни. Любовь полезна для кожи.

   — Осман · книга
7. «

   Сны — это совсем не то, что мы видим, когда спим. Все рассказывают виденное ясным днем как ночной сон, чтобы польза была. В самом деле, ночные сны рассказывают только дураки. И над такими издеваются и при каждом удобном случае толкуют сны им во зло. Настоящие сны никто не воспринимает всерьёз, даже те, кто их видел.

   Сны — это совсем не то, что мы видим, когда спим. Все рассказывают виденное ясным днем как ночной сон, чтобы польза была. В самом деле, ночные сны рассказывают только дураки. И над такими издеваются и при каждом удобном случае толкуют сны им во зло. Настоящие сны никто не воспринимает всерьёз, даже те, кто их видел.

   — Шекюре · книга
8. «

   Но что бы ни сказали мы о городе, о его характере, духе и атмосфере — все это в большей степени будет относиться к нам самим, к нашей жизни и нашему душевному состоянию. У города нет иного центра, кроме нас самих.

   Но что бы ни сказали мы о городе, о его характере, духе и атмосфере — все это в большей степени будет относиться к нам самим, к нашей жизни и нашему душевному состоянию. У города нет иного центра, кроме нас самих.

   — Стамбул. Город воспоминаний · книга
9. «

   В аравийской пустыне снег падает не только на песок или постройки, но и на воспоминания.

   В аравийской пустыне снег падает не только на песок или постройки, но и на воспоминания.

   — Кара · книга
10. «

    Чтоб быть счастливым, достаточно сидеть рядом с тобой.

    Чтоб быть счастливым, достаточно сидеть рядом с тобой.

    — Кемаль · книга
11. «

    Женщины убивают себя, надеясь победить. А мужчины — если надежды победить не остаётся.

    Женщины убивают себя, надеясь победить. А мужчины — если надежды победить не остаётся.

    — Снег · книга
12. «

    Придерживаясь традиций, мы временами предавали себя, но не общество.

    Придерживаясь традиций, мы временами предавали себя, но не общество.

    — Кемаль · книга
13. «

    В светлые моменты я, конечно же, за Толстого. Когда я доволен собой, когда я счастлив и уравновешен, когда я вижу, что мир вокруг прекрасен и осмыслен — так, как это происходит у Толстого, — я чувствую себя по-толстовски и пытаюсь запечатлеть в своих романах гармонию и целостность мироздания. Но бывают моменты, когда мне не нравится все происходящее — и вот тогда в моей душе просыпается мятежный дух Достоевского, который нашептывает мне: «Толстой лжёт, всё, что он говорит, — утешительные и наивные выдумки». В такие моменты я вижу, что мир слишком драматичен, слишком зациклен на себе, и это вызывает мой гнев, который находит выход через неистовство Достоевского, через его ярость и боль. Я бесконечно восхищаюсь Достоевским как личностью и визионером, поэтому в моменты раздражения, тревоги и депрессии я, конечно, автоматически оказываюсь на его стороне.

    В светлые моменты я, конечно же, за Толстого. Когда я доволен собой, когда я счастлив и уравновешен, когда я вижу, что мир вокруг прекрасен и осмыслен — так, как это происходит у Толстого, — я чувствую себя по-толстовски и пытаюсь запечатлеть в своих романах гармонию и целостность мироздания. Но бывают моменты, когда мне не нравится все происходящее — и вот тогда в моей душе просыпается мятежный дух Достоевского, который нашептывает мне: «Толстой лжёт, всё, что он говорит, — утешительные и наивные выдумки». В такие моменты я вижу, что мир слишком драматичен, слишком зациклен на себе, и это вызывает мой гнев, который находит выход через неистовство Достоевского, через его ярость и боль. Я бесконечно восхищаюсь Достоевским как личностью и визионером, поэтому в моменты раздражения, тревоги и депрессии я, конечно, автоматически оказываюсь на его стороне.
14. «

    Разумная девушка обычно не верит словам мужчины, она смотрит на его круг — друзей, семью, на его привычки, образ жизни.

    Разумная девушка обычно не верит словам мужчины, она смотрит на его круг — друзей, семью, на его привычки, образ жизни.

    — Музей невинности · книга
15. «

    Никогда точно не известно о чём человек думает в тот или иной момент, порой этого не знает и он сам. Я с этим согласна: иногда я говорю что-то, причём говорю, подумав, но когда произношу слова, понимаю, что думаю-то совсем наоборот.

    Никогда точно не известно о чём человек думает в тот или иной момент, порой этого не знает и он сам. Я с этим согласна: иногда я говорю что-то, причём говорю, подумав, но когда произношу слова, понимаю, что думаю-то совсем наоборот.

    — Шекюре · книга
16. «

    Человек должен любить прожитую им жизнь, чтобы она и потом, спустя годы, устраивала его.

    Человек должен любить прожитую им жизнь, чтобы она и потом, спустя годы, устраивала его.
17. «

    Я счастлив, что я красный! Цвет — это прикосновение глаза, слова, звучание в темноте. Тысячи лет я слушаю, как разговариваю души, и потому смею утверждать, что коснуться меня — всё равно, что коснуться ангела. Я виден везде. Жизнь начинается со мной и возвращается ко мне. Я раскрашиваю мир и говорю ему: «Будь!». И он становится моего — кровавого — цвета.

    Я счастлив, что я красный! Цвет — это прикосновение глаза, слова, звучание в темноте. Тысячи лет я слушаю, как разговариваю души, и потому смею утверждать, что коснуться меня — всё равно, что коснуться ангела. Я виден везде. Жизнь начинается со мной и возвращается ко мне. Я раскрашиваю мир и говорю ему: «Будь!». И он становится моего — кровавого — цвета.

    — Меня зовут красный · книга
18. «

    Иногда он замечал аистов, летевших над головой, и понимал, что времена года сменяют друг друга, заканчивается ещё одна зима, а он медленно стареет.

    Иногда он замечал аистов, летевших над головой, и понимал, что времена года сменяют друг друга, заканчивается ещё одна зима, а он медленно стареет.

    — Мои странные мысли · книга
19. «

    Разговаривая по телефону, два человека на противоположных концах провода могут превратиться в совершенно других людей.

    Разговаривая по телефону, два человека на противоположных концах провода могут превратиться в совершенно других людей.

    — Чёрная книга · книга
20. «

    Собаки разговаривают, но только с теми, кто умеет слушать.

    Собаки разговаривают, но только с теми, кто умеет слушать.

    — Меня зовут красный · книга