66 цитат Оскара Уайльд: жизненные цитаты, которые захочется сохранить

Оскар Уайльд: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 66 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Ах, милая Глэдис, все пути ведут к одному. — К чему же? — К разочарованию.

   — Ах, милая Глэдис, все пути ведут к одному. — К чему же? — К разочарованию.

   — Оскар Уайльд · книга
2. «

   Я, право же, всегда лучше работаю, когда послушаю пение птиц.

   Я, право же, всегда лучше работаю, когда послушаю пение птиц.

   — Оскар Уайльд · книга
3. «

   Жизнь — слишком серьезная штука, чтобы говорить о ней всерьез.

   Жизнь — слишком серьезная штука, чтобы говорить о ней всерьез.

   — Оскар Уайльд
4. «

   Не избежит своей судьбы Ни праведник, ни вор.

   Не избежит своей судьбы Ни праведник, ни вор.

   — Оскар Уайльд · книга
5. «

   Люди всегда смеются над своими трагедиями, — это единственный способ переносить их.

   Люди всегда смеются над своими трагедиями, — это единственный способ переносить их.

   — Оскар Уайльд · книга
6. «

   Страдание — это непрерывное, никогда не кончающееся мгновение. Его невозможно разделить на дни, на месяцы, на времена года. Мы можем лишь подмечать различные его нюансы и устанавливать, в какой последовательности они повторяются. У нас здесь само время остановилось в своём поступательном движении вперёд. Вместо этого оно идёт по кругу вращаясь вокруг единого центра боли. Над нами господствует парализующая неподвижность жизни, в неизменном распорядке в котором каждой мелочи отведено своё место, — мы едим, пьем, выходим на прогулку, ложимся и молимся (или, по крайней мере становимся на колени для молитвы) в соответствии с кем-то установленными правилами и железными предписаниями.

   Страдание — это непрерывное, никогда не кончающееся мгновение. Его невозможно разделить на дни, на месяцы, на времена года. Мы можем лишь подмечать различные его нюансы и устанавливать, в какой последовательности они повторяются. У нас здесь само время остановилось в своём поступательном движении вперёд. Вместо этого оно идёт по кругу вращаясь вокруг единого центра боли. Над нами господствует парализующая неподвижность жизни, в неизменном распорядке в котором каждой мелочи отведено своё место, — мы едим, пьем, выходим на прогулку, ложимся и молимся (или, по крайней мере становимся на колени для молитвы) в соответствии с кем-то установленными правилами и железными предписаниями.

   — Оскар Уайльд · книга
7. «

   Я слишком боготворил вас — и наказан за это. Вы тоже слишком любили себя — и наказаны за это ещё страшнее.

   Я слишком боготворил вас — и наказан за это. Вы тоже слишком любили себя — и наказаны за это ещё страшнее.

   — Оскар Уайльд · книга
8. «

   Странный вы народ, художники! Из кожи вон лезете, чтобы добиться известности, но, как только она приходит, не ставите ее ни в грош.

   Странный вы народ, художники! Из кожи вон лезете, чтобы добиться известности, но, как только она приходит, не ставите ее ни в грош.

   — Оскар Уайльд · книга
9. «

   Религия умирает в тот момент, когда доказана её непогрешимость.

   Религия умирает в тот момент, когда доказана её непогрешимость.

   — Оскар Уайльд
10. «

    Если человек говорит правду, рано или поздно его выведут на чистую воду.

    Если человек говорит правду, рано или поздно его выведут на чистую воду.

    — Оскар Уайльд
11. «

    В городе развлекаешься сам, за городом развлекаешь других, а это такая скука!

    В городе развлекаешься сам, за городом развлекаешь других, а это такая скука!

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    — А что это такое — чувствительная особа? — спросила Петарда у Римской Свечи. — Это тот, кто непременно будет отдавливать другим мозоли, если он сам от них страдает, — шепнула Римская Свеча на ухо Петарде.

    — А что это такое — чувствительная особа? — спросила Петарда у Римской Свечи. — Это тот, кто непременно будет отдавливать другим мозоли, если он сам от них страдает, — шепнула Римская Свеча на ухо Петарде.

    — Оскар Уайльд · книга
13. «

    Всегда грустно расставаться с теми, с кем только что познакомился. С отсутствием старых друзей можно легко примириться. Но даже недолгая разлука с теми, кого только что узнал, почти невыносима.

    Всегда грустно расставаться с теми, с кем только что познакомился. С отсутствием старых друзей можно легко примириться. Но даже недолгая разлука с теми, кого только что узнал, почти невыносима.

    — Оскар Уайльд · книга
14. «

    Старики всему верят, люди зрелого возраста во всем сомневаются, молодые всё знают. (Старики всему верят, люди средних лет всех подозревают, молодые все знают.)

    Старики всему верят, люди зрелого возраста во всем сомневаются, молодые всё знают. (Старики всему верят, люди средних лет всех подозревают, молодые все знают.)

    — Оскар Уайльд
15. «

    ...не тот нуждается в любви, кто силен, а тот, кто слаб. Вот когда мы раним себя или другие нас ранят, тогда должна прийти любовь и исцелить наши раны. А иначе зачем любовь?

    ...не тот нуждается в любви, кто силен, а тот, кто слаб. Вот когда мы раним себя или другие нас ранят, тогда должна прийти любовь и исцелить наши раны. А иначе зачем любовь?

    — Оскар Уайльд · книга
16. «

    Влюблённые часто начинают с того, что обманывают самих себя, а кончают тем, что обманывают других. Люди называют это романом.

    Влюблённые часто начинают с того, что обманывают самих себя, а кончают тем, что обманывают других. Люди называют это романом.

    — Оскар Уайльд
17. «

    Нравственность — это всего лишь поза, которую мы принимаем перед теми, кого не любим.

    Нравственность — это всего лишь поза, которую мы принимаем перед теми, кого не любим.

    — Оскар Уайльд
18. «

    Когда мы счастливы, мы всегда добры; но когда мы добры, мы не всегда счастливы.

    Когда мы счастливы, мы всегда добры; но когда мы добры, мы не всегда счастливы.

    — Оскар Уайльд · книга
19. «

    Удовольствие можно находить во всём, что входит в привычку.

    Удовольствие можно находить во всём, что входит в привычку.

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    Собственнический инстинкт — вот что такое ревность. Мы многое бы выбрасывали, если бы не боялись, что выброшенное тут же подберут другие.

    Собственнический инстинкт — вот что такое ревность. Мы многое бы выбрасывали, если бы не боялись, что выброшенное тут же подберут другие.

    — Оскар Уайльд · книга