Что говорил Паскаль Мерсье: 27 цитат

Паскаль Мерсье — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 27 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Может быть, наилучший путь к познанию себя самого состоит в том, чтобы научиться узнавать и понимать другого?

   Может быть, наилучший путь к познанию себя самого состоит в том, чтобы научиться узнавать и понимать другого?

   — Ночной поезд на Лиссабон · книга
2. «

   Что мы вообще можем знать о ком-то, если ничего не ведаем о картинах, которые разыгрываются в его воображении?

   Что мы вообще можем знать о ком-то, если ничего не ведаем о картинах, которые разыгрываются в его воображении?

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
3. «

   О поэзии нельзя болтать. Ее надо читать. Чувствовать на языке. Жить ею. Ощущать, как она тебя подвигает, преображает. Как благодаря ей твоя жизнь обретает форму, цвет, мелодию.

   О поэзии нельзя болтать. Ее надо читать. Чувствовать на языке. Жить ею. Ощущать, как она тебя подвигает, преображает. Как благодаря ей твоя жизнь обретает форму, цвет, мелодию.

   — Ночной поезд на Лиссабон · книга
4. «

   Очертания родительских желаний и страхов раскаленным стилом пишутся в души малюток, а они пребывают в полной беспомощности и незнании, что с ними творят. Нам требуется целая жизнь, чтобы найти и расшифровать выжженный текст, но и тогда мы не будем уверены, что правильно поняли его.

   Очертания родительских желаний и страхов раскаленным стилом пишутся в души малюток, а они пребывают в полной беспомощности и незнании, что с ними творят. Нам требуется целая жизнь, чтобы найти и расшифровать выжженный текст, но и тогда мы не будем уверены, что правильно поняли его.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
5. «

   Миллион упущенных возможностей перед лицом вечности ничто.

   Миллион упущенных возможностей перед лицом вечности ничто.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
6. «

   Я люблю молящихся людей. Мне нужен их вид. Мне нужен он против коварного яда поверхностности и бездумья.

   Я люблю молящихся людей. Мне нужен их вид. Мне нужен он против коварного яда поверхностности и бездумья.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
7. «

   Жизнь — это не то, что мы проживаем; она то, что мы живем в нашем представлении.

   Жизнь — это не то, что мы проживаем; она то, что мы живем в нашем представлении.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
8. «

   Не боль и не страдания самое страшное. Самое страшное — унижение.

   Не боль и не страдания самое страшное. Самое страшное — унижение.

   — Эса · книга
9. «

   Его отсутствие было вроде пустоты на фотографии, где кто-то выстриг ножницами чье-то лицо, и теперь эта дыра стала важнее и значительнее всех оставшихся лиц.

   Его отсутствие было вроде пустоты на фотографии, где кто-то выстриг ножницами чье-то лицо, и теперь эта дыра стала важнее и значительнее всех оставшихся лиц.

   — патер Бартоломеу · книга
10. «

    Беда в том, что мы не можем обозреть нашу жизнь. Ни вглядеться в прошлое, ни увидеть будущее. Если что-то ладится, значит, просто повезло.

    Беда в том, что мы не можем обозреть нашу жизнь. Ни вглядеться в прошлое, ни увидеть будущее. Если что-то ладится, значит, просто повезло.

    — Жозе Антониу да Силвейра · книга
11. «

    Мы не должны, вздыхая, претерпевать разочарования, как нечто, без чего наша жизнь стала бы лучше. Мы должны их отыскивать, выслеживать, собирать.

    Мы не должны, вздыхая, претерпевать разочарования, как нечто, без чего наша жизнь стала бы лучше. Мы должны их отыскивать, выслеживать, собирать.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
12. «

    Бездельники — это авантюристы перед лицом смерти, крестоносцы, сражающиеся с диктатом спешки.

    Бездельники — это авантюристы перед лицом смерти, крестоносцы, сражающиеся с диктатом спешки.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
13. «

    То, что они избегали смотреть друг на друга, связывало их еще большей близостью, чем скрещенные взгляды.

    То, что они избегали смотреть друг на друга, связывало их еще большей близостью, чем скрещенные взгляды.

    — Ночной поезд на Лиссабон · книга
14. «

    Чувство не будет тем же, когда придет во второй раз. Оно блекнет от повторения. Мы устаем, нам наскучивают чувства, если они посещают нас слишком часто и слишком долго длятся.

    Чувство не будет тем же, когда придет во второй раз. Оно блекнет от повторения. Мы устаем, нам наскучивают чувства, если они посещают нас слишком часто и слишком долго длятся.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
15. «

    Эта заповедь, эта нелепая, извращенная заповедь «любить врага своего» измышлена для того, чтобы сломать человека, лишить его мужества и уверенности в себе и сделать податливым в руках тиранов, дабы не стало у него сил восставать, если потребуется, и с оружием.

    Эта заповедь, эта нелепая, извращенная заповедь «любить врага своего» измышлена для того, чтобы сломать человека, лишить его мужества и уверенности в себе и сделать податливым в руках тиранов, дабы не стало у него сил восставать, если потребуется, и с оружием.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
16. «

    Имена — лишь невидимые тени, в которые нас облачают другие, а мы — их.

    Имена — лишь невидимые тени, в которые нас облачают другие, а мы — их.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
17. «

    Чтобы стать уверенным в себе, человеку надо немного удачи.

    Чтобы стать уверенным в себе, человеку надо немного удачи.

    — Ночной поезд на Лиссабон · книга
18. «

    Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

    Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
19. «

    Сила воображения — наша последняя святыня.

    Сила воображения — наша последняя святыня.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
20. «

    Палачи — что те, во времена инквизиции, что нынешние, — они хорошо знают: не давай человеку возможности уйти в себя, ни на миг не оставляй в уединении, не выключай свет ни днем ни ночью, лиши его сна и покоя — и он заговорит. Пытки крадут наши души тем, что не дают остаться наедине с собой, а это нам нужно как воздух, чтобы дышать.

    Палачи — что те, во времена инквизиции, что нынешние, — они хорошо знают: не давай человеку возможности уйти в себя, ни на миг не оставляй в уединении, не выключай свет ни днем ни ночью, лиши его сна и покоя — и он заговорит. Пытки крадут наши души тем, что не дают остаться наедине с собой, а это нам нужно как воздух, чтобы дышать.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга