11 коротких цитат Патрика Зюскинда

Патрик Зюскинд — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 11 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В каждом искусстве, а также в каждом ремесле — заруби себе это на носу, прежде чем уйти — талант почти ничего не значит, главное — опыт, приобретаемый благодаря скромности и прилежанию.

   В каждом искусстве, а также в каждом ремесле — заруби себе это на носу, прежде чем уйти — талант почти ничего не значит, главное — опыт, приобретаемый благодаря скромности и прилежанию.

   — Джузеппе Бальдини · книга
2. «

   Руки он ему не подал — так далеко его симпатия не простиралась.

   Руки он ему не подал — так далеко его симпатия не простиралась.

   — Парфюмер. История одного убийцы · книга
3. «

   ...телевидение хоронит домашнее музицирование, портит глаза, разрушает семейную жизнь и вообще ведет ко всеобщему оглуплению.

   ...телевидение хоронит домашнее музицирование, портит глаза, разрушает семейную жизнь и вообще ведет ко всеобщему оглуплению.

   — Повесть о господине Зоммере · книга
4. «

   Никто не мог постичь, что этот хилый, маленький, согбенный человек, стоявший там, в окне, что этот червячок, эта горстка праха, это ничтожество совершило две дюжины убийств. Правда, никто не мог бы сказать, как он, собственно, представлял себе убийцу — этого дьявола, — но в одном все были единодушны: не так!

   Никто не мог постичь, что этот хилый, маленький, согбенный человек, стоявший там, в окне, что этот червячок, эта горстка праха, это ничтожество совершило две дюжины убийств. Правда, никто не мог бы сказать, как он, собственно, представлял себе убийцу — этого дьявола, — но в одном все были единодушны: не так!

   — Парфюмер. История одного убийцы · книга
5. «

   А если бы ими надушился человек, который сам пахнет как человек, то он по запаху показался бы нам двумя людьми или, еще хуже, чудовищным двойным существом, как образ, который нельзя больше однозначно фиксировать, потому что его очертания нечетки и расплываются, как рисунок на дне озера, искаженный рябью на воде.

   А если бы ими надушился человек, который сам пахнет как человек, то он по запаху показался бы нам двумя людьми или, еще хуже, чудовищным двойным существом, как образ, который нельзя больше однозначно фиксировать, потому что его очертания нечетки и расплываются, как рисунок на дне озера, искаженный рябью на воде.

   — Парфюмер. История одного убийцы · книга
6. «

   ... каждый уверен, что может мыслить, и он мыслит непрестанно, и это самая большая ошибка нашего времени.

   ... каждый уверен, что может мыслить, и он мыслит непрестанно, и это самая большая ошибка нашего времени.

   — Контрабас · книга
7. «

   Бывают люди, ищущие одиночества: кающиеся грешники, неудачники, святые или пророки. <...> Он не каялся и не ждал никакого откровения свыше. Он ушел от людей единственно для собственного удовольствия, лишь для того, чтобы быть близко к самому себе.

   Бывают люди, ищущие одиночества: кающиеся грешники, неудачники, святые или пророки. <...> Он не каялся и не ждал никакого откровения свыше. Он ушел от людей единственно для собственного удовольствия, лишь для того, чтобы быть близко к самому себе.

   — Парфюмер. История одного убийцы · книга
8. «

   Люди пахнут пошло и убого.

   Люди пахнут пошло и убого.

   — Жан-Батист Гренуй · книга
9. «

   Он купался в собственном, ни на что не отвлекаемом существовании и находил это великолепным.

   Он купался в собственном, ни на что не отвлекаемом существовании и находил это великолепным.

   — Парфюмер. История одного убийцы · книга
10. «

    ...все-таки обладание и потеря казались ему желаннее, чем простой отказ от того и другого. Ибо он отказывался всю свою жизнь. Но никогда еще не обладал и не терял.

    ...все-таки обладание и потеря казались ему желаннее, чем простой отказ от того и другого. Ибо он отказывался всю свою жизнь. Но никогда еще не обладал и не терял.

    — Парфюмер. История одного убийцы · книга
11. «

    Нет такой человеческой фантазии, которую бы реальность не превзошла играючи.

    Нет такой человеческой фантазии, которую бы реальность не превзошла играючи.

    — Парфюмер. История одного убийцы · книга