Питер Хёг: 125 фраз, которые разошлись на цитаты

Питер Хёг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 125 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Когда обнаруживаешь, что не существует никакого объективного внешнего мира, что ты знаком только с отфильтрованным и обработанным воспроизведением, то нельзя не задуматься о том, что в этом случае остальные люди не что иное, как обработанная тень, а значит, получается, что каждый человек словно заточен внутри себя и изолирован своим собственным ненадёжным аппаратом чувств. А от этого лишь шаг до мысли, что человек на самом деле одинок. Что мир состоит из разделённых сознаний, изолированных в своей чувственной иллюзии, плавающих в пустоте, лишённой каких-либо свойств.

   Когда обнаруживаешь, что не существует никакого объективного внешнего мира, что ты знаком только с отфильтрованным и обработанным воспроизведением, то нельзя не задуматься о том, что в этом случае остальные люди не что иное, как обработанная тень, а значит, получается, что каждый человек словно заточен внутри себя и изолирован своим собственным ненадёжным аппаратом чувств. А от этого лишь шаг до мысли, что человек на самом деле одинок. Что мир состоит из разделённых сознаний, изолированных в своей чувственной иллюзии, плавающих в пустоте, лишённой каких-либо свойств.

   — Условно пригодные · книга
2. «

   Умный человек отличается от глупого тем, что лепит не всю правду-матку, а пропускает её через фильтр, в зависимости от собеседника.

   Умный человек отличается от глупого тем, что лепит не всю правду-матку, а пропускает её через фильтр, в зависимости от собеседника.

   — Женщина и обезьяна · книга
3. «

   Я никогда не верила в то, что люди могут быть холодны. Неестественны, возможно, но не холодны. Суть жизни-тепло. Даже ненависть-это тепло, только с обратным знаком. Теперь я понимаю, что ошибалась.

   Я никогда не верила в то, что люди могут быть холодны. Неестественны, возможно, но не холодны. Суть жизни-тепло. Даже ненависть-это тепло, только с обратным знаком. Теперь я понимаю, что ошибалась.

   — Смилла Ясперсен · книга
4. «

   Со стороны может показаться, что мы — отец и дочь, у которых большой запас жизненной силы и всего в избытке. При ближайшем рассмотрении мы оказываемся всего лишь воплощением банальной трагедии, поделенной между двумя поколениями.

   Со стороны может показаться, что мы — отец и дочь, у которых большой запас жизненной силы и всего в избытке. При ближайшем рассмотрении мы оказываемся всего лишь воплощением банальной трагедии, поделенной между двумя поколениями.

   — Смилла Ясперсен · книга
5. «

   Его лицо освещается, как будто за застывшей лавой вспыхивает щепотка юмора и человечности. Окаменелое воспоминание пемзы о том времени, когда всё было горячим и движущимся.

   Его лицо освещается, как будто за застывшей лавой вспыхивает щепотка юмора и человечности. Окаменелое воспоминание пемзы о том времени, когда всё было горячим и движущимся.

   — Смилла Ясперсен · книга
6. «

   К темноте надо относиться с уважением. Ночь-это то время, когда Вселенная бурлит злом и опасностью. И можно называть это суеверием. Можно называть это боязнью темноты. Но делать вид, что ночь-это то же самое, что и день, только без света, глупо. Ночь существует для того, чтобы собираться вместе под крышей дома. Если только ты волею случая не одинок и не вынужден делать что-то иное.

   К темноте надо относиться с уважением. Ночь-это то время, когда Вселенная бурлит злом и опасностью. И можно называть это суеверием. Можно называть это боязнью темноты. Но делать вид, что ночь-это то же самое, что и день, только без света, глупо. Ночь существует для того, чтобы собираться вместе под крышей дома. Если только ты волею случая не одинок и не вынужден делать что-то иное.

   — Смилла Ясперсен · книга
7. «

   Нашу жизнь осложняет необходимость выбора. Тот, за кого выбор сделан, не испытывает сложностей.

   Нашу жизнь осложняет необходимость выбора. Тот, за кого выбор сделан, не испытывает сложностей.

   — Смилла Ясперсен · книга
8. «

   — Я тебя никак не могу понять. Ты — добрая фея в обезьяньей клетке. Но ты чертовски холодна, ты похожа на привидение, предвещающее беду.

   — Я тебя никак не могу понять. Ты — добрая фея в обезьяньей клетке. Но ты чертовски холодна, ты похожа на привидение, предвещающее беду.

   — Яккельсен · книга
9. «

   Людям трудно сохранять бдительность, когда они испытывают приятные ощущения.

   Людям трудно сохранять бдительность, когда они испытывают приятные ощущения.

   — Смилла Ясперсен · книга
10. «

    Невосполненная потребность в покое превращается в стремление иметь тайник или потайное место, а в неимении и последнего всё заканчивается обретением личных секретов.

    Невосполненная потребность в покое превращается в стремление иметь тайник или потайное место, а в неимении и последнего всё заканчивается обретением личных секретов.

    — Смилла Ясперсен · книга
11. «

    Может, и нет никакого дна. Может быть, есть только вечное падение.

    Может, и нет никакого дна. Может быть, есть только вечное падение.

    — Тишина · книга
12. «

    Теперь я тоже понимаю, но я уступаю ему возможность сказать это. Маленьким детям не надо мешать. Даже если эти маленькие дети взрослые.

    Теперь я тоже понимаю, но я уступаю ему возможность сказать это. Маленьким детям не надо мешать. Даже если эти маленькие дети взрослые.

    — Смилла Ясперсен · книга
13. «

    Ни от одного человека нельзя требовать, чтобы он прошёл больше, чем весь путь.

    Ни от одного человека нельзя требовать, чтобы он прошёл больше, чем весь путь.

    — Смилла Ясперсен · книга
14. «

    Это был один из тех дней, когда можно задать вопрос, в чем смысл существования, и получить ответ, что никакого смысла нет.

    Это был один из тех дней, когда можно задать вопрос, в чем смысл существования, и получить ответ, что никакого смысла нет.

    — Смилла и её чувство снега · книга
15. «

    Когда животные — и большинство обычных людей — оказываются перед лицом опасности, их тело цепенеет. С физиологической точки зрения это неэкономично, но это-закон. Белые медведи являются исключением. Они могут лежать в засаде, полностью расслабившись, в течение двух часов, при этом ни на секунду не ослабляя максимального тонуса готовности мускулатуры.

    Когда животные — и большинство обычных людей — оказываются перед лицом опасности, их тело цепенеет. С физиологической точки зрения это неэкономично, но это-закон. Белые медведи являются исключением. Они могут лежать в засаде, полностью расслабившись, в течение двух часов, при этом ни на секунду не ослабляя максимального тонуса готовности мускулатуры.

    — Смилла и её чувство снега · книга
16. «

    Ни один человек не может заставить другого открыться. Мы можем только ждать.

    Ни один человек не может заставить другого открыться. Мы можем только ждать.

    — Тишина · книга
17. «

    Я прогоняю от себя эту мысль. Она снова возвращается. На некоторых мыслях есть клей.

    Я прогоняю от себя эту мысль. Она снова возвращается. На некоторых мыслях есть клей.

    — Смилла Ясперсен · книга
18. «

    На улице необычайный мороз — минус 18 градусов по Цельсию, и идет снег, и на том языке, который больше уже не является моим, такой снег называется qanik — большие, почти невесомые кристаллы, которые всё падают и падают, покрывая землю слоем белого порошка. Декабрьская тьма поднимается из могилы, которая кажется необъятной, как и небо над нами. В этой тьме наши лица — лишь слабо светящиеся диски, но, тем не менее....

    На улице необычайный мороз — минус 18 градусов по Цельсию, и идет снег, и на том языке, который больше уже не является моим, такой снег называется qanik — большие, почти невесомые кристаллы, которые всё падают и падают, покрывая землю слоем белого порошка. Декабрьская тьма поднимается из могилы, которая кажется необъятной, как и небо над нами. В этой тьме наши лица — лишь слабо светящиеся диски, но, тем не менее....

    — Смилла и её чувство снега · книга
19. «

    — Надо всё отдать, — сказал он костюмершам. — Очень важно все раздать. Когда у нас ничего больше не останется, мы обретем свободу.

    — Надо всё отдать, — сказал он костюмершам. — Очень важно все раздать. Когда у нас ничего больше не останется, мы обретем свободу.

    — Тишина · книга
20. «

    Бывают дни, когда по утрам пробиваешься на поверхность, словно сквозь тонну грязи. Такими бывают шесть из семи дней. На седьмое утро просыпаешься с ощущением кристальной ясности, как будто мне есть ради чего вставать.

    Бывают дни, когда по утрам пробиваешься на поверхность, словно сквозь тонну грязи. Такими бывают шесть из семи дней. На седьмое утро просыпаешься с ощущением кристальной ясности, как будто мне есть ради чего вставать.

    — Смилла Ясперсен · книга