140 цитат Платона: от иронии до философии

Подборка из 140 цитат Платона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Наказанием за гражданскую пассивность является власть злодеев.

   Наказанием за гражданскую пассивность является власть злодеев.
2. «

   Мы понимаем под воспитанием то, что с детства ведет к добродетели.

   Мы понимаем под воспитанием то, что с детства ведет к добродетели.
3. «

   В том, что познаваемо, идея блага — это предел, и она с трудом различима, но стоит ее там различить, как отсюда напрашивается вывод, что именно она — причина всего правильного и прекрасного.

   В том, что познаваемо, идея блага — это предел, и она с трудом различима, но стоит ее там различить, как отсюда напрашивается вывод, что именно она — причина всего правильного и прекрасного.
4. «

   Нет человеческой души, которая выдержит искушение властью.

   Нет человеческой души, которая выдержит искушение властью.
5. «

   Чтобы приобрести расположение друзей, надо оценивать их услуги выше, чем это делают они сами; наоборот, наши одолжения друзьям нодо считать меньшими, чем это полагают наши друзья.

   Чтобы приобрести расположение друзей, надо оценивать их услуги выше, чем это делают они сами; наоборот, наши одолжения друзьям нодо считать меньшими, чем это полагают наши друзья.
6. «

   Все в один голос твердят, что рассудительность и справедливость — нечто прекрасное, однако в то же время тягостное и трудное, отличаться же разнузданным и несправедливым приятно и легко и только из-за общего мнения и закона считается постыдным. Большей частью говорят, что несправедливые поступки целесообразнее справедливых: люди легко склоняются к тому, чтобы и в общественной жизни, и в частном быту считать счастливыми и уважать негодяев, если те богаты и вообще влиятельны, и ни во что не ставить и презирать каких-нибудь немощных бедняков, пусть даже и признавая, что они лучше богачей.

   Все в один голос твердят, что рассудительность и справедливость — нечто прекрасное, однако в то же время тягостное и трудное, отличаться же разнузданным и несправедливым приятно и легко и только из-за общего мнения и закона считается постыдным. Большей частью говорят, что несправедливые поступки целесообразнее справедливых: люди легко склоняются к тому, чтобы и в общественной жизни, и в частном быту считать счастливыми и уважать негодяев, если те богаты и вообще влиятельны, и ни во что не ставить и презирать каких-нибудь немощных бедняков, пусть даже и признавая, что они лучше богачей.

   — Адимант · книга
7. «

   Значит, если кто-то станет утверждать, что воздавать каждому должное — справедливо, и будет понимать это так, что справедливый человек должен причинять вред врагам, а друзьям приносить пользу, то говорящий этот вовсе не мудрец, потому что он сказал неправду, ведь мы выяснили, что справедливо никому ни в чем не вредить.

   Значит, если кто-то станет утверждать, что воздавать каждому должное — справедливо, и будет понимать это так, что справедливый человек должен причинять вред врагам, а друзьям приносить пользу, то говорящий этот вовсе не мудрец, потому что он сказал неправду, ведь мы выяснили, что справедливо никому ни в чем не вредить.

   — Сократ · книга
8. «

   Любой человек поэт, когда он любит.

   Любой человек поэт, когда он любит.
9. «

   В своих бедствиях люди склонны винить судьбу, богов и всё что угодно, но только не себя самих.

   В своих бедствиях люди склонны винить судьбу, богов и всё что угодно, но только не себя самих.
10. «

    — Я, — сказал Агафон, — не в силах спорить с тобой, Сократ. Пусть будет по-твоему. — Нет, милый мой Агафон, ты не в силах спорить с истиной, а спорить с Сократом дело нехитрое.

    — Я, — сказал Агафон, — не в силах спорить с тобой, Сократ. Пусть будет по-твоему. — Нет, милый мой Агафон, ты не в силах спорить с истиной, а спорить с Сократом дело нехитрое.

    — Пир · книга
11. «

    Будь добр, ибо каждый, кто тебе встретится, ведёт более тяжёлую битву.

    Будь добр, ибо каждый, кто тебе встретится, ведёт более тяжёлую битву.
12. «

    Не замечаю в тебе особой привязанности к деньгам: это обычно бывает у тех, кто не сам нажил состояние. А кто сам нажил, те ценят его вдвойне. Как поэты любят свои творения, а отцы — своих детей, так и разбогатевшие люди заботливо относятся к деньгам — не только в меру потребности, как другие люди, а так, словно это их произведение. Общаться с такими людьми трудно: ничто не вызывает их одобрения, кроме богатства.

    Не замечаю в тебе особой привязанности к деньгам: это обычно бывает у тех, кто не сам нажил состояние. А кто сам нажил, те ценят его вдвойне. Как поэты любят свои творения, а отцы — своих детей, так и разбогатевшие люди заботливо относятся к деньгам — не только в меру потребности, как другие люди, а так, словно это их произведение. Общаться с такими людьми трудно: ничто не вызывает их одобрения, кроме богатства.

    — Сократ · книга
13. «

    Но ребёнка гораздо труднее взять в руки, чем любое другое живое существо. Ведь, чем меньше разум ребенка направлен в надлежащее русло, тем более становится он шаловливым, резвым и вдобавок превосходит дерзостью все остальные существа. Поэтому надо обуздывать его всевозможными средствами...

    Но ребёнка гораздо труднее взять в руки, чем любое другое живое существо. Ведь, чем меньше разум ребенка направлен в надлежащее русло, тем более становится он шаловливым, резвым и вдобавок превосходит дерзостью все остальные существа. Поэтому надо обуздывать его всевозможными средствами...

    — Законы · книга
14. «

    Те, кто подлинно предан философии, заняты на самом деле только одним — умиранием и смертью. Люди, как правило, этого не замечают, но если это все же так, было бы, разумеется, нелепо всю жизнь стремиться только к этому, а потом, когда оно оказывается рядом, негодовать на то, в чем так долго и с таким рвением упражнялся!

    Те, кто подлинно предан философии, заняты на самом деле только одним — умиранием и смертью. Люди, как правило, этого не замечают, но если это все же так, было бы, разумеется, нелепо всю жизнь стремиться только к этому, а потом, когда оно оказывается рядом, негодовать на то, в чем так долго и с таким рвением упражнялся!

    — Сократ · книга
15. «

    Разве не ясно, что мы приступаем к людям, не владея искусством их распознавать? Ведь кто владеет этим искусством по-настоящему, тот рассудит, что и очень хороших и очень плохих людей немного, а посредственных — без числа.

    Разве не ясно, что мы приступаем к людям, не владея искусством их распознавать? Ведь кто владеет этим искусством по-настоящему, тот рассудит, что и очень хороших и очень плохих людей немного, а посредственных — без числа.

    — Федон · книга
16. «

    Благочестие любимо богами потому, что оно благочестиво, или оно благочестиво потому, что его любят боги?

    Благочестие любимо богами потому, что оно благочестиво, или оно благочестиво потому, что его любят боги?
17. «

    В серьёзных делах надо быть серьёзным, а в несерьёзных — не надо.

    В серьёзных делах надо быть серьёзным, а в несерьёзных — не надо.
18. «

    ... Во всей трагедии и комедии жизни <...> страдание и удовольствие смешаны друг с другом.

    ... Во всей трагедии и комедии жизни <...> страдание и удовольствие смешаны друг с другом.
19. «

    Сокровенное учение гласит, что мы, люди, находимся как бы под стражей и не следует ни избавляться от нее своими силами, ни бежать, величественное, на мой взгляд, учение и очень глубокое. И вот что еще, Кебет, хорошо сказано, по-моему: о нас пекутся и заботятся боги, и потому мы, люди, часть божественного достояния.

    Сокровенное учение гласит, что мы, люди, находимся как бы под стражей и не следует ни избавляться от нее своими силами, ни бежать, величественное, на мой взгляд, учение и очень глубокое. И вот что еще, Кебет, хорошо сказано, по-моему: о нас пекутся и заботятся боги, и потому мы, люди, часть божественного достояния.

    — Сократ · книга
20. «

    Чтобы речь вышла хорошей, прекрасной, разве разум оратора не должен постичь истину того, о чем он собирается говорить?

    Чтобы речь вышла хорошей, прекрасной, разве разум оратора не должен постичь истину того, о чем он собирается говорить?