20 цитат Приста: от иронии до философии

Подборка из 20 цитат Приста: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   У всех людей множество лиц. Некоторые люди на виду у всех способны на храбрые поступки, чтобы впечатлить публику. Но возвращаясь домой, они становятся не смышлёным ребенком, нуждающимся в помощи и защите.

   У всех людей множество лиц. Некоторые люди на виду у всех способны на храбрые поступки, чтобы впечатлить публику. Но возвращаясь домой, они становятся не смышлёным ребенком, нуждающимся в помощи и защите.

   — Убить волка · книга
2. «

   Ну и ладно. Мы ведь вместе не до первого дождя. К тому же, у меня и так была дрянная репутация. Ты — мой. Поэтому, к добру или к худу, нам остаётся только держаться друг друга. Верно я рассуждаю?

   Ну и ладно. Мы ведь вместе не до первого дождя. К тому же, у меня и так была дрянная репутация. Ты — мой. Поэтому, к добру или к худу, нам остаётся только держаться друг друга. Верно я рассуждаю?

   — Вэнь Кэсин · книга
3. «

   В мире есть три типа людей: те, кто любит мясо; те, кто его не любит; и те, кому всё равно. Иногда первый тип людей рождается в бедности, а второй — в роскоши. Не забавно ли?

   В мире есть три типа людей: те, кто любит мясо; те, кто его не любит; и те, кому всё равно. Иногда первый тип людей рождается в бедности, а второй — в роскоши. Не забавно ли?

   — Вэнь Кэсин · книга
4. «

   — Вэнь-сюну тоже интересно воочию увидеть дорогу в преисподнюю?

   — Вэнь-сюну тоже интересно воочию увидеть дорогу в преисподнюю?

   — Чжоу Цзышу · книга
5. «

   Холодные слёзы льют осень над умирающим маковым деревом. Сквозь покрывало тонкое для ночной прохлады ускользает время. Я хочу с тобой пройти жизнь и смерть. Досадно, что встретились мы так поздно, слишком поздно.

   Холодные слёзы льют осень над умирающим маковым деревом. Сквозь покрывало тонкое для ночной прохлады ускользает время. Я хочу с тобой пройти жизнь и смерть. Досадно, что встретились мы так поздно, слишком поздно.

   — Далёкие странники · книга
6. «

   Богатство и почет ждет тех, кто готов рискнуть.

   Богатство и почет ждет тех, кто готов рискнуть.

   — Гу Юнь · книга
7. «

   Чжоу Цзышу вдруг показалось ужасно забавным, что прохожие на улице спешили куда-то, словно в погоне за смертью, тогда как он — человек, находящийся одной ногой в могиле — наконец-то перестал торопиться.

   Чжоу Цзышу вдруг показалось ужасно забавным, что прохожие на улице спешили куда-то, словно в погоне за смертью, тогда как он — человек, находящийся одной ногой в могиле — наконец-то перестал торопиться.

   — Чжоу Цзышу · книга
8. «

   Если ты проиграешь, я буду сопровождать тебя, неся позор в течение тысяч лет. Если ты умрешь, я последую за тобой в могилу.

   Если ты проиграешь, я буду сопровождать тебя, неся позор в течение тысяч лет. Если ты умрешь, я последую за тобой в могилу.

   — Чан Гэн · книга
9. «

   Я хочу, чтобы однажды страна процветала, у людей была работа, весь мир был стабильным, а моему генералу не пришлось бы защищать пограничные ворота ценой своей жизни. Я хочу быть похожим на мастера Фэн Ханя, борющегося за развязывание узла между императорской властью и Цзылюцзинем. Я надеюсь, что все машины, работающие на земле, будут работать на полях, что летящие в небе Воздушные Змеи будут заполнены обычными путешественниками, которые везут свои семьи домой, чтобы навестить родственников... Каждый сможет жить достойно.

   Я хочу, чтобы однажды страна процветала, у людей была работа, весь мир был стабильным, а моему генералу не пришлось бы защищать пограничные ворота ценой своей жизни. Я хочу быть похожим на мастера Фэн Ханя, борющегося за развязывание узла между императорской властью и Цзылюцзинем. Я надеюсь, что все машины, работающие на земле, будут работать на полях, что летящие в небе Воздушные Змеи будут заполнены обычными путешественниками, которые везут свои семьи домой, чтобы навестить родственников... Каждый сможет жить достойно.

   — Чан Гэн · книга
10. «

    Любовь моя, войди в мою дверь. Тебе ли не знать, как в разлуке мне грустно.

    Любовь моя, войди в мою дверь. Тебе ли не знать, как в разлуке мне грустно.

    — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
11. «

    — Папочка Сяо, если я пожертвую собой ради этой работы, Управление ведь возместит все необходимые расходы на похороны? Но перед этим не соизволите ли вы отдать мне мою кредитную карту?

    — Папочка Сяо, если я пожертвую собой ради этой работы, Управление ведь возместит все необходимые расходы на похороны? Но перед этим не соизволите ли вы отдать мне мою кредитную карту?

    — Сюань Цзи · книга
12. «

    У меня вообще нет никаких «финансов», откуда тут взяться «проблемам»?

    У меня вообще нет никаких «финансов», откуда тут взяться «проблемам»?

    — Сюань Цзи · книга
13. «

    Те, кто идет по пути самосовершенствования, преодолевают тысячи испытаний и сотни невзгод. Лишь те, кто пережил сотни ударов молнии, могут на что-то рассчитывать. С самого начала семейные отношения ничего не значат для них. В то время как дружба, возникшая на этом нелегком пути — действительно долговечна.

    Те, кто идет по пути самосовершенствования, преодолевают тысячи испытаний и сотни невзгод. Лишь те, кто пережил сотни ударов молнии, могут на что-то рассчитывать. С самого начала семейные отношения ничего не значат для них. В то время как дружба, возникшая на этом нелегком пути — действительно долговечна.

    — Вэнь Я · книга
14. «

    Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

    Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

    — Вэнь Кэсин · книга
15. «

    Подобно засохшей иве, я рухну под такой тяжестью, так как неизлечимо болен и долго не проживу. Вэнь-сюну придётся облюбовать другое дерево, чтобы повеситься. К счастью, на земле полно лесов.

    Подобно засохшей иве, я рухну под такой тяжестью, так как неизлечимо болен и долго не проживу. Вэнь-сюну придётся облюбовать другое дерево, чтобы повеситься. К счастью, на земле полно лесов.

    — Чжоу Цзышу · книга
16. «

    Лазурное небо спокойно, ни облачка нет на нем.

    Лазурное небо спокойно, ни облачка нет на нем.

    — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
17. «

    Убийство с последующим поджогом, должно быть, самый дьявольский способ вершить добрые дела.

    Убийство с последующим поджогом, должно быть, самый дьявольский способ вершить добрые дела.

    — Вэнь Кэсин · книга
18. «

    Чжоу Цзышу вздохнул. Слова «слишком поздно» не раз рассыпались едким пеплом на его собственных губах, превратившись в скорбный девиз всей жизни.

    Чжоу Цзышу вздохнул. Слова «слишком поздно» не раз рассыпались едким пеплом на его собственных губах, превратившись в скорбный девиз всей жизни.

    — Чжоу Цзышу · книга
19. «

    Чем сильнее человек, тем более робким он может быть, из-за постоянного страха рухнуть вниз.

    Чем сильнее человек, тем более робким он может быть, из-за постоянного страха рухнуть вниз.

    — Лю Яо: Возрождение клана Фуяо · книга
20. «

    Понимай они, что человеческие чувства могут подставить им подножку, не лучше ли было никогда не знать друг друга?

    Понимай они, что человеческие чувства могут подставить им подножку, не лучше ли было никогда не знать друг друга?

    — Топить в вине бушующее пламя печали · книга