Подборка · 51 цитата автора

51 цитата Протоиерея Димитрого Смирнова — читать онлайн

Протоиерей Димитрий Смирнов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 51 цитата: коротко, точно, без воды.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 49 50 52 все варианты

Муж — это кто питает и греет семью. А если колотит — это вообще не муж. Это грязное, подлое, трусливое животное. Ну, с животным разве вообще можно жить? Регистрировать брак. Кому нравится — то пожалуйста, я же не могу ничего сказать. Но с точки зрения Евангелия — я не знаю. Брак — что такое брак? Брак — это школа любви. Какая тут любовь, если муж не любит свою жену? Если хочешь кого-то отлупить — узнай, где размещается спецназ МВД, и там подходишь — и часовому в роговой отсек. И дальше уже смотри, что с тобой будет. Вот и всё, чего жену — то бить, которая и ростом меньше, и вес у неё меньше, и силы меньше. Раз жену бьёт — значит, трус поганый.
Муж — это кто питает и греет семью. А если колотит — это вообще не муж. Это грязное, подлое, трусливое животное. Ну, с животным разве вообще можно жить? Регистрировать брак. Кому нравится — то пожалуйста, я же не могу ничего сказать. Но с точки зрения Евангелия — я не знаю. Брак — что такое брак? Брак — это школа любви. Какая тут любовь, если муж не любит свою жену? Если хочешь кого-то отлупить — узнай, где размещается спецназ МВД, и там подходишь — и часовому в роговой отсек. И дальше уже смотри, что с тобой будет. Вот и всё, чего жену — то бить, которая и ростом меньше, и вес у неё меньше, и силы меньше. Раз жену бьёт — значит, трус поганый.
Поздравляю всех с праздником. Наступает седмица, которую издревле назвали Масленицей, потому что начиная с понедельника уже не вкушаем мясной пищи. Это первый шаг в пост. И вот что нам мир будет предлагать: жечь какие-то идиотские чучела, так называемые фольклорные фальшивые праздники, которые совершенно не имеют никакого отношения к этой седмице. А эта седмица – воспоминание о Страшном суде по Евангелию, которое мы сегодня читали. И всю эту седмицу читают Евангелие Страстей Господних. Вот каким размышлениям должен предаваться сын Божий и христианин, а отнюдь не безумному веселью с обжорством, чтобы наесться на сорок дней вперёд. Совсем нет, наоборот, это время дано, чтобы уже начать подготовку к Великому посту, время покаяния, очищения души, упражнения в подвиге христианском. Вот это нам надо стараться не забывать. То есть проводить это время по-христиански.
Поздравляю всех с праздником. Наступает седмица, которую издревле назвали Масленицей, потому что начиная с понедельника уже не вкушаем мясной пищи. Это первый шаг в пост. И вот что нам мир будет предлагать: жечь какие-то идиотские чучела, так называемые фольклорные фальшивые праздники, которые совершенно не имеют никакого отношения к этой седмице. А эта седмица – воспоминание о Страшном суде по Евангелию, которое мы сегодня читали. И всю эту седмицу читают Евангелие Страстей Господних. Вот каким размышлениям должен предаваться сын Божий и христианин, а отнюдь не безумному веселью с обжорством, чтобы наесться на сорок дней вперёд. Совсем нет, наоборот, это время дано, чтобы уже начать подготовку к Великому посту, время покаяния, очищения души, упражнения в подвиге христианском. Вот это нам надо стараться не забывать. То есть проводить это время по-христиански.
Чтобы искать Бога, не надо куда-то ездить, к чему-то прикладываться, чего-то особенного читать, чем-то намазываться, или во что-то окунаться, или с кем-то очень великим беседовать.
Когда мы видим добрых и воспитанных детей, то невольно радуемся за их родителей и немножко им завидуем, потому что наши детки часто не таковы.
Христианство — это не про то, какими должны быть окружающие тебя люди. Христианство — это про то, каким должен быть ты, независимо от того, какие люди тебя окружают.
Если ты хочешь быть христианином, то мало крестик на себя надеть, мало правило читать, мало пост соблюдать, мало стремиться причащаться. Надо, чтобы это приносило какой-то очень важный плод.
Современный родитель: «Отстань, уйди. Я устал. Иди к бабушке. Пусть тебе папа почитает». Ну, и так далее. Ребеночек ходит, тыкается, бедный. Потом замыкается в себе. А потом вырастает садюгой. Сначала кошку мучает, потом у черепахи лапы отрывает. А потом начинает людей кромсать. Все. Ну, садист, убить надо его. А в чем причина-то? А причина в том, что взрослые его таким сделали. Он уже опасен, как зверь. Его надо изолировать. Почему ребенок уходит из дома? Живет в каком-то вонючем подвале. Потому, что он там встречает людей, своих сверстников, которые с ним гораздо более ласковы. Кому он нужен. Реально нужен. Более того, они проявляют к нему интерес. А мы: главное, чтобы чистота была. И все на ней помешаны. Ну, вот как любое начальство приехало на приход. Что смотрят? Купола, иконостас. А как за одно посещение оценить деятельность прихода? Ну, только по каким-то внешним параметрам. А людей — вот, спроси прихожан-то. Вот, приходят — там женщина в слезах. Ну, что ей нужно, ей нужны купола, что ли? Ей нужно христианское отношение. Ну, хорошо, когда купола. Они же, собственно, никому не мешают. Но не это главное. Если бы это было главное, Христос бы сказал: «Надо купола... Без куполов, нам никуда». А вот, все-таки Он говорил о других вещах. По-этому все это нужно. Но как уже некое такое дополнение. От щедрости души. Ведь не обязательно же в тряпье ходить! Можно же и хорошо одеться, и быть причесанным. Но это никому не нужно реально. А реально нужна любовь, забота, участие в твоей жизни, помощь, может быть, совет. А может быть, даже за кого-то чего-то и сделать. И чем-то поделиться.
Современный родитель: «Отстань, уйди. Я устал. Иди к бабушке. Пусть тебе папа почитает». Ну, и так далее. Ребеночек ходит, тыкается, бедный. Потом замыкается в себе. А потом вырастает садюгой. Сначала кошку мучает, потом у черепахи лапы отрывает. А потом начинает людей кромсать. Все. Ну, садист, убить надо его. А в чем причина-то? А причина в том, что взрослые его таким сделали. Он уже опасен, как зверь. Его надо изолировать. Почему ребенок уходит из дома? Живет в каком-то вонючем подвале. Потому, что он там встречает людей, своих сверстников, которые с ним гораздо более ласковы. Кому он нужен. Реально нужен. Более того, они проявляют к нему интерес. А мы: главное, чтобы чистота была. И все на ней помешаны. Ну, вот как любое начальство приехало на приход. Что смотрят? Купола, иконостас. А как за одно посещение оценить деятельность прихода? Ну, только по каким-то внешним параметрам. А людей — вот, спроси прихожан-то. Вот, приходят — там женщина в слезах. Ну, что ей нужно, ей нужны купола, что ли? Ей нужно христианское отношение. Ну, хорошо, когда купола. Они же, собственно, никому не мешают. Но не это главное. Если бы это было главное, Христос бы сказал: «Надо купола... Без куполов, нам никуда». А вот, все-таки Он говорил о других вещах. По-этому все это нужно. Но как уже некое такое дополнение. От щедрости души. Ведь не обязательно же в тряпье ходить! Можно же и хорошо одеться, и быть причесанным. Но это никому не нужно реально. А реально нужна любовь, забота, участие в твоей жизни, помощь, может быть, совет. А может быть, даже за кого-то чего-то и сделать. И чем-то поделиться.
По определению, патриотизм — это любовь к своей Родине, любовь к своей религии, любовь к своему народу, своей истории, к своей культуре. <...> Настоящий патриот не может ненавидеть чужое. Он может что-то недопонимать. Ему может что-то не нравиться. Но ненавидеть?! Нет. Патриотизм — это любовь.
По определению, патриотизм — это любовь к своей Родине, любовь к своей религии, любовь к своему народу, своей истории, к своей культуре. <...> Настоящий патриот не может ненавидеть чужое. Он может что-то недопонимать. Ему может что-то не нравиться. Но ненавидеть?! Нет. Патриотизм — это любовь.
Да, храмы переполнены... Но от этого пользы мало, шума только много: придут, потолкаются, свечей пуд сожгут, денег навалят, но толку — то что? Богу — то не свечки нужны, не деньги, а сердце наше, умягченное кротостью, смирением, терпением. Вот что нужно Богу. Ему нужна тишина души, мир с ближними своими.
Да, храмы переполнены... Но от этого пользы мало, шума только много: придут, потолкаются, свечей пуд сожгут, денег навалят, но толку — то что? Богу — то не свечки нужны, не деньги, а сердце наше, умягченное кротостью, смирением, терпением. Вот что нужно Богу. Ему нужна тишина души, мир с ближними своими.
Я недавно говорил с одной женщиной, она во чреве убила своего ребёнка. Я говорю: «Вам уже не 15 лет, взрослая женщина, 40 лет, какие у Вас были мотивы, чтобы разрезать на куски и бросить в кювет Вашего ребёнка? Представьте себе: Вам 60, уже внуков была бы целая куча, а тут 20-летний прекрасный сын». Она говорит: «Ну понимаете, как-то стыдно, что мне 40 лет, я буду беременная с животом ходить». Мотив. Убить ребёнка не стыдно, а стыдно ходить с пузом. Что у человека в голове? Убийство – это ладно, забыли-проехали, а вот что люди скажут! Какие люди? Что, в метро будут пальцем показывать? В голове у человека творится часто незнамо что. Готов человек пойти на страшное преступление, которое невозможно исправить, из-за того что он предполагает, что люди скажут. Я за 30 лет священства второй раз в жизни встречаюсь с этим, одну, первую, тогда, много лет назад, удалось как-то остановить, и сейчас парню уже 30 лет как раз. Она тоже из этих соображений: «Ну что, я уже старая», хотя ей ещё даже 40 не исполнилось. Когда она к нам приходит, я всегда о нём вспоминанию, что удалось. Но она всё-таки в храм ходила постоянно, а эту-то вообще первый раз видел. Поэтому зависимость у людей у всех очень большая, такое человекоугодие. Господь часто не объясняет. И некоторые люди ломают голову: вот за какой грех мне вот это или это. Какая разница? Ведь не в юридизме дело: за такой грех 5 лет, за такой 7. Не в этом. Просто грех имеет свои последствия. Вот это главное, что человек должен знать, а какое, за какое – это не всегда даже можно понять. И это не важно. Некоторые люди ломают голову: вот за какой грех мне вот это или это. Грех имеет свои последствия. Вот это главное, что человек должен знать, а какое, за какое – это не всегда даже можно понять.
Я недавно говорил с одной женщиной, она во чреве убила своего ребёнка. Я говорю: «Вам уже не 15 лет, взрослая женщина, 40 лет, какие у Вас были мотивы, чтобы разрезать на куски и бросить в кювет Вашего ребёнка? Представьте себе: Вам 60, уже внуков была бы целая куча, а тут 20-летний прекрасный сын». Она говорит: «Ну понимаете, как-то стыдно, что мне 40 лет, я буду беременная с животом ходить». Мотив. Убить ребёнка не стыдно, а стыдно ходить с пузом. Что у человека в голове? Убийство – это ладно, забыли-проехали, а вот что люди скажут! Какие люди? Что, в метро будут пальцем показывать? В голове у человека творится часто незнамо что. Готов человек пойти на страшное преступление, которое невозможно исправить, из-за того что он предполагает, что люди скажут. Я за 30 лет священства второй раз в жизни встречаюсь с этим, одну, первую, тогда, много лет назад, удалось как-то остановить, и сейчас парню уже 30 лет как раз. Она тоже из этих соображений: «Ну что, я уже старая», хотя ей ещё даже 40 не исполнилось. Когда она к нам приходит, я всегда о нём вспоминанию, что удалось. Но она всё-таки в храм ходила постоянно, а эту-то вообще первый раз видел. Поэтому зависимость у людей у всех очень большая, такое человекоугодие. Господь часто не объясняет. И некоторые люди ломают голову: вот за какой грех мне вот это или это. Какая разница? Ведь не в юридизме дело: за такой грех 5 лет, за такой 7. Не в этом. Просто грех имеет свои последствия. Вот это главное, что человек должен знать, а какое, за какое – это не всегда даже можно понять. И это не важно. Некоторые люди ломают голову: вот за какой грех мне вот это или это. Грех имеет свои последствия. Вот это главное, что человек должен знать, а какое, за какое – это не всегда даже можно понять.
Есть чиновники, которые ходят в храмы каждое воскресенье. Но что значит — ходить в храм? В храмы и воробьи залетают, и мыши бывают, и даже кота я видел. Зайти в храм и даже помолиться еще не значит стать христианином. Это только начало. Человека надо учить. Учить любви к ближнему. Вот толстый, сутулый, дурно пахнущий, пьяный человек. Как его любить? Как самого себя. Бывает, что я сам себе противен, но я же не прошу Господа, чтобы мне утюг горячий с пятого этажа на голову упал... Себя же любишь. Долог путь покаяния и понимания человека, что роль его в этом мире служебная. Учить надо. В Церкви. И в семье, конечно. Патриотизм — это ведь такое же чувство любви, как любовь к папе, маме, младшей сестренке.
Есть чиновники, которые ходят в храмы каждое воскресенье. Но что значит — ходить в храм? В храмы и воробьи залетают, и мыши бывают, и даже кота я видел. Зайти в храм и даже помолиться еще не значит стать христианином. Это только начало. Человека надо учить. Учить любви к ближнему. Вот толстый, сутулый, дурно пахнущий, пьяный человек. Как его любить? Как самого себя. Бывает, что я сам себе противен, но я же не прошу Господа, чтобы мне утюг горячий с пятого этажа на голову упал... Себя же любишь. Долог путь покаяния и понимания человека, что роль его в этом мире служебная. Учить надо. В Церкви. И в семье, конечно. Патриотизм — это ведь такое же чувство любви, как любовь к папе, маме, младшей сестренке.
Мы ведь даже простить никого не можем: чуть нас зацепи, и мы готовы уже слезы лить, что вот он мне там что-то сказал, что-то подумал, как-то посмотрел. Ну а ты прости его, прости, ведь Господь этого требует: «И остави нам долги наши, яко же и мы оставляем должником нашим». Он против тебя прегрешил? Да, он не прав, он нехорошо сделал. Ну так ты его прости, будь великодушен, как Бог, Который прощает тебе миллионы грехов. Тебя же за твои грехи не положено к храму пускать на пушечный выстрел, а ты каждое воскресенье здесь блаженствуешь. Господь тебя прощает, а ты не можешь такую малость простить. Нету ни благородства, ни благодушия, ничего! Сердце каменное, против ближнего каждое лыко в строку.
Мы ведь даже простить никого не можем: чуть нас зацепи, и мы готовы уже слезы лить, что вот он мне там что-то сказал, что-то подумал, как-то посмотрел. Ну а ты прости его, прости, ведь Господь этого требует: «И остави нам долги наши, яко же и мы оставляем должником нашим». Он против тебя прегрешил? Да, он не прав, он нехорошо сделал. Ну так ты его прости, будь великодушен, как Бог, Который прощает тебе миллионы грехов. Тебя же за твои грехи не положено к храму пускать на пушечный выстрел, а ты каждое воскресенье здесь блаженствуешь. Господь тебя прощает, а ты не можешь такую малость простить. Нету ни благородства, ни благодушия, ничего! Сердце каменное, против ближнего каждое лыко в строку.
Древние говорили, что каждый ближний наш – это врата в Царствие Божие.
Брак – это не борьба за то, кто окажется первым, будет другим распоряжаться и командовать, как это обычно происходит, а, наоборот, брак – это соревнование, кто кому больше послужит и кто принесет другому больше жертв.
«Большинство людей крещёных, ходящих в церковь, они даже не являются христианами.
Господь дал человеку семью для чего? Для того, чтобы семья привела его в Царствие Небесное. Семья — это школа любви.
Нет такой гадости на свете, которую бы Англия для нас бы не устроила.
Без Бога мы потеряны и одиноки
Храм не строй, а сироту пристрой.
Мудрость Божия нас исцеляет, а наше маловерие мешает нам излечиться духовно. Мы можем только смиряться перед тем, что Господь нам дает, и радоваться тому благу и тем наказаниям, которые Он посылает, потому что через это Он нас учит Царствию Небесному. Но мы Ему не верим – мы не верим, что нельзя грубить, и поэтому грубим; не верим, что нельзя раздражаться, и раздражаемся; мы не верим, что нельзя завидовать, и часто кладем глаз на чужое и завидуем благополучию других людей. А некоторые дерзают завидовать и духовным дарованиям от Бога – это вообще грех страшный, потому что каждый от Бога получает то, что он может понести. Неверие – это удел не только людей, которые отрицают Бога; оно глубоко проникает и в нашу жизнь. Поэтому мы часто пребываем в унынии, в панике, не знаем, что нам делать; нас душат слезы, но это не слезы покаяния, они не очищают нас от греха – это слезы отчаяния, потому что мы забываем, что Господь все видит; мы злимся, ропщем, негодуем...
Мудрость Божия нас исцеляет, а наше маловерие мешает нам излечиться духовно. Мы можем только смиряться перед тем, что Господь нам дает, и радоваться тому благу и тем наказаниям, которые Он посылает, потому что через это Он нас учит Царствию Небесному. Но мы Ему не верим – мы не верим, что нельзя грубить, и поэтому грубим; не верим, что нельзя раздражаться, и раздражаемся; мы не верим, что нельзя завидовать, и часто кладем глаз на чужое и завидуем благополучию других людей. А некоторые дерзают завидовать и духовным дарованиям от Бога – это вообще грех страшный, потому что каждый от Бога получает то, что он может понести. Неверие – это удел не только людей, которые отрицают Бога; оно глубоко проникает и в нашу жизнь. Поэтому мы часто пребываем в унынии, в панике, не знаем, что нам делать; нас душат слезы, но это не слезы покаяния, они не очищают нас от греха – это слезы отчаяния, потому что мы забываем, что Господь все видит; мы злимся, ропщем, негодуем...

20 из 51