731 фраза Рэя Брэдбери для статуса

Ниже 731 цитата Рэя Брэдбери — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я пуст... вывернул душу наизнанку.

   Я пуст... вывернул душу наизнанку.

   — Где-то играет оркестр · книга
2. «

   Всю ночь в спальне было прохладно, будто в роднике, а она, как белый камушек, лежала на дне, ей нравилось это чувство — приятно было плыть сквозь темную, но прозрачную стихию из снов и яви.

   Всю ночь в спальне было прохладно, будто в роднике, а она, как белый камушек, лежала на дне, ей нравилось это чувство — приятно было плыть сквозь темную, но прозрачную стихию из снов и яви.

   — В мгновение ока: Рассказы · книга
3. «

   Годы — вот где легче всего спрятаться.

   Годы — вот где легче всего спрятаться.

   — Давайте все убьём Констанцию · книга
4. «

   Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам...

   Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам...

   — Вино из одуванчиков · книга
5. «

   Лекарство иных времен, бальзам из солнечных лучей и праздного августовского полудня, едва слышный стук колес тележки с мороженным, что катится по мощенным улицам, шорох серебристого фейерверка, что рассыпается высоко в небе, и шелест срезанной травы, фонтаном бьющей из под косилки, что движется по лугам, по муравьиному царству, — все это, все — в одном стакане!

   Лекарство иных времен, бальзам из солнечных лучей и праздного августовского полудня, едва слышный стук колес тележки с мороженным, что катится по мощенным улицам, шорох серебристого фейерверка, что рассыпается высоко в небе, и шелест срезанной травы, фонтаном бьющей из под косилки, что движется по лугам, по муравьиному царству, — все это, все — в одном стакане!

   — Вино из одуванчиков · книга
6. «

   Скажите, вы когда-нибудь обращали внимание, как вон там, по бульварам, мчатся ракетные автомобили? <...> Мне иногда кажется, что те, кто на них ездит, просто не знают, что такое трава или цветы. Они ведь никогда их не видят иначе, как на большой скорости, — продолжала она. — Покажите им зеленое пятно, и они скажут: ага, это трава! Покажите розовое — они скажут: а, это розарий! Белые пятна — дома, коричневые — коровы. Однажды мой дядя попробовал проехаться по шоссе со скоростью не более сорока миль в час. Его арестовали и посадили на два дня в тюрьму. Смешно, правда? И грустно.

   Скажите, вы когда-нибудь обращали внимание, как вон там, по бульварам, мчатся ракетные автомобили? <...> Мне иногда кажется, что те, кто на них ездит, просто не знают, что такое трава или цветы. Они ведь никогда их не видят иначе, как на большой скорости, — продолжала она. — Покажите им зеленое пятно, и они скажут: ага, это трава! Покажите розовое — они скажут: а, это розарий! Белые пятна — дома, коричневые — коровы. Однажды мой дядя попробовал проехаться по шоссе со скоростью не более сорока миль в час. Его арестовали и посадили на два дня в тюрьму. Смешно, правда? И грустно.

   — Кларисса Маклеллан · книга
7. «

   – Мама… – начал он медленно и несмело. – А что такое умереть? Ты всё время об этом говоришь. Это такое чувство? – Для тех, кто потом остаётся жить, это плохое чувство.

   – Мама… – начал он медленно и несмело. – А что такое умереть? Ты всё время об этом говоришь. Это такое чувство? – Для тех, кто потом остаётся жить, это плохое чувство.

   — Попрыгунчик в шкатулке · книга
8. «

   ...она сказала им всё, а теперь пусть думают, что это глупо или смешно.

   ...она сказала им всё, а теперь пусть думают, что это глупо или смешно.

   — Пришло время дождей · книга
9. «

   Из пепла и праха, из пыли и золы восстанут, будто золотистые саламандры, старые годы, зелёные годы, розы усладят воздух, седые волосы станут чёрными, исчезнут морщины и складки, все и вся повернёт вспять и станет семенем, от смерти ринется к своему истоку, солнца будут всходить на западе и погружаться в зарево востока, луны будут убывать с другого конца, все и вся уподобится цыплёнку, прячущемуся в яйцо, кроликам, ныряющим в шляпу фокусника, все и вся познает новую смерть, смерть семени, зелёную смерть, возвращения в пору, предшествующую зачатию. И это будет сделано одним лишь движением руки…

   Из пепла и праха, из пыли и золы восстанут, будто золотистые саламандры, старые годы, зелёные годы, розы усладят воздух, седые волосы станут чёрными, исчезнут морщины и складки, все и вся повернёт вспять и станет семенем, от смерти ринется к своему истоку, солнца будут всходить на западе и погружаться в зарево востока, луны будут убывать с другого конца, все и вся уподобится цыплёнку, прячущемуся в яйцо, кроликам, ныряющим в шляпу фокусника, все и вся познает новую смерть, смерть семени, зелёную смерть, возвращения в пору, предшествующую зачатию. И это будет сделано одним лишь движением руки…

   — И грянул гром · книга
10. «

    Жизнь превращается в сплошную карусель, Монтег. Всё визжит, кричит, грохает!

    Жизнь превращается в сплошную карусель, Монтег. Всё визжит, кричит, грохает!

    — 451 градус по Фаренгейту · книга
11. «

    Ему понадобилось полдня, чтобы на такое решиться, пять минут, чтобы это провернуть, и остаток дня, чтобы успокоиться и забыть содеянное.

    Ему понадобилось полдня, чтобы на такое решиться, пять минут, чтобы это провернуть, и остаток дня, чтобы успокоиться и забыть содеянное.

    — Мы - плотники незримого собора · книга
12. «

    Мне тошно писать то, что сейчас читают.

    Мне тошно писать то, что сейчас читают.
13. «

    И пусть искусство не может, как бы нам этого ни хотелось, спасти нас от войн и лишений, зависти, жадности, старости или смерти, оно может хотя бы придать нам сил.

    И пусть искусство не может, как бы нам этого ни хотелось, спасти нас от войн и лишений, зависти, жадности, старости или смерти, оно может хотя бы придать нам сил.

    — Дзен в искусстве написания книг · книга
14. «

    И там, в теплом свете лампы, они увидели то, что хотел им показать Лео Ауфман. В столовой за маленьким столиком Саул и Маршалл играли в шахматы. Ребекка накрывала стол к ужину. Ноэми вырезала из бумаги платья для своих кукол. Рут рисовала акварелью. Джозеф пускал по рельсам заводной паровоз. Дверь в кухню была открыта: там, в облаке пара, Лина Ауфман вынимала из духовки дымящуюся кастрюлю с жарким. Все руки, все лица жили и двигались. Из за стекол чуть слышно доносились голоса. Кто то звонко распевал песню. Пахло свежим хлебом, и ясно было, что это – самый настоящий хлеб, который сейчас намажут настоящим маслом. Тут было все, что надо, и все это – живое, неподдельное.

    И там, в теплом свете лампы, они увидели то, что хотел им показать Лео Ауфман. В столовой за маленьким столиком Саул и Маршалл играли в шахматы. Ребекка накрывала стол к ужину. Ноэми вырезала из бумаги платья для своих кукол. Рут рисовала акварелью. Джозеф пускал по рельсам заводной паровоз. Дверь в кухню была открыта: там, в облаке пара, Лина Ауфман вынимала из духовки дымящуюся кастрюлю с жарким. Все руки, все лица жили и двигались. Из за стекол чуть слышно доносились голоса. Кто то звонко распевал песню. Пахло свежим хлебом, и ясно было, что это – самый настоящий хлеб, который сейчас намажут настоящим маслом. Тут было все, что надо, и все это – живое, неподдельное.

    — Вино из одуванчиков · книга
15. «

    — Скажите ему, его сестра в аду, причем дважды, пусть пришлет святой воды. Ну, проваливайте! У меня своих дел полно. — Каких примерно? — Сблевать.

    — Скажите ему, его сестра в аду, причем дважды, пусть пришлет святой воды. Ну, проваливайте! У меня своих дел полно. — Каких примерно? — Сблевать.

    — Давайте все убьём Констанцию · книга
16. «

    Взрослые и дети — два разных народа, вот почему они всегда воюют между собой. Смотрите, они совсем не такие, как мы. Смотрите, мы совсем не такие, как они.

    Взрослые и дети — два разных народа, вот почему они всегда воюют между собой. Смотрите, они совсем не такие, как мы. Смотрите, мы совсем не такие, как они.

    — Вино из одуванчиков · книга
17. «

    Она все время глядела вперед, что-то высматривая, но не могла разглядеть и обернулась к мужу; в его глазах она увидела отражение того, что впереди, а он к этому отражению добавил что-то от самого себя, свою твердую решимость, и напряжение спало с ее лица, она снова повернулась вперед, теперь уже спокойно, зная, чего ей искать.

    Она все время глядела вперед, что-то высматривая, но не могла разглядеть и обернулась к мужу; в его глазах она увидела отражение того, что впереди, а он к этому отражению добавил что-то от самого себя, свою твердую решимость, и напряжение спало с ее лица, она снова повернулась вперед, теперь уже спокойно, зная, чего ей искать.

    — Марсианские хроники · книга
18. «

    С женщинами всегда так: выходят замуж и берут себе чужое имя, чтобы исчезнуть без следа.

    С женщинами всегда так: выходят замуж и берут себе чужое имя, чтобы исчезнуть без следа.

    — Вождение вслепую · книга
19. «

    Господи, да все мы так делаем! Мы спотыкаемся о стул и проклинаем его, а не нашу неловкость. Если мы промазали, играя в гольф, то ругаем клюшку, мячик, неровную площадку. Или неприятности в бизнесе, мы обвиняем бога, погоду, судьбу, но только не самих себя.

    Господи, да все мы так делаем! Мы спотыкаемся о стул и проклинаем его, а не нашу неловкость. Если мы промазали, играя в гольф, то ругаем клюшку, мячик, неровную площадку. Или неприятности в бизнесе, мы обвиняем бога, погоду, судьбу, но только не самих себя.

    — Маленький убийца (Крошка-убийца) · книга
20. «

    — А вы когда-нибудь читаете книги, которые сжигаете? Он рассмеялся. — Это карается законом. — Да-а… Конечно. — Это неплохая работа. В понедельник жечь книги Эдны Миллей, в среду — Уитмена, в пятницу — Фолкнера. Сжигать в пепел, затем сжечь даже пепел. Таков наш профессиональный девиз.

    — А вы когда-нибудь читаете книги, которые сжигаете? Он рассмеялся. — Это карается законом. — Да-а… Конечно. — Это неплохая работа. В понедельник жечь книги Эдны Миллей, в среду — Уитмена, в пятницу — Фолкнера. Сжигать в пепел, затем сжечь даже пепел. Таков наш профессиональный девиз.

    — Кларисса Маклеллан · книга