31 цитата Рика Риордана — коротко и по делу

Рик Риордан — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   В самом деле? Я сын Аида, Джейсон. Люди относятся ко мне как к отбросу общества. Я никогда не стану ни частью греческого, ни частью римского лагеря. Я даже не из этого века. Этого достаточно, чтобы пренебречь мной.

   В самом деле? Я сын Аида, Джейсон. Люди относятся ко мне как к отбросу общества. Я никогда не стану ни частью греческого, ни частью римского лагеря. Я даже не из этого века. Этого достаточно, чтобы пренебречь мной.

   — Нико ди Анжело · книга
2. «

   Быть героем вовсе не значит быть непобедимым. Это лишь значит, что ты достаточно храбр, чтобы встать и делать то, что нужно.

   Быть героем вовсе не значит быть непобедимым. Это лишь значит, что ты достаточно храбр, чтобы встать и делать то, что нужно.

   — Пайпер Маклин · книга
3. «

   Не все силы имеют видимое проявление.

   Не все силы имеют видимое проявление.

   — Гестия · книга
4. «

   Не стоит бояться ничего, кроме самого страха.

   Не стоит бояться ничего, кроме самого страха.

   — Фобос · книга
5. «

   — Ух ты! — пробормотала Талия. — Аполлон жжет! — Он же бог солнца, — сказал я. — Да я не об этом.

   — Ух ты! — пробормотала Талия. — Аполлон жжет! — Он же бог солнца, — сказал я. — Да я не об этом.

   — Талия · книга
6. «

   — Привет, — прохрипел Джейсон. Пайпер так испугалась, что уронила нож. — Ты проснулся! — Нечего так удивляться, — Джейсон дотронулся до перевязанного лба и нахмурился. — Что...что случилось? Я помню взрывы и... — Ты помнишь, кто я? Джейсон попытался рассмеяться, но поморщился от боли. — Когда я последний раз проверял, ты была моей шикарной девушкой Пайпер. Или что-то изменилось, пока меня не было? Пайпер испытала такое облегчение, что чуть не разрыдалась.

   — Привет, — прохрипел Джейсон. Пайпер так испугалась, что уронила нож. — Ты проснулся! — Нечего так удивляться, — Джейсон дотронулся до перевязанного лба и нахмурился. — Что...что случилось? Я помню взрывы и... — Ты помнишь, кто я? Джейсон попытался рассмеяться, но поморщился от боли. — Когда я последний раз проверял, ты была моей шикарной девушкой Пайпер. Или что-то изменилось, пока меня не было? Пайпер испытала такое облегчение, что чуть не разрыдалась.

   — Джейсон Грейс · книга
7. «

   Порой люди бывают ужаснее чудовищ.

   Порой люди бывают ужаснее чудовищ.

   — Перси Джексон и похититель молний · книга
8. «

   — В другой раз Афина и Посейдон состязались — кому быть покровителем Афин. В качестве дара твой папа открыл какой-то там источник соленой воды, а моя мама вырастила оливковое дерево. Люди увидели, что ее дар лучше, вот и назвали город в ее честь. — Наверное, просто потому, что они любили оливки. — Отвяжись. — Вот если бы она изобрела пиццу — это я понимаю!

   — В другой раз Афина и Посейдон состязались — кому быть покровителем Афин. В качестве дара твой папа открыл какой-то там источник соленой воды, а моя мама вырастила оливковое дерево. Люди увидели, что ее дар лучше, вот и назвали город в ее честь. — Наверное, просто потому, что они любили оливки. — Отвяжись. — Вот если бы она изобрела пиццу — это я понимаю!

   — Перси Джексон · книга
9. «

   — Ты здорово орудуешь этим ножом! — восхитился я. — Думаешь? — Любой, кто сумел проехаться верхом на фурии, молодец, по-моему.

   — Ты здорово орудуешь этим ножом! — восхитился я. — Думаешь? — Любой, кто сумел проехаться верхом на фурии, молодец, по-моему.

   — Перси Джексон и похититель молний · книга
10. «

    Надежда не уходит, не получив разрешения.

    Надежда не уходит, не получив разрешения.

    — Перси Джексон и последнее пророчество · книга
11. «

    – Мы служим тем, кто в горечи и побежден, – сказали араи. – Мы служим всем убитым, кто последним вздохом взывает к нам о мщении. Сколько проклятий мы готовы разделить с вами! <...> – Я ценю ваше щедрое предложение, – сказал Перси. – Но мама наказала не соглашаться на проклятия от незнакомцев.

    – Мы служим тем, кто в горечи и побежден, – сказали араи. – Мы служим всем убитым, кто последним вздохом взывает к нам о мщении. Сколько проклятий мы готовы разделить с вами! <...> – Я ценю ваше щедрое предложение, – сказал Перси. – Но мама наказала не соглашаться на проклятия от незнакомцев.

    — Перси Джексон · книга
12. «

    Вы наверняка слышали рассказы учителей о волшебном слове «пожалуйста». Так вот, это все ерунда. На самом деле волшебное слово — «тошнит». Никакое другое словечко не позволит тебе так легко выбраться из класса.

    Вы наверняка слышали рассказы учителей о волшебном слове «пожалуйста». Так вот, это все ерунда. На самом деле волшебное слово — «тошнит». Никакое другое словечко не позволит тебе так легко выбраться из класса.

    — Перси Джексон · книга
13. «

    — Очень сильные, — сказал Тайсон. — Потрясные! Высотой до неба. Такие могучие, что могли ломать горы! — Круто, — произнес я. — Если ты, конечно, не гора.

    — Очень сильные, — сказал Тайсон. — Потрясные! Высотой до неба. Такие могучие, что могли ломать горы! — Круто, — произнес я. — Если ты, конечно, не гора.

    — Тайсон · книга
14. «

    Стоявшие рядом полубоги расступились перед девушкой в полном римском вооружении и фиолетовой накидке. Темные волосы падали ей на плечи, а глаза были черные, как обсидиан. Рейна. Джейсон хорошо описал её. Даже без его помощи, Аннабет разглядела бы в ней лидера. Доспехи покрывали медали. Она держалась с такой смертоносной уверенностью, что все остальные полукровки пятились от нее назад и отводили взгляд. Аннабет заметила кое-что ещё в упрямом выражении лица, и в том, как на подняла подбородок, будто готова принять любой вызов. Рейна вынуждена была скрывать на публике смесь надежды, тревоги и страха за маской мужественности.

    Стоявшие рядом полубоги расступились перед девушкой в полном римском вооружении и фиолетовой накидке. Темные волосы падали ей на плечи, а глаза были черные, как обсидиан. Рейна. Джейсон хорошо описал её. Даже без его помощи, Аннабет разглядела бы в ней лидера. Доспехи покрывали медали. Она держалась с такой смертоносной уверенностью, что все остальные полукровки пятились от нее назад и отводили взгляд. Аннабет заметила кое-что ещё в упрямом выражении лица, и в том, как на подняла подбородок, будто готова принять любой вызов. Рейна вынуждена была скрывать на публике смесь надежды, тревоги и страха за маской мужественности.

    — Герои Олимпа. Метка Афины · книга
15. «

    Аннабет была слишком поражена, чтобы двигаться. Ей казалось, что если она подойдет ближе, все клетки ее тела воспламеняться. Он тайно нравился ей с двенадцати лет. Прошлым летом она серьёзно влюбилась в него. Они были счастливой парочкой в течение четырех месяцев... а потов он исчез. Во время их разлуки, что-то произошло с её чувствами. Они болезненно усилились, будто она была вынуждена отказаться от поддерживающего жизнь лекарства. Теперь она не знала, что мучительней — жить с этой пустотой или вновь быть с ним.

    Аннабет была слишком поражена, чтобы двигаться. Ей казалось, что если она подойдет ближе, все клетки ее тела воспламеняться. Он тайно нравился ей с двенадцати лет. Прошлым летом она серьёзно влюбилась в него. Они были счастливой парочкой в течение четырех месяцев... а потов он исчез. Во время их разлуки, что-то произошло с её чувствами. Они болезненно усилились, будто она была вынуждена отказаться от поддерживающего жизнь лекарства. Теперь она не знала, что мучительней — жить с этой пустотой или вновь быть с ним.

    — Герои Олимпа. Метка Афины · книга
16. «

    — Позвольте узнать ваше имя? — спросила она. Взгляд его темных глаз переместился на Пайпер. — Кекроп, первый и вечный царь Афин. Я приветствую вас в моём городе, — он поднял вверх закрытое блюдо. — Также я принёс кекс Бундт. Пайпер посмотрела на своих друзей. — Ловушка? — Возможно, — произнесла Аннабет. — Ну, по крайней мере, он принес десерт, — Перси улыбнулся змееподобным ребятам. — Добро пожаловать на борт!

    — Позвольте узнать ваше имя? — спросила она. Взгляд его темных глаз переместился на Пайпер. — Кекроп, первый и вечный царь Афин. Я приветствую вас в моём городе, — он поднял вверх закрытое блюдо. — Также я принёс кекс Бундт. Пайпер посмотрела на своих друзей. — Ловушка? — Возможно, — произнесла Аннабет. — Ну, по крайней мере, он принес десерт, — Перси улыбнулся змееподобным ребятам. — Добро пожаловать на борт!

    — Пайпер · книга
17. «

    Он улыбнулся, и в этот момент просто сидеть с ним на кухне было самым лучшим подарком на день рождения, какой я получал в своей жизни.

    Он улыбнулся, и в этот момент просто сидеть с ним на кухне было самым лучшим подарком на день рождения, какой я получал в своей жизни.

    — Перси Джексон · книга
18. «

    Каждый раз, стоило мелькнуть мысли о том, чтобы сдаться, позволить себе упасть и умереть, он протягивал руку и сжимал ладонь Аннабет, только чтобы напомнить себе, что в мире еще осталось тепло.

    Каждый раз, стоило мелькнуть мысли о том, чтобы сдаться, позволить себе упасть и умереть, он протягивал руку и сжимал ладонь Аннабет, только чтобы напомнить себе, что в мире еще осталось тепло.

    — Перси Джексон · книга
19. «

    У меня могло подняться настроение только оттого, что мама просто вошла в комнату. Глаза ее искрились и меняли цвет в зависимости от освещения. Улыбка согревала, как теплое стеганое одеяло в холодную ночь. В маминых длинных каштановых волосах появилось несколько седых прядей, но я никогда не считал ее старой. Когда мама смотрела на меня, казалось, что она видит во мне одно только хорошее.

    У меня могло подняться настроение только оттого, что мама просто вошла в комнату. Глаза ее искрились и меняли цвет в зависимости от освещения. Улыбка согревала, как теплое стеганое одеяло в холодную ночь. В маминых длинных каштановых волосах появилось несколько седых прядей, но я никогда не считал ее старой. Когда мама смотрела на меня, казалось, что она видит во мне одно только хорошее.

    — Перси Джексон · книга
20. «

    Победа должна быть настоящей, заслуженной. А значит — редкостной и труднодоступной, когда поражение является единственной другой возможностью.

    Победа должна быть настоящей, заслуженной. А значит — редкостной и труднодоступной, когда поражение является единственной другой возможностью.

    — Ника · книга