262 цитаты Роберта Музиля — читать онлайн

Подборка из 262 цитаты Роберта Музиля: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я рад встретить в вашем лице завсегдатая библиотеки; надо время от времени навещать дух в его собственном доме, но сегодня это стало редкостью среди людей с положением.

   Я рад встретить в вашем лице завсегдатая библиотеки; надо время от времени навещать дух в его собственном доме, но сегодня это стало редкостью среди людей с положением.

   — Арнгейм · книга
2. «

   В одной компании у него вышло с одним знакомым финансистом маленькое недоразумение, которое он хотел уладить с обычным блеском, но оказалось, что и среди штатских есть мужчины, умеющие постоять за женскую часть своей семьи. Финансист переговорил с военным министром, с которым был знаком лично, и в результате Ульрих имел долгую беседу со своим полковником, в которй ему, Ульриху была разъяснена разница между эрцгерцегом и простым офицером. С тех пор его больше не радовало ремесло воина.

   В одной компании у него вышло с одним знакомым финансистом маленькое недоразумение, которое он хотел уладить с обычным блеском, но оказалось, что и среди штатских есть мужчины, умеющие постоять за женскую часть своей семьи. Финансист переговорил с военным министром, с которым был знаком лично, и в результате Ульрих имел долгую беседу со своим полковником, в которй ему, Ульриху была разъяснена разница между эрцгерцегом и простым офицером. С тех пор его больше не радовало ремесло воина.

   — Человек без свойств · книга
3. «

   Единственное, что нужно в жизни, — это убежденность, что дело идет лучше, чем у соседа.

   Единственное, что нужно в жизни, — это убежденность, что дело идет лучше, чем у соседа.

   — Ульрих · книга
4. «

   Благодаря своему независимому богатству он стал центральной фигурой среди всех других патриотов.

   Благодаря своему независимому богатству он стал центральной фигурой среди всех других патриотов.

   — Человек без свойств · книга
5. «

   В этом братстве было, без сомнения, не больше любви друг к другу, чем желания отстраниться от остального мира.

   В этом братстве было, без сомнения, не больше любви друг к другу, чем желания отстраниться от остального мира.

   — Ульрих · книга
6. «

   Эта страна управлялась лучшей в Европе бюрократией, которую можно было упрекнуть за одну ошибку: гениальность и гениальную предприимчивость частных лиц, не привилегированных на то родовитостью или государственным заданием, она воспринимала как нескромность и наглость.

   Эта страна управлялась лучшей в Европе бюрократией, которую можно было упрекнуть за одну ошибку: гениальность и гениальную предприимчивость частных лиц, не привилегированных на то родовитостью или государственным заданием, она воспринимала как нескромность и наглость.

   — Человек без свойств · книга
7. «

   Люди живут на земле как предвестники будущего, и все их дела — это попытки и поиски, ибо любое дело может быть превзойдено следующим.

   Люди живут на земле как предвестники будущего, и все их дела — это попытки и поиски, ибо любое дело может быть превзойдено следующим.

   — Эмерсон · книга
8. «

   Нынешнее время полно надежд, нетерпеливо, неистово и злополучно; но Мессии, которого оно с надеждой ждет, пока еще не видать.

   Нынешнее время полно надежд, нетерпеливо, неистово и злополучно; но Мессии, которого оно с надеждой ждет, пока еще не видать.

   — молодость · книга
9. «

   Разве деньги — это не такой же надежный способ устройства человеческих отношений, как насилие, разве не позволяют они отказаться от его наивного применения? Это одухотворенное насилие, особая, гибкая, высокоразвитая и творческая форма насилия. Разве коммерция не зиждется на хитрости и принуждении, на сверхприбыли и эксплуатации, только они цивилизованы, перенесены целиком внутрь человека, даже, можно сказать, облечены в облик его свободы?

   Разве деньги — это не такой же надежный способ устройства человеческих отношений, как насилие, разве не позволяют они отказаться от его наивного применения? Это одухотворенное насилие, особая, гибкая, высокоразвитая и творческая форма насилия. Разве коммерция не зиждется на хитрости и принуждении, на сверхприбыли и эксплуатации, только они цивилизованы, перенесены целиком внутрь человека, даже, можно сказать, облечены в облик его свободы?

   — Арнгейм · книга
10. «

    Даже благородная собака ищет себе место под обеденным столом, не смущаясь тем, что ее пинают ногами, вовсе не из собачьей подлости, а из привязанности и верности, а люди холодного расчета не добиваются и половины того успеха в жизни, что души правильно смешанные, способные действительно любить людей и условия, которые приносят им выгоду.

    Даже благородная собака ищет себе место под обеденным столом, не смущаясь тем, что ее пинают ногами, вовсе не из собачьей подлости, а из привязанности и верности, а люди холодного расчета не добиваются и половины того успеха в жизни, что души правильно смешанные, способные действительно любить людей и условия, которые приносят им выгоду.

    — Человек без свойств · книга
11. «

    Великий Достоевский установил связь между любовью, идиотизмом и внутренней святостью.

    Великий Достоевский установил связь между любовью, идиотизмом и внутренней святостью.

    — Диотима · книга
12. «

    «Почему же мы не реалисты?» — спросил себя Ульрих. Они оба не были реалистами, ни он, ни она, в этом их мысли и действия давно уже не оставляли сомнений, но нигилистами и активистами они были, и порою одним, порою другим, как уж складывалось.

    «Почему же мы не реалисты?» — спросил себя Ульрих. Они оба не были реалистами, ни он, ни она, в этом их мысли и действия давно уже не оставляли сомнений, но нигилистами и активистами они были, и порою одним, порою другим, как уж складывалось.

    — Человек без свойств · книга
13. «

    Все дороги к уму ведут от души, но обратно не ведет ни одна.

    Все дороги к уму ведут от души, но обратно не ведет ни одна.

    — Арнгейм · книга
14. «

    Мировая история делается так же, как другие истории; то есть авторам редко приходит в голову что-нибудь новое, и, когда дело идет об интриге и об идеях, они списывают друг у друга вовсю.

    Мировая история делается так же, как другие истории; то есть авторам редко приходит в голову что-нибудь новое, и, когда дело идет об интриге и об идеях, они списывают друг у друга вовсю.

    — Человек без свойств · книга
15. «

    Ценность человека заключена в его воле или в его труде, во всяком случае, не в его чувствах и мыслях.

    Ценность человека заключена в его воле или в его труде, во всяком случае, не в его чувствах и мыслях.

    — Туцци · книга
16. «

    Хочется ведь еще, по возможности, самому принадлежать к силам, которые направляют поезд времени.

    Хочется ведь еще, по возможности, самому принадлежать к силам, которые направляют поезд времени.

    — Человек без свойств · книга
17. «

    — Но не могут же человеческие законы, возникшие тысячи лет назад, годиться для сегодняшних условий! — Они не так непригодны, как утверждают скептики, отрешенные от живого опыта и самопознания!

    — Но не могут же человеческие законы, возникшие тысячи лет назад, годиться для сегодняшних условий! — Они не так непригодны, как утверждают скептики, отрешенные от живого опыта и самопознания!

    — Агата · книга
18. «

    Я не верю в то, что зло сдерживается добром.

    Я не верю в то, что зло сдерживается добром.

    — Ульрих · книга
19. «

    Народ лишь тогда вправе считаться нацией, если он обладает собственной государственностью.

    Народ лишь тогда вправе считаться нацией, если он обладает собственной государственностью.

    — Граф Лейнсдорф · книга
20. «

    Многие из преуспевших в жизни людей начинали чистильщиками сапог и мойщиками посуды, в чем как раз и заключалась их сила, ибо нет ничего важнее, как с самого начала целиком отдаться делу.

    Многие из преуспевших в жизни людей начинали чистильщиками сапог и мойщиками посуды, в чем как раз и заключалась их сила, ибо нет ничего важнее, как с самого начала целиком отдаться делу.

    — Арнгейм · книга