86 цитат Ромена Гари о смысле жизни

Ниже 86 цитат Ромена Гари — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Кон чуть не плакал, но слёзы были единственной сферой, где он неукоснительно соблюдал обет воздержания.

   Кон чуть не плакал, но слёзы были единственной сферой, где он неукоснительно соблюдал обет воздержания.

   — Повинная голова · книга
2. «

   Странный этот вопрос: «На что ты живёшь?» Вам никогда его не задавали? Словно недостаточно просто жить, словно жизнь — дело не основное, а дополнительное, словно невозможно просто быть живым, а надо за это платить.

   Странный этот вопрос: «На что ты живёшь?» Вам никогда его не задавали? Словно недостаточно просто жить, словно жизнь — дело не основное, а дополнительное, словно невозможно просто быть живым, а надо за это платить.

   — Грек · книга
3. «

   Вся разница между мной и волком в том, — сказал Янек, — что я не вою. — Он вздохнул. — А хочется.

   Вся разница между мной и волком в том, — сказал Янек, — что я не вою. — Он вздохнул. — А хочется.

   — Ян (Янек) Твардовский · книга
4. «

   Или ты человек, или не человек. Но если ты всё-таки человек, то ты — это не только ты, а все люди живущие на Земле.

   Или ты человек, или не человек. Но если ты всё-таки человек, то ты — это не только ты, а все люди живущие на Земле.

   — Повинная голова · книга
5. «

   В любви, знаешь ли, самое главное — воображение. Нужно, чтобы каждый придумывал другого со всей силой своего воображения, не уступая реальности ни пяди; и вот тогда, когда два воображения встречаются... нет ничего прекраснее.

   В любви, знаешь ли, самое главное — воображение. Нужно, чтобы каждый придумывал другого со всей силой своего воображения, не уступая реальности ни пяди; и вот тогда, когда два воображения встречаются... нет ничего прекраснее.

   — Чародеи · книга
6. «

   Попробуйте, дайте хоть один шанс невозможному. Вы никогда не задумывались, как оно, это невозможное, устало, как оно нуждается в нас.

   Попробуйте, дайте хоть один шанс невозможному. Вы никогда не задумывались, как оно, это невозможное, устало, как оно нуждается в нас.
7. «

   ... я каждый раз ухитрялся так извернуться, чтобы инициатива разрыва исходила от противной стороны — элегантная наглость, или искусство быть джентльменом.

   ... я каждый раз ухитрялся так извернуться, чтобы инициатива разрыва исходила от противной стороны — элегантная наглость, или искусство быть джентльменом.

   — Жак Ренье · книга
8. «

   Вселенная родилась из капли иронии, в которой человечество — всего лишь одна из её усмешек.

   Вселенная родилась из капли иронии, в которой человечество — всего лишь одна из её усмешек.
9. «

   Одно дело мужественность, а другое — амбиции самца, заболевание широко распространившееся за тысячелетия господства, честолюбия и страха проиграть.

   Одно дело мужественность, а другое — амбиции самца, заболевание широко распространившееся за тысячелетия господства, честолюбия и страха проиграть.

   — Дальше ваш билет недействителен · книга
10. «

    Свежий взгляд ребенка даже истоптанным тротуарам возвращает молодость.

    Свежий взгляд ребенка даже истоптанным тротуарам возвращает молодость.

    — Дальше ваш билет недействителен · книга
11. «

    — Я надеюсь закончить свою книгу до того, как меня убьют. — Наверное, трудно писать. — Сейчас все трудно. Но это не так трудно, как оставаться в живых, продолжать верить...

    — Я надеюсь закончить свою книгу до того, как меня убьют. — Наверное, трудно писать. — Сейчас все трудно. Но это не так трудно, как оставаться в живых, продолжать верить...

    — Ян (Янек) Твардовский · книга
12. «

    Земля — дурное место, и становится все хуже и хуже. Не забывай этого, если хочешь заслужить небеса.

    Земля — дурное место, и становится все хуже и хуже. Не забывай этого, если хочешь заслужить небеса.

    — отец Хризостом · книга
13. «

    Голос отца Бурака призвал их к молитве: верующие встали на колени в снег вокруг освещенного дерева, остальные наклонили головы и утверждали свою веру в человека с таким же рвением, с каким их товарищи взывали к бесконечному.

    Голос отца Бурака призвал их к молитве: верующие встали на колени в снег вокруг освещенного дерева, остальные наклонили головы и утверждали свою веру в человека с таким же рвением, с каким их товарищи взывали к бесконечному.

    — Европейское воспитание · книга
14. «

    Не только голод, но и любовь может заставить волка выйти из леса.

    Не только голод, но и любовь может заставить волка выйти из леса.

    — Гауляйтер Кох · книга
15. «

    Младший Зборовский, усевшись по-турецки, играл на губной гармонике с большой охотой, но без особого умения.

    Младший Зборовский, усевшись по-турецки, играл на губной гармонике с большой охотой, но без особого умения.

    — Европейское воспитание · книга
16. «

    Нельзя спрашивать о смысле жизни — этот смысл нужно вложить в неё.

    Нельзя спрашивать о смысле жизни — этот смысл нужно вложить в неё.
17. «

    Я хочу и дальше быть счастливой с тобой! Да я не о счастливой жизни! Я о счастье любви.

    Я хочу и дальше быть счастливой с тобой! Да я не о счастливой жизни! Я о счастье любви.

    — Дальше ваш билет недействителен · книга
18. «

    Донжуанские списки — плод неуверенности в себе.

    Донжуанские списки — плод неуверенности в себе.

    — Дальше ваш билет недействителен · книга
19. «

    Нет, это голос русской зимы, — благодушно думает рядовой Грюневальд, — русского леса и степей. Голос бесконечной ночи, короткого и тусклого дня, похожего на вспышку сознания между двумя снами. Голос бескрайней земли и широких, как моря, рек…

    Нет, это голос русской зимы, — благодушно думает рядовой Грюневальд, — русского леса и степей. Голос бесконечной ночи, короткого и тусклого дня, похожего на вспышку сознания между двумя снами. Голос бескрайней земли и широких, как моря, рек…

    — рядовой Грюневальд · книга
20. «

    Давно хотел побывать в России. Милая, романтическая страна с тысячами саней, несущихся по белым дорогам под серебристый перезвон колокольчиков. Беспокойная страна, стремящаяся утопить свою широкую душу в бесконечно печальной музыке, звуки которой повествуют о недолгом и быстро подавленном мятеже или о бьющем через край, но никогда неутоляемом желании, страна, где живут одними лишь мечтами; где величие человека измеряется возвышенностью его снов и где реальность считается низменной, незначительной вещью, которую терпят с равнодушным презрением.

    Давно хотел побывать в России. Милая, романтическая страна с тысячами саней, несущихся по белым дорогам под серебристый перезвон колокольчиков. Беспокойная страна, стремящаяся утопить свою широкую душу в бесконечно печальной музыке, звуки которой повествуют о недолгом и быстро подавленном мятеже или о бьющем через край, но никогда неутоляемом желании, страна, где живут одними лишь мечтами; где величие человека измеряется возвышенностью его снов и где реальность считается низменной, незначительной вещью, которую терпят с равнодушным презрением.

    — Европейское воспитание · книга