13 лучших цитат — Ростислав Ищенко

Ростислав Ищенко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 13 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Далеко не всегда политические решения будут понятны населению и военным. Например, канцлер Пруссии (в будущем канцлер Германской империи Отто фон Бисмарк) в ходе Австро-прусско-итальянской войны 1866 года вопреки настойчивому желанию короля (будущего императора) Вильгельма I и требованиям прусского генералитета не позволил взять Вену и был абсолютно прав. Таким образом он ускорил достижение мира на условиях Пруссии, а также добился того, что Австро-Венгрия навсегда (до своей ликвидации в 1918 году) стала младшим партнёром Пруссии, а затем Германской империи.

   Далеко не всегда политические решения будут понятны населению и военным. Например, канцлер Пруссии (в будущем канцлер Германской империи Отто фон Бисмарк) в ходе Австро-прусско-итальянской войны 1866 года вопреки настойчивому желанию короля (будущего императора) Вильгельма I и требованиям прусского генералитета не позволил взять Вену и был абсолютно прав. Таким образом он ускорил достижение мира на условиях Пруссии, а также добился того, что Австро-Венгрия навсегда (до своей ликвидации в 1918 году) стала младшим партнёром Пруссии, а затем Германской империи.
2. «

   Больша́я проблема украинской политики заключается в том, что когда до них что-то доходит, уже поздно бывает.

   Больша́я проблема украинской политики заключается в том, что когда до них что-то доходит, уже поздно бывает.
3. «

   Что касается, собственно, прихода Трампа к власти: в масштабах Соединённых Штатов — это примерно как в России произошла Великая Октябрьская революция. Был один режим и пришёл диаметрально противоположный. Я думаю, что царская правящая элита и правящая элита временного правительства была далеко не в восторге, когда у власти оказались большевики.

   Что касается, собственно, прихода Трампа к власти: в масштабах Соединённых Штатов — это примерно как в России произошла Великая Октябрьская революция. Был один режим и пришёл диаметрально противоположный. Я думаю, что царская правящая элита и правящая элита временного правительства была далеко не в восторге, когда у власти оказались большевики.
4. «

   Да, все хотят мира, но люди, которые захватили власть, могут рассчитывать на то, что они сохраняться во главе страны, только в условиях военных действий. <...> Вот по этому принципу живёт украинское руководство, понятно, что жить в такой ситуации оно может только перенаправляя энергию населения на защиту от мифической военной угрозы. Вот идите там воюйте с где-нибудь, неважно с кем, с Россией, с Донбассом, с кем хотите... Если вдруг исчезнут Россия и Донбасс, завтра — раз, и на восточной границе Украины океан плещется, — они с Польшей воевать будут. Тут же.

   Да, все хотят мира, но люди, которые захватили власть, могут рассчитывать на то, что они сохраняться во главе страны, только в условиях военных действий. <...> Вот по этому принципу живёт украинское руководство, понятно, что жить в такой ситуации оно может только перенаправляя энергию населения на защиту от мифической военной угрозы. Вот идите там воюйте с где-нибудь, неважно с кем, с Россией, с Донбассом, с кем хотите... Если вдруг исчезнут Россия и Донбасс, завтра — раз, и на восточной границе Украины океан плещется, — они с Польшей воевать будут. Тут же.
5. «

   С нормальными людьми, даже если они фашисты, договариваться проще, чем с идиотами. Так вот, к большому сожалению, в политике Украину представляют идиоты, которые умудрились поссориться не только с Россией, которая их всю жизнь «за Гондурас дёргала», но и с Венгрией, и с Польшей, и с Румынией, и вообще с кем угодно... С ними, действительно, разговаривать просто невозможно, потому что это люди, которые живут вне пределов не только диалектической, но и формальной логики. <...> Можно ли защитить украинскую позицию? В чём проблема украинской власти? Они хотят выглядеть не тем, чем являются. Я им, кстати, много лет говорил: «Ребята, вы признайте, что вы фашисты, и вам будет легче...», потому что нельзя рваться в фюреры, нельзя создавать фашистскую партию и говорить, что вы демократы. <...> Ничего-то нового не происходит, на самом деле украинское государство отличается от Третьего рейха тем, что в Третьем рейхе были нацистские, но законы; и в Третьем рейхе нацисты говорили — «мы нацисты, мы пришли к власти и строим своё нацистское государство», а на Украине нацисты пришли к власти, строят своё нацистское государство и говорят — «мы демократы». <...> В такой ситуации защитить украинскую позицию конечно нельзя, если говорить на «чёрное» — «белое», над тобой будут смеяться. <...> Проблема же не в том, что они обманывают, проблема в том, что они сами в какой-то степени в это верят. Они, действительно, считают, что демократия — она такая и есть, такая, какой они себе её представляют. Ну это примерно, понимаете, как человек навоз в сарае вилами перебрасывает и считает, что он в Большом театре находится. Вот примерно такое представление у украинских политиков о политике. У них не получается потому, что они вообще не понимают, что они строят. Они, на самом деле, даже не государство строят, они строят банду. <...> И поэтому у них ничего не получается. И поэтому они его никогда не построят. И поэтому оно всё время разваливается. И при гетманах разваливалось и сейчас разваливается.

   С нормальными людьми, даже если они фашисты, договариваться проще, чем с идиотами. Так вот, к большому сожалению, в политике Украину представляют идиоты, которые умудрились поссориться не только с Россией, которая их всю жизнь «за Гондурас дёргала», но и с Венгрией, и с Польшей, и с Румынией, и вообще с кем угодно... С ними, действительно, разговаривать просто невозможно, потому что это люди, которые живут вне пределов не только диалектической, но и формальной логики. <...> Можно ли защитить украинскую позицию? В чём проблема украинской власти? Они хотят выглядеть не тем, чем являются. Я им, кстати, много лет говорил: «Ребята, вы признайте, что вы фашисты, и вам будет легче...», потому что нельзя рваться в фюреры, нельзя создавать фашистскую партию и говорить, что вы демократы. <...> Ничего-то нового не происходит, на самом деле украинское государство отличается от Третьего рейха тем, что в Третьем рейхе были нацистские, но законы; и в Третьем рейхе нацисты говорили — «мы нацисты, мы пришли к власти и строим своё нацистское государство», а на Украине нацисты пришли к власти, строят своё нацистское государство и говорят — «мы демократы». <...> В такой ситуации защитить украинскую позицию конечно нельзя, если говорить на «чёрное» — «белое», над тобой будут смеяться. <...> Проблема же не в том, что они обманывают, проблема в том, что они сами в какой-то степени в это верят. Они, действительно, считают, что демократия — она такая и есть, такая, какой они себе её представляют. Ну это примерно, понимаете, как человек навоз в сарае вилами перебрасывает и считает, что он в Большом театре находится. Вот примерно такое представление у украинских политиков о политике. У них не получается потому, что они вообще не понимают, что они строят. Они, на самом деле, даже не государство строят, они строят банду. <...> И поэтому у них ничего не получается. И поэтому они его никогда не построят. И поэтому оно всё время разваливается. И при гетманах разваливалось и сейчас разваливается.
6. «

   Глупость всегда раздражает даже сильнее, чем какое-то целенаправленное насилие, потому что насилие ещё можно хотя бы понять — какой в этом смысл, вот от тебя пытаются чего-то добиться, тебе неприятно, но ты, по крайней мере, понимаешь, зачем они это делают, какая у них цель, а когда человек совершает откровенную глупость, то ты понимаешь, что он делает хуже себе же, по большому счёту.

   Глупость всегда раздражает даже сильнее, чем какое-то целенаправленное насилие, потому что насилие ещё можно хотя бы понять — какой в этом смысл, вот от тебя пытаются чего-то добиться, тебе неприятно, но ты, по крайней мере, понимаешь, зачем они это делают, какая у них цель, а когда человек совершает откровенную глупость, то ты понимаешь, что он делает хуже себе же, по большому счёту.
7. «

   Гражданская война — это как семейная ссора. Вы практически не ссоритесь с чужими людьми, потому что вы их не знаете, вы с ними не общаетесь. А вот с друзьями, с родственниками, вы ссоритесь чаще всего, потому что — это близкие люди, вы с ними больше всего общаетесь, и вы всегда ожидаете от них большего понимания своих проблем, поэтому, естественно, любой конфликт вызывает большее раздражение. Вот точно также и в гражданской войне. Неслучайно там обе стороны считают друг друга предателями.

   Гражданская война — это как семейная ссора. Вы практически не ссоритесь с чужими людьми, потому что вы их не знаете, вы с ними не общаетесь. А вот с друзьями, с родственниками, вы ссоритесь чаще всего, потому что — это близкие люди, вы с ними больше всего общаетесь, и вы всегда ожидаете от них большего понимания своих проблем, поэтому, естественно, любой конфликт вызывает большее раздражение. Вот точно также и в гражданской войне. Неслучайно там обе стороны считают друг друга предателями.
8. «

   Всё это приводит к снижению болевого порога перед войной. Ведь война никогда не начинается просто так. В начале все говорят: «Это ужасно, это невозможно». Потом это становится возможно. А потом это становится приятно и необходимо.

   Всё это приводит к снижению болевого порога перед войной. Ведь война никогда не начинается просто так. В начале все говорят: «Это ужасно, это невозможно». Потом это становится возможно. А потом это становится приятно и необходимо.
9. «

   Если у тебя есть память, то тебе не надо создавать соответствующие структуры, которые будут этим заниматься. А если ты хочешь память перерисовать, или нарисовать совершенно другой мир, который соответствует твоему воображению, тогда тебе надо «Институты национальной памяти»... Подумай просто, посмотри на страны... Ты слышал что-нибудь о институте национальной памяти в Великобритании или во Франции? Я не слышал. И в России, в Китае не слышал. А вот в Польше, в Прибалтике, на Украине они существуют. И именно там активно переписывается история. Как только возникает соответствующая структура, это значит, что национальную память начали переформатировать.

   Если у тебя есть память, то тебе не надо создавать соответствующие структуры, которые будут этим заниматься. А если ты хочешь память перерисовать, или нарисовать совершенно другой мир, который соответствует твоему воображению, тогда тебе надо «Институты национальной памяти»... Подумай просто, посмотри на страны... Ты слышал что-нибудь о институте национальной памяти в Великобритании или во Франции? Я не слышал. И в России, в Китае не слышал. А вот в Польше, в Прибалтике, на Украине они существуют. И именно там активно переписывается история. Как только возникает соответствующая структура, это значит, что национальную память начали переформатировать.
10. «

    Действительно, в Соединённых штатах произошло то же самое, что произошло во время перестройки в Советском Союзе, произошёл раскол элит. Это самое страшное, что может произойти в государстве.

    Действительно, в Соединённых штатах произошло то же самое, что произошло во время перестройки в Советском Союзе, произошёл раскол элит. Это самое страшное, что может произойти в государстве.
11. «

    США, каждый раз «удваивая ставку», то есть пытаясь в ходе очередного кризиса не только отыграть потери предыдущего, но и одержать безоговорочную победу, вывели противостояние с Россией на уровень, когда поражение для обеих сторон (уже не только для Москвы, но и для Вашингтона) означает не просто потерю лица или потерю статуса, но разрушение государственности, по крайней мере, в существующем виде. Последнее удвоение ставки произошло в 2013 году, когда США и ЕС спровоцировали вооруженный переворот в Киеве, освятили своим признанием приход к власти на Украине откровенных нацистов и русофобов и вступили в конфронтацию с Москвой в зоне ее жизненных интересов. Это неприкрытое вторжение, которое до 1945 года и появления такого сдерживающего фактора, как ядерное оружие, было бы однозначно расценено как casus belli.

    США, каждый раз «удваивая ставку», то есть пытаясь в ходе очередного кризиса не только отыграть потери предыдущего, но и одержать безоговорочную победу, вывели противостояние с Россией на уровень, когда поражение для обеих сторон (уже не только для Москвы, но и для Вашингтона) означает не просто потерю лица или потерю статуса, но разрушение государственности, по крайней мере, в существующем виде. Последнее удвоение ставки произошло в 2013 году, когда США и ЕС спровоцировали вооруженный переворот в Киеве, освятили своим признанием приход к власти на Украине откровенных нацистов и русофобов и вступили в конфронтацию с Москвой в зоне ее жизненных интересов. Это неприкрытое вторжение, которое до 1945 года и появления такого сдерживающего фактора, как ядерное оружие, было бы однозначно расценено как casus belli.

    — Украина в глобальной политике · книга
12. «

    Я в принципе не понимаю, зачем было затевать «реформу РАН». Бюрократ-бизнесмен, «реформирующий» фундаментальную науку, это — нечто. Сильнее скомпрометировать себя кабинет Медведева не мог. Не страшно, если тебя считают слабым, врагом собственного государства, мнительным, некомпетентным, амбициозным и коррумпированным. Страшно, если всем становится, очевидно, что ты идиот. Ведь было понятно, что «реформа» вызовет жёсткое сопротивление учёных, а ещё ни одно правительство не побеждало собственную науку. Уничтожить науку и учёных могло, победить — нет.

    Я в принципе не понимаю, зачем было затевать «реформу РАН». Бюрократ-бизнесмен, «реформирующий» фундаментальную науку, это — нечто. Сильнее скомпрометировать себя кабинет Медведева не мог. Не страшно, если тебя считают слабым, врагом собственного государства, мнительным, некомпетентным, амбициозным и коррумпированным. Страшно, если всем становится, очевидно, что ты идиот. Ведь было понятно, что «реформа» вызовет жёсткое сопротивление учёных, а ещё ни одно правительство не побеждало собственную науку. Уничтожить науку и учёных могло, победить — нет.
13. «

    Я слишком уважаю Альенде, чтобы сравнивать его с Януковичем. И всё-таки Альенде погиб потому, что отказался бежать, а вот если бы Янукович отказался бежать — у него были бы все шансы победить. Ему для этого даже не нужно было самому брать в руки автомат и идти в первые ряды, ему достаточно было только выполнить свой долг и отдать соответствующий приказ.

    Я слишком уважаю Альенде, чтобы сравнивать его с Януковичем. И всё-таки Альенде погиб потому, что отказался бежать, а вот если бы Янукович отказался бежать — у него были бы все шансы победить. Ему для этого даже не нужно было самому брать в руки автомат и идти в первые ряды, ему достаточно было только выполнить свой долг и отдать соответствующий приказ.