57 цитат Рудаки, которые захочется сохранить

Рудаки — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 57 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   О, господин, ты все вкушать готов: Миндаль, и вина, и шербет, и плов. Ты – змеелов, а мир подобен змею, — Погибнешь от укуса, змеелов!

   О, господин, ты все вкушать готов: Миндаль, и вина, и шербет, и плов. Ты – змеелов, а мир подобен змею, — Погибнешь от укуса, змеелов!
2. «

   О Рудаки, будь волен духом, не так, как прочий люд, живи! И разумом, и сердцем светел, как мудрецы живут, живи! Не думай, что тебе лишь плохо, для всех же – мир благоустроен. Пойми: плохого много в мире; ты для благих минут живи!

   О Рудаки, будь волен духом, не так, как прочий люд, живи! И разумом, и сердцем светел, как мудрецы живут, живи! Не думай, что тебе лишь плохо, для всех же – мир благоустроен. Пойми: плохого много в мире; ты для благих минут живи!
3. «

   За право на нее смотреть я отдал сердце по дешевке. Не дорог был и поцелуй: я жизнь свою вручил торговке. Однако если торгашом стать суждено моей плутовке, То жизнь мою за поцелуй тотчас торгаш отнимет ловкий.

   За право на нее смотреть я отдал сердце по дешевке. Не дорог был и поцелуй: я жизнь свою вручил торговке. Однако если торгашом стать суждено моей плутовке, То жизнь мою за поцелуй тотчас торгаш отнимет ловкий.
4. «

   Не вздумай на себя принять вину друзей: к чему обуза? Еще никто не поднимал одной рукою два арбуза.

   Не вздумай на себя принять вину друзей: к чему обуза? Еще никто не поднимал одной рукою два арбуза.
5. «

   С тех пор как мир возник во мгле, Ещё никто на всей земле Не предавался сожаленью О том, что отдал жизнь ученью. Победы всех земных племён На всех наречьях всех времён Познанья путь хвалой венчали И на скрижалях начертали: «Познанье — сердца яркий свет, Защита от житейских бед».

   С тех пор как мир возник во мгле, Ещё никто на всей земле Не предавался сожаленью О том, что отдал жизнь ученью. Победы всех земных племён На всех наречьях всех времён Познанья путь хвалой венчали И на скрижалях начертали: «Познанье — сердца яркий свет, Защита от житейских бед».
6. «

   Неверно, что мудрец великий в своих наследниках живет: Увы, продлится род, но мудрость не перейдет из рода в род.

   Неверно, что мудрец великий в своих наследниках живет: Увы, продлится род, но мудрость не перейдет из рода в род.
7. «

   Судьбу свою благослови и справедливо ты живи, Оковы горя разорви, вольнолюбиво ты живи, Ты не горюй, когда себя среди богатых не найдешь, - Найдя себя средь бедняков, легко, счастливо ты живи.

   Судьбу свою благослови и справедливо ты живи, Оковы горя разорви, вольнолюбиво ты живи, Ты не горюй, когда себя среди богатых не найдешь, - Найдя себя средь бедняков, легко, счастливо ты живи.
8. «

   В благоухании, в цветах пришла желанная весна, Сто тысяч радостей живых вселенной принесла она, В такое время старику нетрудно юношею стать, - И снова молод старый мир, куда девалась седина! Построил войско небосвод, где вождь — весенний ветерок. Где тучи — всадникам равны, и мнится: началась война. Здесь молний греческий огонь, здесь воин — барабанщик-гром. Скажи, какая рать была, как это полчище, сильна? Взгляни, как туча слезы льет. Так плачет в горе человек. Гром на влюбленного похож, чья скорбная душа больна. Порою солнце из-за туч покажет нам свое лицо, Иль то над крепостной стеной нам голова бойца видна? Земля на долгий, долгий срок была подвергнута в печаль, Лекарство ей принес жасмин: она теперь исцелена. Все лился, лился, лился дождь, как мускус, он благоухал*, А по ночам на тростнике лежала снега пелена. Освобожденный от снегов, окрепший мир опять расцвел, И снова в высохших ручьях шумит вода, всегда вольна. Как ослепительный клинок, сверкнула молния меж туч, И прокатился первый гром, и громом степь потрясена. Тюльпаны, весело цветя, смеются в травах луговых, Они похожи на невест, чьи пальцы выкрасила хна. На ветке ивы соловей поет о счастье, о любви, На тополе поет скворец от ранней зорьки дотемна. Воркует голубь древний сказ на кипарисе молодом, О розе песня соловья так упоительно звучна.

   В благоухании, в цветах пришла желанная весна, Сто тысяч радостей живых вселенной принесла она, В такое время старику нетрудно юношею стать, - И снова молод старый мир, куда девалась седина! Построил войско небосвод, где вождь — весенний ветерок. Где тучи — всадникам равны, и мнится: началась война. Здесь молний греческий огонь, здесь воин — барабанщик-гром. Скажи, какая рать была, как это полчище, сильна? Взгляни, как туча слезы льет. Так плачет в горе человек. Гром на влюбленного похож, чья скорбная душа больна. Порою солнце из-за туч покажет нам свое лицо, Иль то над крепостной стеной нам голова бойца видна? Земля на долгий, долгий срок была подвергнута в печаль, Лекарство ей принес жасмин: она теперь исцелена. Все лился, лился, лился дождь, как мускус, он благоухал*, А по ночам на тростнике лежала снега пелена. Освобожденный от снегов, окрепший мир опять расцвел, И снова в высохших ручьях шумит вода, всегда вольна. Как ослепительный клинок, сверкнула молния меж туч, И прокатился первый гром, и громом степь потрясена. Тюльпаны, весело цветя, смеются в травах луговых, Они похожи на невест, чьи пальцы выкрасила хна. На ветке ивы соловей поет о счастье, о любви, На тополе поет скворец от ранней зорьки дотемна. Воркует голубь древний сказ на кипарисе молодом, О розе песня соловья так упоительно звучна.
9. «

   О, горе мне! судьбины я не знавал страшней: Быть мужем злой супруги, меняющей мужей. Ей не внушу я страха, приди я к ней со львом; А я боюсь и мухи, что села рядом с ней. Хотя она со мною сварлива и груба, Надеюсь, не умру я, спасу остаток дней.

   О, горе мне! судьбины я не знавал страшней: Быть мужем злой супруги, меняющей мужей. Ей не внушу я страха, приди я к ней со львом; А я боюсь и мухи, что села рядом с ней. Хотя она со мною сварлива и груба, Надеюсь, не умру я, спасу остаток дней.
10. «

    Все, что видишь, все, что любишь, недостойно мудреца, Зелень, и миндаль, и вина — нет им счета, нет конца! Мир — змея, а честолюбец — это тот, кто ловит змей, Но змея от века губит неудачного ловца.

    Все, что видишь, все, что любишь, недостойно мудреца, Зелень, и миндаль, и вина — нет им счета, нет конца! Мир — змея, а честолюбец — это тот, кто ловит змей, Но змея от века губит неудачного ловца.
11. «

    Все тленны мы, дитя, таков вселенной ход. Мы — словно воробьи, а смерть, как ястреб, ждет. И рано ль, поздно ли — любой цветок увянет, — Своею тёркой смерть всех тварей перетрет.

    Все тленны мы, дитя, таков вселенной ход. Мы — словно воробьи, а смерть, как ястреб, ждет. И рано ль, поздно ли — любой цветок увянет, — Своею тёркой смерть всех тварей перетрет.
12. «

    Как долго ни живи, но, право слово, Помимо смерти, нет конца иного.

    Как долго ни живи, но, право слово, Помимо смерти, нет конца иного.
13. «

    Жизнь поучает и дает совет, Нас наставляя мудро и сурово. Завидуешь ты людям, а они Тебе во всем завидовать готовы. Молчаньем в гневе сковывай язык, Иначе ноги закуют в оковы.

    Жизнь поучает и дает совет, Нас наставляя мудро и сурово. Завидуешь ты людям, а они Тебе во всем завидовать готовы. Молчаньем в гневе сковывай язык, Иначе ноги закуют в оковы.
14. «

    Пусть одежда будет грязной — чистым должен быть я сам, Горе вам, сердцам нечистым, горе вам, дурным глазам.

    Пусть одежда будет грязной — чистым должен быть я сам, Горе вам, сердцам нечистым, горе вам, дурным глазам.
15. «

    Время — конь, а ты объездчик; мчись отважно на ветру. Время — меч; стань крепкой клюшкой, чтобы выиграть игру.

    Время — конь, а ты объездчик; мчись отважно на ветру. Время — меч; стань крепкой клюшкой, чтобы выиграть игру.
16. «

    Как жаль, что отпрыск неразумный Рождается от мудреца: Не получает сын в наследство Талант и знания отца.

    Как жаль, что отпрыск неразумный Рождается от мудреца: Не получает сын в наследство Талант и знания отца.
17. «

    Обман, раздор к добру не приведут, Никто в беде на помощь не придет. Сам выбирай тот плод, который сладок, — Не трогай горький, полный яда, плод!

    Обман, раздор к добру не приведут, Никто в беде на помощь не придет. Сам выбирай тот плод, который сладок, — Не трогай горький, полный яда, плод!
18. «

    Все то, что мир творит, — подобье сна дурного, Однако мир не спит, он действует сурово.

    Все то, что мир творит, — подобье сна дурного, Однако мир не спит, он действует сурово.
19. «

    Он без ушей отлично слышит, он хром, а поступь так легка; Лишенный глаз, весь мир он видит, красноречив без языка; Как стан любовницы, он гибок, змее движеньями подобен; Он наделен печали цветом и грозной остротой клинка.

    Он без ушей отлично слышит, он хром, а поступь так легка; Лишенный глаз, весь мир он видит, красноречив без языка; Как стан любовницы, он гибок, змее движеньями подобен; Он наделен печали цветом и грозной остротой клинка.
20. «

    Хотя, с тобою разлучен, познал я горькое страданье, Страданье — радость, если в нем таится встречи ожиданье. Я размышляю по ночам, счастливый, и твержу: О боже! Коль такова разлука с ней, то каково же с ней свиданье!

    Хотя, с тобою разлучен, познал я горькое страданье, Страданье — радость, если в нем таится встречи ожиданье. Я размышляю по ночам, счастливый, и твержу: О боже! Коль такова разлука с ней, то каково же с ней свиданье!