38 мыслей Саши Чёрного без воды

Подборка из 38 цитат Саши Чёрного: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Опять опадают кусты и деревья, Бронхитное небо слезится опять, И дачники, бросив сырые кочевья, Бегут, ошалевшие, вспять.

   Опять опадают кусты и деревья, Бронхитное небо слезится опять, И дачники, бросив сырые кочевья, Бегут, ошалевшие, вспять.
2. «

   Когда я смотрю на звёздное небо и думаю, сколько на каждой звезде дураков и политических партий, я начинаю терпимей относиться к нашей маленькой Земле.

   Когда я смотрю на звёздное небо и думаю, сколько на каждой звезде дураков и политических партий, я начинаю терпимей относиться к нашей маленькой Земле.

   — Домашние афоризмы и мысли профессора Ф. С. Смяткина · книга
3. «

   А вопросы... Вопросы не знают ответа - Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь.

   А вопросы... Вопросы не знают ответа - Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь.
4. «

   Есть ум скептический, критический, практический, иронический и т. д. Глупость – только одна.

   Есть ум скептический, критический, практический, иронический и т. д. Глупость – только одна.
5. «

   Есть пошлые насекомые: Клопы; есть пошлые растения: Герань и Фикусы; есть пошлые животные: Свиньи; есть пошлые люди: Октябристы.

   Есть пошлые насекомые: Клопы; есть пошлые растения: Герань и Фикусы; есть пошлые животные: Свиньи; есть пошлые люди: Октябристы.
6. «

   Одна ли, другая — не всё ли равно ли? В ладонях утонут зрачки — Нет Гали, ни Нелли, ни Милы, ни Оли, Лишь тёплые лапки, и ласковость боли, И сердца глухие толчки...

   Одна ли, другая — не всё ли равно ли? В ладонях утонут зрачки — Нет Гали, ни Нелли, ни Милы, ни Оли, Лишь тёплые лапки, и ласковость боли, И сердца глухие толчки...
7. «

   Проклятый садовник и консьерж сговорились — съедают всю провизию сами, а мне готовят только эту ужасную овсянку. Дворовому псу дают большие кости и суп с черствым хлебом. Он со мной делится, но где ж мне разгрызть такую кость, когда она тверже утюга? А суп… Таким супом в бистро тарелки моют! Даже молока жалеют, жадины! Молоко ведь дает корова, а не они. Уж я бы ее сам подоил: мы с ней дружны, и она мне всегда в глаза дышит когда я прибегаю в сарай. Но как я ее буду доить моими несчастными лапами?.. Придумал штуку. Стыдно очень, но что ж делать — есть надо. Когда дождь утихнет, бегаю иногда в соседнее местечко к знакомому бистровщику. У него по вечерам под граммофон танцы. Пляшут фокстрот. Должно быть, собачий танец. Я на задние лапки встану, живот подтяну, верчусь и головой киваю. Все пары и танцевать бросят… В кружок соберутся и хохочут так, что граммофона не слышно. И уж такую порцию мяса мне закажут, что я еле домой добираюсь. Да еще телячью косточку в зубах принесу на завтрак… Вот до чего ради голода унижаться приходится!

   Проклятый садовник и консьерж сговорились — съедают всю провизию сами, а мне готовят только эту ужасную овсянку. Дворовому псу дают большие кости и суп с черствым хлебом. Он со мной делится, но где ж мне разгрызть такую кость, когда она тверже утюга? А суп… Таким супом в бистро тарелки моют! Даже молока жалеют, жадины! Молоко ведь дает корова, а не они. Уж я бы ее сам подоил: мы с ней дружны, и она мне всегда в глаза дышит когда я прибегаю в сарай. Но как я ее буду доить моими несчастными лапами?.. Придумал штуку. Стыдно очень, но что ж делать — есть надо. Когда дождь утихнет, бегаю иногда в соседнее местечко к знакомому бистровщику. У него по вечерам под граммофон танцы. Пляшут фокстрот. Должно быть, собачий танец. Я на задние лапки встану, живот подтяну, верчусь и головой киваю. Все пары и танцевать бросят… В кружок соберутся и хохочут так, что граммофона не слышно. И уж такую порцию мяса мне закажут, что я еле домой добираюсь. Да еще телячью косточку в зубах принесу на завтрак… Вот до чего ради голода унижаться приходится!

   — фокс Микки · книга
8. «

   Из веры, книг и жизни, Из мрака и сомненья Мы строим год за годом Своё мировоззренье…

   Из веры, книг и жизни, Из мрака и сомненья Мы строим год за годом Своё мировоззренье…
9. «

   «Выше лба уши не растут» — ослы каждый день доказывают противное.

   «Выше лба уши не растут» — ослы каждый день доказывают противное.
10. «

    О, я продал бы книги свои и жилет (Весною они не нужны)

    О, я продал бы книги свои и жилет (Весною они не нужны)
11. «

    Дочурка под кроватью ставит кошке клизму, В наплыве счастья полуоткрывши рот, И кошка, мрачному предавшись пессимизму, Трагичным голосом взволнованно орет.

    Дочурка под кроватью ставит кошке клизму, В наплыве счастья полуоткрывши рот, И кошка, мрачному предавшись пессимизму, Трагичным голосом взволнованно орет.
12. «

    Глупого мужчину всегда можно узнать по глупым глазам. Но женские глаза… Чёрт их знает! Не то глубина — не то томность; не то мысль — не то любопытство… и вдруг дура!

    Глупого мужчину всегда можно узнать по глупым глазам. Но женские глаза… Чёрт их знает! Не то глубина — не то томность; не то мысль — не то любопытство… и вдруг дура!

    — Глупость · книга
13. «

    Вчера мой кот взглянул на календарь И хвост трубою поднял моментально, Потом подрал на лестницу, как встарь, И завопил тепло и вакханально: «Весенний брак! Гражданский брак! Спешите, кошки, на чердак...»

    Вчера мой кот взглянул на календарь И хвост трубою поднял моментально, Потом подрал на лестницу, как встарь, И завопил тепло и вакханально: «Весенний брак! Гражданский брак! Спешите, кошки, на чердак...»
14. «

    Свежий дождь, побудь, побудь у пас! Сей свое серебряное семя... За ворота выбегу сейчас И тебе подставлю лоб и темя.

    Свежий дождь, побудь, побудь у пас! Сей свое серебряное семя... За ворота выбегу сейчас И тебе подставлю лоб и темя.
15. «

    Создатель мой! Спасибо за весну! Я думал, что она не возвратится, — Но... дай сбежать в лесную тишину От злобы дня, холеры и столицы! Весенний ветер за дверьми... В кого б влюбиться, черт возьми?

    Создатель мой! Спасибо за весну! Я думал, что она не возвратится, — Но... дай сбежать в лесную тишину От злобы дня, холеры и столицы! Весенний ветер за дверьми... В кого б влюбиться, черт возьми?
16. «

    Голова моя — темный фонарь с перебитыми стеклами...

    Голова моя — темный фонарь с перебитыми стеклами...
17. «

    Будь женой или мужем, сестрой или братом, Акушеркой, художником, нянькой, врачом, Отдавай — и, дрожа, не тянись за возвратом: Все сердца открываются этим ключом.

    Будь женой или мужем, сестрой или братом, Акушеркой, художником, нянькой, врачом, Отдавай — и, дрожа, не тянись за возвратом: Все сердца открываются этим ключом.
18. «

    В городской суматохе Встретились двое. Надоели обои, Неуклюжие споры с собою, И бесплодные вздохи О том, что случилось когда-то...

    В городской суматохе Встретились двое. Надоели обои, Неуклюжие споры с собою, И бесплодные вздохи О том, что случилось когда-то...
19. «

    Жёлтый фон из листьев павших Ярче сказки, На деревьях задремавших Все окраски.

    Жёлтый фон из листьев павших Ярче сказки, На деревьях задремавших Все окраски.
20. «

    Над черной прорубью дымится сизый пар. Под валенками снег шипит и тает. В далекой деревушке Жучка лает, А солнце – алый шар! Пойдем на остров... Пышный и седой, В озерной белизне он спит глубоко, Блестя заиндевевшею осокой Над скованной водой...

    Над черной прорубью дымится сизый пар. Под валенками снег шипит и тает. В далекой деревушке Жучка лает, А солнце – алый шар! Пойдем на остров... Пышный и седой, В озерной белизне он спит глубоко, Блестя заиндевевшею осокой Над скованной водой...