55 цитат Сергея Лукьяненко: цитаты о любви, которые захочется сохранить

Подборка из 55 цитат Сергея Лукьяненко: цитаты о любви: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я никак тебе не могу доказать, что не вру. Никак. Я ведь действительно чужой тебе человек. Чужой по крови. А любовь… ее не измеришь никаким прибором. Не приложишь справку с печатью.

   Я никак тебе не могу доказать, что не вру. Никак. Я ведь действительно чужой тебе человек. Чужой по крови. А любовь… ее не измеришь никаким прибором. Не приложишь справку с печатью.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   ... Если подумать, сколько несчастий и страданий любовь приносит людям, то это никакой не дар, а страшное проклятие! Любовь — просто попытка людей избавиться от страха перед жизнью!

   ... Если подумать, сколько несчастий и страданий любовь приносит людям, то это никакой не дар, а страшное проклятие! Любовь — просто попытка людей избавиться от страха перед жизнью!

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   — Глупая мстительная дурочка, — уже спокойнее сказал Завулон. Алиса покачала головой. Снова посмотрела на Игоря. Как-то очень насмешливо произнесла : — При чем здесь месть... Любовь — это тоже великая сила, Завулон.

   — Глупая мстительная дурочка, — уже спокойнее сказал Завулон. Алиса покачала головой. Снова посмотрела на Игоря. Как-то очень насмешливо произнесла : — При чем здесь месть... Любовь — это тоже великая сила, Завулон.

   — Сергей Лукьяненко · книга
4. «

   — Ты знаешь, что это такое? Быть приговоренным к любви? — Но разве это не так — всегда? — Светлана даже вздрогнула от негодования. — Когда люди любят друг друга, когда находят среди тысяч, миллионов. Это же всегда — судьба! <...> — Нет. Света, ты слышала такую аналогию: любовь — это цветок? <...> Цветок можно вырастить, Света. А можно купить. Или его подарят. — Антон — купил? — Нет, — сказал я; слишком резко, пожалуй, сказал. — Получил в подарок. От судьбы. — И что с того? Если это — любовь? — Света, срезанные цветы красивы. Но они живут недолго. Они уже умирают, даже заботливо поставленные в хрустальную вазу со свежей водой.

   — Ты знаешь, что это такое? Быть приговоренным к любви? — Но разве это не так — всегда? — Светлана даже вздрогнула от негодования. — Когда люди любят друг друга, когда находят среди тысяч, миллионов. Это же всегда — судьба! <...> — Нет. Света, ты слышала такую аналогию: любовь — это цветок? <...> Цветок можно вырастить, Света. А можно купить. Или его подарят. — Антон — купил? — Нет, — сказал я; слишком резко, пожалуй, сказал. — Получил в подарок. От судьбы. — И что с того? Если это — любовь? — Света, срезанные цветы красивы. Но они живут недолго. Они уже умирают, даже заботливо поставленные в хрустальную вазу со свежей водой.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   Если любить, то принцессу, если ненавидеть, то целую цивилизацию!

   Если любить, то принцессу, если ненавидеть, то целую цивилизацию!

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Любовь — это тоже сила. Большая сила, и ею не стоит пренебрегать.

   Любовь — это тоже сила. Большая сила, и ею не стоит пренебрегать.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   — Хочешь, я расскажу тебе про звезды? — шептал он. — Про Фомальгаут, лохматый, похожий на оранжевого котенка, про Вегу, синеватую и обжигающую словно кусочек раскаленного льда, про Сириус, сплетенный, словно гирлянда, из трех звезд... Но ты прекрасней всех звезд...

   — Хочешь, я расскажу тебе про звезды? — шептал он. — Про Фомальгаут, лохматый, похожий на оранжевого котенка, про Вегу, синеватую и обжигающую словно кусочек раскаленного льда, про Сириус, сплетенный, словно гирлянда, из трех звезд... Но ты прекрасней всех звезд...

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   ... Потому что любовь — она над Тьмой и Светом. Потому что любовь — это не секс, не одинаковая вера, не совместное ведение хозяйства и воспитание детей. Потому что любовь — это тоже сила... И черта с два к ней имеют отношение Свет и ТЬма, Люди и Иные, мораль и закон, 10 заповедей и Великий Договор!

   ... Потому что любовь — она над Тьмой и Светом. Потому что любовь — это не секс, не одинаковая вера, не совместное ведение хозяйства и воспитание детей. Потому что любовь — это тоже сила... И черта с два к ней имеют отношение Свет и ТЬма, Люди и Иные, мораль и закон, 10 заповедей и Великий Договор!

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   Фантасты в чудеса верят ещё меньше, чем проститутки в любовь. Это я так подумал, когда пришли к Мельникову. Вот только проститутки — они в любовь верят. Тихонечко, никому не говоря, но верят. Мечтают, что есть что-то, кроме потных толстых мужиков, которым требуется секс за деньги. Мечтают и боятся в это поверить.

   Фантасты в чудеса верят ещё меньше, чем проститутки в любовь. Это я так подумал, когда пришли к Мельникову. Вот только проститутки — они в любовь верят. Тихонечко, никому не говоря, но верят. Мечтают, что есть что-то, кроме потных толстых мужиков, которым требуется секс за деньги. Мечтают и боятся в это поверить.

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    Катя осталась такой же, как раньше. Ну, может быть, что-то чуть-чуть изменилось. Невидимое для глаза, неощутимое для моего сверхобоняния. Что-то неуловимое, эфемерное... Один процент. Может быть, мы и любим как раз-то этот неуловимый процент, эту сотую долю, которую не в силах назвать? А может, никому не дано переделывать свою любовь...

    Катя осталась такой же, как раньше. Ну, может быть, что-то чуть-чуть изменилось. Невидимое для глаза, неощутимое для моего сверхобоняния. Что-то неуловимое, эфемерное... Один процент. Может быть, мы и любим как раз-то этот неуловимый процент, эту сотую долю, которую не в силах назвать? А может, никому не дано переделывать свою любовь...

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Неужели любовь всегда стоит смерти?

    Неужели любовь всегда стоит смерти?

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    Первой со своего места поднялась Светлана. Подошла к Завулону. Постояла секунду, глядя ему в лицо. Эдгар вдруг понял, с замиранием сердца, что сейчас волшебница ударит мага. Но она лишь что-то сказала ему. Развернулась и резко вышла. <...> — Простите... а что сказала Светлана Завулону? — Инквизитору надо иметь хороший слух. — На лице вампира появилась кривая ухмылка. — Да почти ничего. Я бы назвал это проклятием, но Светлые и проклинать-то не умеют... Она сказала: «Пусть никто никогда не полюбит тебя». Эдгар кивнул. Пожал плечами и сказал: — А ему это и не нужно.

    Первой со своего места поднялась Светлана. Подошла к Завулону. Постояла секунду, глядя ему в лицо. Эдгар вдруг понял, с замиранием сердца, что сейчас волшебница ударит мага. Но она лишь что-то сказала ему. Развернулась и резко вышла. <...> — Простите... а что сказала Светлана Завулону? — Инквизитору надо иметь хороший слух. — На лице вампира появилась кривая ухмылка. — Да почти ничего. Я бы назвал это проклятием, но Светлые и проклинать-то не умеют... Она сказала: «Пусть никто никогда не полюбит тебя». Эдгар кивнул. Пожал плечами и сказал: — А ему это и не нужно.

    — Сергей Лукьяненко · книга
13. «

    Если не ждёшь любви, то её и не будет.

    Если не ждёшь любви, то её и не будет.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    У нас нет ничего, кроме веры и любви. Но это очень много, когда вокруг только ненависть и отчаяние.

    У нас нет ничего, кроме веры и любви. Но это очень много, когда вокруг только ненависть и отчаяние.

    — Сергей Лукьяненко · книга
15. «

    Наверное, это неизбежно. Того, кто любит тебя, обмануть очень просто. А того, кого любишь сам, — почти невозможно. Каждая улыбка, каждая уверенная фраза выйдут наигранными и ненастоящими. Словно ты, говоря вполголоса одно, выкрикиваешь при этом другое. Когда любишь, даришь частичку себя. А себя не обманешь.

    Наверное, это неизбежно. Того, кто любит тебя, обмануть очень просто. А того, кого любишь сам, — почти невозможно. Каждая улыбка, каждая уверенная фраза выйдут наигранными и ненастоящими. Словно ты, говоря вполголоса одно, выкрикиваешь при этом другое. Когда любишь, даришь частичку себя. А себя не обманешь.

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    А самое странное, что чем выше любовь, тем легче ее предают. Господа любят, но ради страны – монастыри разоряют, все заповеди нарушают! Державу любят, но ради любимой и страну предадут, и в чужую веру уйдут! Будто смеется любовь над всеми законами. Чем она чище и светлее, тем труднее ей следовать.

    А самое странное, что чем выше любовь, тем легче ее предают. Господа любят, но ради страны – монастыри разоряют, все заповеди нарушают! Державу любят, но ради любимой и страну предадут, и в чужую веру уйдут! Будто смеется любовь над всеми законами. Чем она чище и светлее, тем труднее ей следовать.

    — Сергей Лукьяненко · книга
17. «

    Я верил в любовь и дружбу, в бескорыстие и преданность. Любовь сменилась расчетом, дружба — деловыми отношениями, бескорыстие обернулось удачным вложением капитала, преданность — просто предательством.

    Я верил в любовь и дружбу, в бескорыстие и преданность. Любовь сменилась расчетом, дружба — деловыми отношениями, бескорыстие обернулось удачным вложением капитала, преданность — просто предательством.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    Когда у человека любовь в сердце — это только страдание. Страдание и не больше. А вот когда ещё и в глазах любовь.

    Когда у человека любовь в сердце — это только страдание. Страдание и не больше. А вот когда ещё и в глазах любовь.

    — Сергей Лукьяненко · книга
19. «

    Смешно — я всегда считал себя молодым, вплоть до сегодняшнего дня. Теперь я понял, что постарел. Молодость ушла вместе с любовью. <...> Человек имеет лишь два состояния — юность и старость. Как у тех химических соединений, что переходят из твёрдой фазы в газообразную, минуя стадию жидкости. Порой лишь нелепое сравнение может быть верным.

    Смешно — я всегда считал себя молодым, вплоть до сегодняшнего дня. Теперь я понял, что постарел. Молодость ушла вместе с любовью. <...> Человек имеет лишь два состояния — юность и старость. Как у тех химических соединений, что переходят из твёрдой фазы в газообразную, минуя стадию жидкости. Порой лишь нелепое сравнение может быть верным.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Нас так просто ловить на нашей любви!

    Нас так просто ловить на нашей любви!

    — Сергей Лукьяненко · книга