127 сильных цитат Сесилии Ахерна

Сесилия Ахерн — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 127 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Всё, что у неё осталось, – горстка воспоминаний и отражение его лица где-то на самом дне памяти. Отражение, тускнеющее с каждым прожитым днём.

   Всё, что у неё осталось, – горстка воспоминаний и отражение его лица где-то на самом дне памяти. Отражение, тускнеющее с каждым прожитым днём.

   — P.S. Я люблю тебя · книга
2. «

   Она посмотрела на мебель, и ей вдруг так захотелось, чтоб диван протянул к ней руки и обнял её. Нет, он оставался равнодушным.

   Она посмотрела на мебель, и ей вдруг так захотелось, чтоб диван протянул к ней руки и обнял её. Нет, он оставался равнодушным.

   — P.S. Я люблю тебя · книга
3. «

   Я долго думала над изречением «Все на свете имеет свою цель». Мне кажется, я поняла. Эта цель — добить меня окончательно.

   Я долго думала над изречением «Все на свете имеет свою цель». Мне кажется, я поняла. Эта цель — добить меня окончательно.

   — Рози Данн · книга
4. «

   Новый день как новое испытание, с более усложнёнными правилами и большими ставками на удачу.

   Новый день как новое испытание, с более усложнёнными правилами и большими ставками на удачу.

   — Не верю. Не надеюсь. Люблю · книга
5. «

   «Она всего лишь подруга». Четыре слова, которые вполне могут убить любую женщину, но я всего лишь улыбнулась.

   «Она всего лишь подруга». Четыре слова, которые вполне могут убить любую женщину, но я всего лишь улыбнулась.

   — Тамара Гудвин · книга
6. «

   Представьте себе, каково это — не прийти на свидание с кем-то, потому что так сильно его любишь. Представьте, каково это причинить человеку боль, заставить почувствовать себя одиноким, обиженным и нелюбимым, потому что вы думаете, что так для него лучше.

   Представьте себе, каково это — не прийти на свидание с кем-то, потому что так сильно его любишь. Представьте, каково это причинить человеку боль, заставить почувствовать себя одиноким, обиженным и нелюбимым, потому что вы думаете, что так для него лучше.

   — Айвен · книга
7. «

   Все мы получаем свою долю неприятностей.

   Все мы получаем свою долю неприятностей.

   — Дэниел Коннелли · книга
8. «

   Молчание она любила куда больше, чем все слова в мире. В нём она находила покой и ясность. Но не по ночам, когда беспорядочные мысли не давали ей заснуть, будто тысяча голосов в её сознании вдруг принимались говорить наперебой, замолкали, перебивали друг друга, так что ей едва удавалось сомкнуть глаза.

   Молчание она любила куда больше, чем все слова в мире. В нём она находила покой и ясность. Но не по ночам, когда беспорядочные мысли не давали ей заснуть, будто тысяча голосов в её сознании вдруг принимались говорить наперебой, замолкали, перебивали друг друга, так что ей едва удавалось сомкнуть глаза.

   — Посмотри на меня · книга
9. «

   P. S. Я люблю тебя, Холли, и знаю, что ты меня тоже любишь. Чтобы помнить меня, тебе не нужны мои вещи. Не надо хранить их как доказательство того, что я существовал или до сих пор существую в твоей душе. Не надо носить мой свитер, чтобы чувствовать, что я рядом с тобой, потому что я и так рядом. Я всегда буду тебя обнимать.

   P. S. Я люблю тебя, Холли, и знаю, что ты меня тоже любишь. Чтобы помнить меня, тебе не нужны мои вещи. Не надо хранить их как доказательство того, что я существовал или до сих пор существую в твоей душе. Не надо носить мой свитер, чтобы чувствовать, что я рядом с тобой, потому что я и так рядом. Я всегда буду тебя обнимать.

   — Джерри Кеннеди · книга
10. «

    А сейчас небо синее-синее, в нём пасутся овечки облаков, сделанные из сахарной ваты.

    А сейчас небо синее-синее, в нём пасутся овечки облаков, сделанные из сахарной ваты.

    — Рози Данн · книга
11. «

    Ей не хватало разнообразия и оттенков вкуса, к которым она привыкла в других городах; она скучала по мягкому сладковатому кофе с ванилью в парижских кафе, по густому ореховому напитку в шумных кафе Нью-Йорка, по изысканному бархатистому шедевру в Милане и по ее любимому мокко с кокосом, который мгновенно переносил ее со скамейки центрального парка в шезлонг на берегу Карибского моря.

    Ей не хватало разнообразия и оттенков вкуса, к которым она привыкла в других городах; она скучала по мягкому сладковатому кофе с ванилью в парижских кафе, по густому ореховому напитку в шумных кафе Нью-Йорка, по изысканному бархатистому шедевру в Милане и по ее любимому мокко с кокосом, который мгновенно переносил ее со скамейки центрального парка в шезлонг на берегу Карибского моря.

    — Посмотри на меня · книга
12. «

    Нашёл любовь — храни её вечно.

    Нашёл любовь — храни её вечно.

    — P.S. Я люблю тебя · книга
13. «

    Да тебя целый час не было. Я уже забеспокоилась, не смыло ли тебя в водосток. По диаметру ты, в принципе, проходишь.

    Да тебя целый час не было. Я уже забеспокоилась, не смыло ли тебя в водосток. По диаметру ты, в принципе, проходишь.

    — Шэрон Маккарти · книга
14. «

    — Она потеряла рассудок или что? — Нет, как раз наоборот. Я бы сказала, что она, похоже, ползала на четвереньках, пытаясь его отыскать.

    — Она потеряла рассудок или что? — Нет, как раз наоборот. Я бы сказала, что она, похоже, ползала на четвереньках, пытаясь его отыскать.

    — Посмотри на меня · книга
15. «

    Когда роняешь на пол стакан или тарелку, раздается громкий стук. Когда разбивается стекло, ломается ножка стола или со стены падает картина, это производит шум. Но когда разбивается сердце, оно разбивается бесшумно. Казалось бы, должен раздаться невероятный грохот или какой-нибудь торжественный звук, например удар гонга или колокольный звон. Но нет, это происходит в тишине, и хочется, чтобы грянул гром, который отвлёк бы вас от боли. Если звуки и есть, то они внутри. Крик, который никто, кроме вас, не слышит. Он такой громкий, что у вас звенит в ушах и раскалывается голова. Он бьется в груди, как огромная белая акула, пойманная в море, и напоминает рев медведицы, у которой отняли медвежонка. Вот на что это похоже-на огромное обезумевшее пойманное животное, ревущее и бьющееся в плену собственных чувств. Но таково свойство любви-для неё нет уязвимых. Это дикая, жгучая боль, открытая рана, которую разъедает солёная морская вода, но когда сердце разбивается, это происходит беззвучно. Внутри у вас всё надрывается от крика, и этого никто не слышит.

    Когда роняешь на пол стакан или тарелку, раздается громкий стук. Когда разбивается стекло, ломается ножка стола или со стены падает картина, это производит шум. Но когда разбивается сердце, оно разбивается бесшумно. Казалось бы, должен раздаться невероятный грохот или какой-нибудь торжественный звук, например удар гонга или колокольный звон. Но нет, это происходит в тишине, и хочется, чтобы грянул гром, который отвлёк бы вас от боли. Если звуки и есть, то они внутри. Крик, который никто, кроме вас, не слышит. Он такой громкий, что у вас звенит в ушах и раскалывается голова. Он бьется в груди, как огромная белая акула, пойманная в море, и напоминает рев медведицы, у которой отняли медвежонка. Вот на что это похоже-на огромное обезумевшее пойманное животное, ревущее и бьющееся в плену собственных чувств. Но таково свойство любви-для неё нет уязвимых. Это дикая, жгучая боль, открытая рана, которую разъедает солёная морская вода, но когда сердце разбивается, это происходит беззвучно. Внутри у вас всё надрывается от крика, и этого никто не слышит.

    — Посмотри на меня · книга
16. «

    Но я – лишь глава твоей жизни, а их будет ещё много.

    Но я – лишь глава твоей жизни, а их будет ещё много.

    — Джерри Кеннеди · книга
17. «

    Детям нужны друзья, они должны расти вместе, чтобы вместе познавать жизнь и самих себя.

    Детям нужны друзья, они должны расти вместе, чтобы вместе познавать жизнь и самих себя.

    — Рози Данн · книга
18. «

    Время идёт, а я по-прежнему в пути — между прошлым, которое остаётся позади, и будущим, которое я пока не нашла. Я как будто что-то ищу и ни на чём не могу остановиться.

    Время идёт, а я по-прежнему в пути — между прошлым, которое остаётся позади, и будущим, которое я пока не нашла. Я как будто что-то ищу и ни на чём не могу остановиться.

    — Рози Данн · книга
19. «

    — А что нести на вечеринку? — Только своё измученное тело. — Проклятье, а что-нибудь другое нельзя? — Отговорки не принимаются.

    — А что нести на вечеринку? — Только своё измученное тело. — Проклятье, а что-нибудь другое нельзя? — Отговорки не принимаются.

    — Рози Данн · книга
20. «

    Нужно научиться жить со своею любовью, а не прятаться от неё.

    Нужно научиться жить со своею любовью, а не прятаться от неё.

    — P.S. Я люблю тебя · книга