18 цитат Симоны де Бовуар: жизненные цитаты: от иронии до философии

Ниже 18 цитат Симоны де Бовуар: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Разве женщина из гарема не счастливее какой-нибудь избирательницы? Разве домохозяйка не счастливее работницы? Не совсем ясно, что означает слово «счастье» и тем более какие подлинные ценности в нем сокрыты. Нет никакой возможности измерить счастье другого человека, зато всегда легко можно объявить счастливой ситуацию, которую хочешь ему навязать: обреченных на застойное прозябание, в частности, объявляют счастливыми под тем предлогом, что счастье — это неподвижность.

   Разве женщина из гарема не счастливее какой-нибудь избирательницы? Разве домохозяйка не счастливее работницы? Не совсем ясно, что означает слово «счастье» и тем более какие подлинные ценности в нем сокрыты. Нет никакой возможности измерить счастье другого человека, зато всегда легко можно объявить счастливой ситуацию, которую хочешь ему навязать: обреченных на застойное прозябание, в частности, объявляют счастливыми под тем предлогом, что счастье — это неподвижность.

   — Симона де Бовуар
2. «

   — Писать, когда некому вас читать, что за идиотская игра! — Когда все летит в тартарары, не остается ничего другого, как играть в идиотские игры.

   — Писать, когда некому вас читать, что за идиотская игра! — Когда все летит в тартарары, не остается ничего другого, как играть в идиотские игры.

   — Симона де Бовуар · книга
3. «

   У меня всегда вызывало раздражение, когда в ходе отвлеченной дискуссии кто-нибудь из мужчин говорил мне: «Вы так думаете, потому что вы женщина». Но я знала, единственное, что я могла сказать в свою защиту, это: «Я так думаю, потому что это правда», устраняя тем самым собственную субъективность. И речи не могло быть о том, чтобы ответить: «А вы думаете по-другому, потому что вы мужчина», ибо так уж заведено, что быть мужчиной — не значит обладать особой спецификой.

   У меня всегда вызывало раздражение, когда в ходе отвлеченной дискуссии кто-нибудь из мужчин говорил мне: «Вы так думаете, потому что вы женщина». Но я знала, единственное, что я могла сказать в свою защиту, это: «Я так думаю, потому что это правда», устраняя тем самым собственную субъективность. И речи не могло быть о том, чтобы ответить: «А вы думаете по-другому, потому что вы мужчина», ибо так уж заведено, что быть мужчиной — не значит обладать особой спецификой.

   — Симона де Бовуар
4. «

   Влюбленная женщина замыкается в мирке любимого мужчины; ревность усиливает одиночество и тем самым делает зависимость еще более сильной.

   Влюбленная женщина замыкается в мирке любимого мужчины; ревность усиливает одиночество и тем самым делает зависимость еще более сильной.

   — Симона де Бовуар · книга
5. «

   Лжегерой, стремясь убедить себя, что зашел далеко, что парит высоко, всегда смотрит назад или себе под ноги; он презирает, обвиняет, угнетает, преследует, мучает, убивает.

   Лжегерой, стремясь убедить себя, что зашел далеко, что парит высоко, всегда смотрит назад или себе под ноги; он презирает, обвиняет, угнетает, преследует, мучает, убивает.

   — Симона де Бовуар · книга
6. «

   Любая влюбленная узнает себя в Русалочке Андерсена, которая из-за любви сменила свой рыбий хвост на женские ножки, хотя ступала при этом словно по ножам и иголкам.

   Любая влюбленная узнает себя в Русалочке Андерсена, которая из-за любви сменила свой рыбий хвост на женские ножки, хотя ступала при этом словно по ножам и иголкам.

   — Симона де Бовуар
7. «

   Женщина прощает все, зато часто напоминает о том, что простила.

   Женщина прощает все, зато часто напоминает о том, что простила.

   — Симона де Бовуар
8. «

   Женщиной не рождаются, ею становятся. Ни биология, ни психика, ни экономика не способны предопределить тот облик, который принимает в обществе самка человека.

   Женщиной не рождаются, ею становятся. Ни биология, ни психика, ни экономика не способны предопределить тот облик, который принимает в обществе самка человека.

   — Симона де Бовуар
9. «

   Обычно люди не слишком изобретательны, когда дело касается развлечений.

   Обычно люди не слишком изобретательны, когда дело касается развлечений.

   — Симона де Бовуар · книга
10. «

    Я повернулся к ней: — Не беспокойтесь обо мне. — Я беспокоюсь обо всем и обо всех, так уж я устроена.

    Я повернулся к ней: — Не беспокойтесь обо мне. — Я беспокоюсь обо всем и обо всех, так уж я устроена.

    — Симона де Бовуар · книга
11. «

    ...ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.

    ...ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.

    — Симона де Бовуар · книга
12. «

    Усилия, которые прикладывают юноша, готовя себя к жизни взрослого мужчины, вызывают уважение, и молодому человеку предоставляется большая свобода. Девочку же не выпускают из дома и контролируют её отлучки, её никогда не побуждают самостоятельно организовывать свой досуг, свои развлечения. Нечасто увидишь, чтобы женщины без мужчин отправлялись в длительную прогулку, в поход пешком или на велосипеде, чтобы они играли в бильярд или в шары и так далее. Им трудно проявлять независимость не только из-за того, что воспитание лишает их инициативы, но также из-за царящих в обществе нравов. Если они гуляют по улице, на них смотрят, к ним пристают. Я знаю девушек, которых никак нельзя назвать робкими, но, несмотря на это, им совсем не нравится в одиночестве гулять по Парижу. Дело в том, что их постоянно задевают, им всё время нужно быть начеку и они не получают никакого удовольствия от прогулки. Когда на улицу шумной толпой выходят девушки-студентки, как это часто делают юноши-студенты, они привлекают всеобщее внимание. Если они быстро идут, поют, громко говорят или смеются, что-нибудь едят, то их поведение расценивается вызывающее, их оскорбляют, преследуют, с ними заговаривают. Беспечность воспринимается как развязность. Самоконтроль, на который обречена женщина, становится для “воспитанных девушек” второй натурой и лишает их непосредственности, подавляет девичью пылкость.

    Усилия, которые прикладывают юноша, готовя себя к жизни взрослого мужчины, вызывают уважение, и молодому человеку предоставляется большая свобода. Девочку же не выпускают из дома и контролируют её отлучки, её никогда не побуждают самостоятельно организовывать свой досуг, свои развлечения. Нечасто увидишь, чтобы женщины без мужчин отправлялись в длительную прогулку, в поход пешком или на велосипеде, чтобы они играли в бильярд или в шары и так далее. Им трудно проявлять независимость не только из-за того, что воспитание лишает их инициативы, но также из-за царящих в обществе нравов. Если они гуляют по улице, на них смотрят, к ним пристают. Я знаю девушек, которых никак нельзя назвать робкими, но, несмотря на это, им совсем не нравится в одиночестве гулять по Парижу. Дело в том, что их постоянно задевают, им всё время нужно быть начеку и они не получают никакого удовольствия от прогулки. Когда на улицу шумной толпой выходят девушки-студентки, как это часто делают юноши-студенты, они привлекают всеобщее внимание. Если они быстро идут, поют, громко говорят или смеются, что-нибудь едят, то их поведение расценивается вызывающее, их оскорбляют, преследуют, с ними заговаривают. Беспечность воспринимается как развязность. Самоконтроль, на который обречена женщина, становится для “воспитанных девушек” второй натурой и лишает их непосредственности, подавляет девичью пылкость.

    — Симона де Бовуар · книга
13. «

    Я разучился и страдать, и наслаждаться: я мертвец.

    Я разучился и страдать, и наслаждаться: я мертвец.

    — Симона де Бовуар · книга
14. «

    Если не вкладывать себя в работу, от скуки сдохнешь.

    Если не вкладывать себя в работу, от скуки сдохнешь.

    — Симона де Бовуар · книга
15. «

    Утописты превозносят женщину за ее женственность, а это самый верный способ навредить ей.

    Утописты превозносят женщину за ее женственность, а это самый верный способ навредить ей.

    — Симона де Бовуар · книга
16. «

    Индивид, воспринимающий себя в качестве субъекта, наделённого способностью к автономии и трансцендентности, видящий в себе некий абсолют, переживает нелёгкий момент, обнаруживая, что его уделом, предопределённым судьбой, является подчинённое положение. Для того, кто осознал свою неповторимость, мучительно обнаружить в себе качества Другого. Именно это происходит с девочкой, когда она, познавая мир, начинает осознавать себя женщиной. Предназначенная ей жизненная сфера — замкнута, ограничена, подавлена миром мужчин. Куда бы она ни кинула взор, она повсюду видит барьеры, ограничивающие её возможности.

    Индивид, воспринимающий себя в качестве субъекта, наделённого способностью к автономии и трансцендентности, видящий в себе некий абсолют, переживает нелёгкий момент, обнаруживая, что его уделом, предопределённым судьбой, является подчинённое положение. Для того, кто осознал свою неповторимость, мучительно обнаружить в себе качества Другого. Именно это происходит с девочкой, когда она, познавая мир, начинает осознавать себя женщиной. Предназначенная ей жизненная сфера — замкнута, ограничена, подавлена миром мужчин. Куда бы она ни кинула взор, она повсюду видит барьеры, ограничивающие её возможности.

    — Симона де Бовуар · книга
17. «

    Нет ничего удивительного в том, что для девочки переходный возраст – это время болезненной растерянности. Ей уже не хочется быть ребёнком. Но и мир взрослых пугает и отталкивает её.

    Нет ничего удивительного в том, что для девочки переходный возраст – это время болезненной растерянности. Ей уже не хочется быть ребёнком. Но и мир взрослых пугает и отталкивает её.

    — Симона де Бовуар · книга
18. «

    Вопреки расхожему мнению, любовь занимает не так уж много места в жизни женщины. Ее муж, дети, дом, удовольствия, тщеславие, светские и сексуальные отношения, продвижение по социальной лестнице значат для нее гораздо больше.

    Вопреки расхожему мнению, любовь занимает не так уж много места в жизни женщины. Ее муж, дети, дом, удовольствия, тщеславие, светские и сексуальные отношения, продвижение по социальной лестнице значат для нее гораздо больше.

    — Симона де Бовуар